— Если бы это было выгодно для всех нас — да.

— Может, нам всем жениться на бушучках? — предложил Такил, крутя в пальцах веточку. — Хотя бы тем, у кого еще нет жен. Я могу.

— Такил… — устало сказала Дересса.

— А что? Ты тоже еще не замужем. Я слышал, племянник банкира Совнара как раз подыскивает жену — познакомься с ним. Возможно, это твоя судьба.

— Это отвратительно, — спокойно ответила Дересса. — Замолкни, пожалуйста.

— Спокойствие, — вскинул ладонь Дзимвел. — Мы пока не знаем, будут ли способны к воспроизводству хальты и другие метисы фархерримов. Даже самые старшие еще слишком малы. Скорее всего, неспособны, как и вайли. Но если они все-таки смогут воспроизводиться… для нас это еще хуже.

— Почему? — не поняла Ильтира.

— Потому что это будет означать, что мы ассимилируем другие виды. Хальты почти не отличаются от фархерримов. Фарго… похожи на меня. Рогатого фархеррима… вероятно, более крупного. Сложно пока судить, единственный фарго не так давно выучился ползать. Сильно ли понравится другим демонам, если мы станем преобладающим видом? Мазекресс каким-то образом выторговала нам пару десятилетий спокойной жизни, но они, судя по всему, заканчиваются.

— Но почему? — возразила Маура. — Я не вижу никаких признаков. Мы живем, как жили. Если не считать Кошленнахтума и некоторых гохерримов, нас никто не трогает. Но гохерримы задираются со всеми, а Кошленнахтум, ты сам сказал, нас больше не тронет. Почему ты думаешь, что мы в опасности?

— А ты и не увидишь никаких признаков, — ответил Дзимвел. — Они не будут ходить вокруг нашей деревни с плакатами «Мы вас уничтожим». Просто однажды какая-нибудь ларитра положит в лоток бумагу с подписью важной персоны, звякнет колокольчик — и на нас набросятся все разом. Вы можете мне верить или не верить, но будет так. И чтобы этого избежать, нам нужны связи и союзники. Те, кто нас защитит, встанет на нашу сторону или хотя бы не примет участия в расправе.

— У нас есть Матерь Демонов и клан Бхульха, — произнес Ветцион. — Вероятно, еще Лебета. На кого еще мы можем положиться?

— Я много лет работал, завоевывая симпатии Темного Господина, — произнес Дзимвел. — Но до сих пор не могу сказать, друг он нам, враг или ему просто плевать. Даже если его можно числить в союзниках, то временных и ненадежных.

— Может, нам переехать поближе к маме? — спросил Такил. — Она поможет нам защититься.

— Мы и так живем близко от нее, — ответила Дересса. — В урочище, которое она сама для нас выбрала. Если мы всем народом переберемся к ней вплотную, она не будет рада.

— И мне этот вариант не нравится, — произнес Кардаш. — Что же — до конца времен прятаться за юбкой Мазекресс и бояться высунуть нос наружу? Я не ради этого становился демоном. У тебя ведь есть план получше, Дзимвел?

— Конечно. Я убежден, что лучший вариант — обзавестись друзьями, стать полезными, но при этом производить впечатление безвредных простофиль, которыми можно помыкать.

— Ага… последняя часть мне не очень нравится, если честно.

— Это временно. Поверь, единственное, что примирит их всех с нашим присутствием — это если мы выдержим определенный баланс. Все еще сходить в их глазах за аристократов, но при этом не представлять угрозы. Как кэ-миало, которые не лезут в лидеры, кажутся безвредными и очень для всех полезны.

— У кэ-миало есть свой демолорд, — заметил Каладон. — Ге’Хуул.

— И нам тоже следует обзавестись, — кивнул Дзимвел. — Все вы знаете о моих мыслях насчет Тьянгерии. Нам, в общем-то, не критична именно Тьянгерия, подойдет любой демолорд… или иной способ заполучить полтораста миллионов условок в одни руки. Но пока что наследство Принцессы Тьмы — самый рабочий вариант.

— Ну наконец-то ты это сказал, — осклабился Ветцион. — Ты метишь в демолорды.

— Да, почему именно ты? — прищурилась Ильтира.

— Не именно я, — сухо ответил Дзимвел. — Любой из нас.

— Но лучше ты, да?

— У тебя есть предложения лучше?

— Почему бы нам не выбрать?

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Дзимвел. — Мы пока что делим кожу неубитого кайтрана, но давайте выберем. Я считаю это наименьшей проблемой на нашем пути к появлению демолорда-фархеррима. Договоримся, что кого бы мы ни выбрали, остальные поклянутся принять это решение и поддерживать нашего избранника.

— Нашего… короля, — улыбнулась Ао.

— А как будем выбирать? — осведомился Кардаш. — Каждый станет голосовать за себя. И вряд ли вы захотите доверить выбор простым фархерримам.

— Нет, им об этом знать не следует, — помотал головой Дзимвел. — Все просто. Каждый напишет на бумажке три имени и мы подсчитаем голоса.

— А за себя голосовать можно? — спросил Такил.

— Можно… но три раза написать себя нельзя.

— Я и один-то раз не смогу.

— Да чтоб тебя… — аж закатил глаза Дзимвел.

— Я знаю! — радостно воскликнул Каладон.

Он повел рукой — и на столе появилась огромная медная урна. Повел еще раз — и с ладоней посыпались крохотные металлические фигурки. Из золота, серебра, платины, меди, бронзы, стали, чугуна, олова и еще какого-то металла, переливающегося всеми цветами радуги.

— Ого, это я? — восхитился Кардаш. — А что это за металл?

— Висмут, покрытый оксидной пленкой, — гордо произнес Каладон. — Берите каждый по четырнадцать.

— По четырнадцать?.. — не понял Дзимвел. — Ты что, и Отшельницу добавил?

— Для объективности, — поднял палец Каладон. — И… и для коллекции.

Фигурки получились удивительно красивые. Очень точные, со всеми деталями, в разных позах и с характерными выражениями лиц. Это даже застопорило голосование, потому что апостолы перебирали и любовались миниатюрами. Кардаш с интересом рассматривал фигурку Отшельницы.

— Слушайте, а может, и правда позвать и Отшельницу тоже? — предложила Ао, заметив его взгляд. — А то кворум неполный.

— Да ну, она же живет со смертными… — поморщилась Кюрдига. — Она не знает ничего о том, как и чем мы живем. Ее муж… неприятный тип.

— А по-моему, очень милая пара, — возразила Ао. — Мне они очень помогли. Отшельница действительно не знает многих вещей, но глупой она мне не показалась.

— Она была бы полезным членом команды, — согласился Дзимвел. — Но Матерь не хочет, чтобы ее беспокоили по пустякам.

— А я тоже считаю, что она должна участвовать, — заявил Такил.

— Матерь против, — повторил Дзимвел.

— Ну нет так нет, — сказала Ао. — Тогда голосуем?

— Предлагаю сначала обдумать, — сказала Ильтира. — Такое нельзя с бухты-барахты. Давайте хотя бы несколько дней подумаем, а на следующем собрании…

— Можно даже еще позже, — пожал плечами Дзимвел. — Говорю вам, это пока что кожа неубитого кайтрана. Проголосовать недолго. Принести клятвы тоже. Сделаем это, когда точно будем знать, что у нас есть возможность и реальные шансы. А сейчас… давайте обсудим, как наши шансы повысить. У кого-нибудь есть мысли?

— У тебя наверняка есть, — любезно сказал Такил.

— У меня-то есть, но… ладно, хорошо.

Дзимвелов стало четыре. Двое закрутили руками, и в гроте стемнело, воздух наполнился плотным ароматным дымом. Третий сомкнул ладони и возжег огненные письмена, а среди них — каменистую пустошь, и торчащую посреди нее гигантскую башню. Четвертый Дзимвел указал на нее и молвил:

— Мой план состоит из двух частей. Убить Тьянгерию и унаследовать ее счет. Вторая часть сложнее первой, но давайте пройдемся по порядку. Чтобы убить Тьянгерию, нужно прежде всего до нее добраться. Это непросто — она наглухо замуровалась в своем логове. Самозапечаталась там, оградила себя даже от императивных призывов. Единственный способ до нее добраться — самим проникнуть в Башню Боли.

— Ее мерзотное поле для игрищ, — угрюмо сказал Агип.

— Спасибо за дополнение, Агип, — кивнул Дзимвел. — Да. Мы не знаем, проводит ли она по-прежнему свои извращенные игры, и если да — с кем именно. Это нужно узнать. Нужно узнать как можно больше о Башне Боли, а особенно — о способах туда проникнуть. Я собирал информацию несколько лет, но знаю по-прежнему недостаточно. Такил, ты что-нибудь выяснил?