Но он бы выстрелил. Убить мгновенно было бы трудно — и он бы выстрелил.

Но так еще хуже, пожалуй.

Он, конечно, сделал это специально. Возможно, он прикончит ее, как только получит свое.

Тем не менее, нужно продолжать вести себя так, будто она хочет купить свою жизнь и задобрить его.

Поэтому она стала тянуть время. Аккуратно сняла бронежилет и тактические очки, оставшись только в тунике и шароварах. Медленно-медленно обнажила одно плечо, затем другое. Глядя Кардашу прямо в глаза, провела языком по губам. Тот невольно заулыбался.

Это козырь всех фархерримов. Они очень-очень привлекательные.

Ильтира снимала один предмет одежды за другим, то опуская очи долу в притворной стыдливости, то бросая на Кардаша полные жаждущего огня взгляды. Ее движения стали особенно плавны и томны. Она будто танцевала под неслышную музыку — и Кардаш постепенно расслаблялся.

А Ильтира осторожно и незаметно приближалась. Шажок за шажком. Она будто боялась не самого Кардаша, а потерять его влечение.

А влечение было сильным, Ильтира это видела. Кардаш жадно и похотливо сопел, а взгляд стал совсем уже масляным.

— Раздевайся и ты, — сказала демоница, словно плохо сдерживая нетерпение. — Чего ждешь? Хочешь, помогу?

— Хочу, — хрипло сказал Кардаш.

Ильтира подошла вплотную. Серебряная кожа переливалась в лучах иллюзорного солнца. Глаза мягко сияли, язычок провел по верхней губе. Она протянула руки, словно вовсе не замечая направленного на нее оружия…

— Нет, стой, — вдруг сказал Кардаш. — Дважды этот номер не пройдет.

— Какой номер? — спросила Ильтира, резко отталкиваясь от земли.

— ХАТ!

Мигом спустя воздух прорезал ослепительный луч. Кожу будто чиркнуло раскаленным железом — но Ильтира успела уклониться. Она метнулась в сторону, перекатилась, прыгнула в кусты — а Кардаш крутился, полосуя все вокруг своим страшным жезлом.

— А жаль, ты мне понравилась! — крикнул он, хищно скалясь. — Я всегда тебя хотел!

Лучи Кардаша плохо жгли обычные смертные деревья. Их просто будто тыкали раскаленной кочергой. Зато когда он задел старый штаборат, тот вспыхнул и задымился. Во все стороны разлетелись щепки.

Ильтира переносилась от дерева к дереву, как тень. Рюкзак Каладона остался на лестнице, там же ее любимый лучевик. Но она двигалась быстрее Кардаша и каждый раз на миг опережала очередной луч. Взметнувшись по одному из стволов, демоница стала перепрыгивать с ветки на ветку, скакать по ним белкой.

— Я всю жизнь слишком любил женщин! — прокричал Кардаш, рассекая воздух слепящим лучом. — И чуть не поступил как идиот! Ничего личного, ты мне нравишься, но ты должна умереть! Как и все!

Ильтира ничего не ответила, и Кардаша это почему-то разозлило еще сильнее. Он выхватил еще и револьвер, принявшись палить в гущу листвы. Ильтира исчезла где-то там, в кронах — и Кардаш перестал ее видеть.

Наступила тишина. Жезл и револьвер замолчали, Кардаш обводил взглядом вершины деревьев.

— Что молчишь? — спросил он. — Ты обиделась или умерла?

Он нервно засмеялся.

— А твой муж правда мертв? — спросил Тавматург. — Если да, то жаль. Я хотел убить его сам. Думал взять в псари, но… пошел он.

Ильтира не двигалась. У фархерримов очень острый слух и зрение хищника. Она сама мгновенно выцепляла движения на краю поля зрения и не сомневалась, что Кардаш тоже так может.

И у него есть его Осознание. Его пределы неизвестны, Кардаш очень уклончиво об этом рассказывал, но он часто знал такое, чего знать никак не мог. Сейчас оно, вероятно, ослаблено, вернулось к состоянию обычного ауровидения, которое есть у всех, но все равно рисковать нельзя.

— Гребаные демоны, — сказал тем временем Кардаш. — Паразиты и ублюдки. Все вы. Я бы хорошо правил вами, но вы этого, похоже, просто не заслужили. А заслужили вы всего… этого!

И луч снова принялся гулять среди деревьев, чиркая сквозь кроны, полосуя ветви и листья. С одного дерева упал чудом уцелевший карак — самый благоразумный.

Сейчас ему это не помогло.

А Ильтира снова стала перемещаться. Жезл Кардаша при стрельбе издавал звук. Он шипел, как масло на сковородке. Не так чтобы очень громко, но все же громче, чем двигалась она.

Она перепрыгнула на другое дерево, а с него на третье. Уходя от лучей, пригибаясь и изгибаясь, прижимаясь к ветвям и качаясь на них обезьяной, она зависла над головой Кардаша.

Тот все же что-то почувствовал в последнее мгновение. Начал поднимать голову, вскидывать жезл — но она уже летела к нему. Хвост хлестнул по лицу еще в полете, а когтистые ступни врезались в руки, выбивая оружие. Ильтира поймала жезл в полете — и тут же отпрыгнула, кувыркаясь в воздухе.

— ХАТ! — крикнул Кардаш, но было поздно.

Жезл держал уже не он.

Ильтира направила его на Тавматурга. Лицо того исказилось в страхе. Он все еще держал револьвер, но тот явно уступал жезлу.

— Хат! — крикнула Ассасин.

Пфф!..

Ничего не случилось. Почти ничего. Жезл слабо пшикнул, и из него вырвалось что-то вроде лунного луча. Кардаш дернулся от боли, но и только-то.

— Ха! — сказал он с облегчением. — Дура. Это же Ключ Сквернодержца. Чтобы его использовать, надо быть настоящим хищником. Способным на поступки, на которые не способен обыватель… будь он хоть сто раз демоном. А теперь…

Он выстрелил. Пуля вошла в бедро, и Ильтира закричала. Это боль пробрала ее до самых глубин. Она отчетливо ощутила, что если такая пуля войдет в сердце или голову — Ильтира умрет.

— Хат! — в отчаянии выкрикнула она.

Кардаш выстрелил еще раз. Теперь в плечо — и жезл едва не выпал из ослабевших пальцев. Тавматург вскинул револьвер и подошел ближе, пока Ильтира снова и снова пыталась заставить жезл работать. Сильная рука вырвала его, а револьвер… нет, в третий раз он не выстрелил.

Кардаш ударил им ее по лицу.

Ей раздробило скулу. Ильтира отшатнулась, но Кардаш перехватил ее мгновенным движением. Сунув револьвер за пояс, он схватил ее за волосы, другой рукой целясь из жезла.

— Я все-таки получу свое, наверное, — сказал он, пытаясь развернуть Ильтиру.

Но та не поддалась. Кардаш был страшно силен, наверное, сильнее любого из фархерримов, но Ильтира выкручивалась и царапалась, как терзаемая псом кошка. Она билась, брыкалась и царапалась, игнорируя боль в бедре и плече… пока не нашарила хвостом свою одежду.

В этот момент она затихла. Застыла, словно покорившись судьбе.

Когда он вошел, в ее глазах проступили слезы. И Кардаш, притиснув ее к себе, не заметил, как кончик хвоста достает что-то из туники, как отщелкивает крохотный рычажок…

…Хвост хлестнул воздух точно бичом! Ильтира резко оттолкнула Кардаша и полоснула по лицу сиреневым лезвием!

Кардаш отшатнулся, страшно крича. Его не так уж сильно ранили. Стилет просто порвал кожу, оставил косой разрез от правой брови до левой щеки. Через переносицу и губу. Даже глаза, увы, не пострадали.

Но Кардаш ощутил… невосполнимость. Особую рану, которую теперь не вылечит никакая магия. И он взвыл раненым зверем, вскидывая жезл… но Ильтира уже перехватила стилет непростреленной рукой и замахнулась, угрожая метнуть…

Кардаш замер. В его глазах промелькнул страх. Он мог убить Ильтиру, но и Ильтира могла убить его.

Эта штука в ее руке убила демолорда!

— Откуда?.. — прохрипел он. — Откуда она у тебя⁈

— Дзимвел дал, — процедила Ильтира, целясь точно в горло.

— Грррр!.. — зарычал Кардаш, держась за лицо одной рукой. — Он будет долго умирать в следующие разы…

Несколько секунд два фархеррима целились друг в друга. Ильтира до последнего надеялась обойтись иначе, не светить стилет, потому что теперь о нем знает не только Кардаш, но и Тьянгерия, и один из главных козырей Дзимвела пошел прахом… но у нее просто не осталось выбора.

Кардаш попятился. Хромая, Ильтира шагнула следом. Нельзя отходить далеко. У Кардаша все еще преимущество — его жезл многоразовый, а у Ильтиры всего одна попытка.