Давид Семёнович пожалел, что не дождался этого момента, не нужно было бы огород городить с официантом. Каширин с восторгом смотрел на сцену. Такого разгула идеальных фигурок и гладких ножек он давно не видел. Академик даже не взглянул на принесенную официантом новую порцию сдобы, тогда как Столетов с жадностью накинулся на сочный стейк из говядины, смачно запивая его водочкой, графинчик которой он тоже не забыл заказать.

— Додя, да ты гурман, как я погляжу! И так каждый вечер у тебя проходит?

— Ну, не каждый, но опыт кой — какой имеется, — опять расхохотался Столетов, вытирая салфеткой жирные от мяса губы. Он уже маленечко захмелел. — Дядька, родной, а ты что кофе не пьешь, остыл же совсем.

— Вишь какой заботливый! Думаешь, глаза мне замылил этой мишурой? — кивнул академик в сторону сцены. — А вот тебе! — и он скрутил увесистую дулю. — Пока не увижу документ, ничего тебе не отдам.

Каширин нежно погладил кожаную шкурку клатча и придвинул к себе чашку с кофе. Столетов заскрипел зубами. «Ничего, недолго тебе глумиться осталось», подумал он.

В это время к их столику подошел Драмиург.

В принципе, он не собирался этого делать. Но увидев, как Столетов подсыпал академику в кофе цианид, а Каширин добавил яд в подливу к стейку, он не на шутку встревожился. «Стейк, сдобренный ядом, никак не повредит Столетову, так что за этого хлыща можно не волноваться, а вот с Кашириным сложнее», — думал Драмиург, отодвигая стул и усаживаясь между мужчинами.

— Господа, я вам не помешал?

— Какого чёрта… — попытался возразить Каширин, но племянник поспешно его перебил.

— Лев Спиридонович, это тот самый человек, который нашел недостающую страницу записной книжки Савельева.

— Ах, так это вы! — сказал академик. — Почему раньше не встречались? Вы не из научной сферы?

— Нет, я из другой сферы, — ответил Драмиург с мягкой улыбкой.

— Как же к вам попал такой ценный документ?

— Почему вы считаете его ценным?

— Если вы не ученый, вам не понять, — в голосе Каширина прозвучали надменные нотки.

— Наверное, вы правы. Я не вижу никакой ценности в этом листочке, даже если на нем решение задачи, которую вы не можете осилить несколько десятков лет. Но формула — это только энергетический код Земли. Согласитесь, этого мало, чтобы спасти человечество от гибели. Нужны, по крайней мере, ещё два составляющих…

Каширин опешил. «Кто он такой?!!» — стучало в висках. Чтобы как-то скрыть изумление, академик протянул руку к чашке с кофе.

— Я бы вам не советовал пить из этой чашки, — спокойно сказал Драмиург.

— Это ещё почему?

— Потому что там яд. Не такой сильный, как тот, что вы подсыпали своему племяннику, но доза внушительная.

Наступила пауза. Первым как ужаленный подскочил Столетов.

— Что?! Ты, скотина старая, хотел меня убить?

— От такого же слышу, — побагровел Каширин, оттолкнув от себя чашку. Темно — коричневый круг стал быстро расползаться по белоснежной скатерти.

— Спокойно, господа. На нас уже обращают внимание. Пора уходить, — и Драмиург, бросив деньги за ужин на середину стола, первым встал и направился к выходу.

Каширин и Столетов молча последовали за ним. Метрдотель раболепно замер в полупоклоне и предложил вызвать такси.

— Спасибо, дружище, хочется пройтись по ночной Москве, — панибратски похлопал его по плечу Драмиург.

— Пожалуй, нам действительно пора, — сказал Мастер.

Родион и Лиза посмотрели на него умоляюще. Им было так хорошо среди веселых и подвижных детей, которые в будущем станут их прабабушками и прадедушками; и их родителей, улыбчивых и молчаливых эрсидахцах, пришедших из другого мира только для встречи с потомками.

Женщины одарили Лизу амулетами с магическими заклинаниями. Мужчины, с интересом рассмотрев оружие Родиона, заменили его стрелы на другие, с особыми наконечниками. Они показали Совухину — младшему, как ими пользоваться в случае нападения различной нечисти.

— А разве такое возможно? — насторожился Родион. — Я думал, что мы идем в зону, где вообще не ступала нога человека. Так, по крайней мере, нам сказали.

— Нога человека там действительно не ступала, — кивнул седовласый старец, — но это место особого воплощения зла. Однако ты должен выполнить свою миссию, несмотря ни на что.

— Да, — Родион машинально прикоснулся к медальону под курткой.

— Не только медальон делает тебя особенным, — улыбнулся старец, угадав его мысли.

— Есть ещё что-то?

— Есть. Ты остался единственным мужчиной в экспедиции. Защитить Елизавету — твоя основная задача.

— Я?! А где же Антонов? Он у нас воин номер один, — от удивления Совухин — младший даже не заметил, что впервые положительно оценил достоинства Сергея.

— Я всё сказал, — и старец положил руку на плечо Родиона. В это мгновение Совухин — младший почувствовал такой прилив сил, который испытал только один раз, когда Илия лечил его свой чудодейственной мазью.

Они стояли с Лизой в окружении эрсидахцев, которые по очереди обнимали их, что-то говорили на своем языке, но перевод был не нужен. Какой — то особой точкой в сердце они знали, что это слова напутствия и надежды.

Страшка в нетерпении пробрался поближе к Лизе и стал теребить мохнатой лапой край ее куртки. Она всё поняла. Смахнула со щек слёзы, еще раз расцеловала малышей и пошла за ним. Мастер окликнул Родиона.

Через минуту все четверо направились к входу в очередной подземный коридор. Перед тем, как войти в его мрачное чрево, Лиза оглянулась. Пещера снова обрела первоначальный вид. Больше не было ни благоухающих цветов, ни зеленой лужайки, ни добрых эрсидахцев. И только струйка чудодейственной воды стекала по морщинистой каменной стене…

— Расскажи нам о них, — попросила Мастера Лиза, как только они углубились в подземелье. — Нет, мы знаем, что эрсидахцы наши предки, но откуда взялся этот народ? Они не похожи на камчадалов, да и на казаков тоже.

— Я ждал этого вопроса, — кивнул идущий впереди Мастер. — Если совсем коротко, то эрсидахцы появились более полутора тысяч лет назад от смешанных браков индусов и древних этрусков. Они мирно жили в Индии, пока один раджа ни воспылал идеей очистить кровь коренных жителей от всяких примесей.

— Ого, это геноцидом попахивает, — подал голос Родион.

— Ты прав, естественно, все эрсидахцы подлежали уничтожению. Но вы же сами видели, какие они бесхитростные и беззащитные. К тому же выяснилось, что у этой этнической группы особая способность к магии. Тогда мы в высшей гильдии и приняли решение спасти этот народ. Поначалу мы с Илией поселили их на земле камчадалов, а когда вулкан взбунтовался, я увел эрсидахцев на Девятый уровень Системы. Теперь они спокойны и счастливы, и даже помогают землянам по мере сил и возможностей. Я всё понятно рассказал, Лизонька?

— Да, вполне.

— Тогда у меня ещё вопрос, — снова встрял Совухин — младший. — Где всё-таки Сергей и Вероника?

— Они решили остаться здесь, каждый в своем мире.

— Этого не может быть! — Лиза была потрясена и даже подумала, что ослышалась. — Ника не могла меня оставить, я точно знаю!

— Ты плохо знаешь свою подругу, девочка. Как, впрочем, и себя.

— Но почему?! Почему они нас бросили? — не мог успокоиться Родион. Ответ Мастера ничего не прояснял.

— Они не бросили вас. Просто в каждом из них победила эмоция, главенствующая в подсознании. Вы же находитесь в многомерном пространстве. Спасение человечества оказалось для ваших друзей вторичным. Здесь каждый нашел свое счастье или осуществление тайных желаний. Миссия отошла на второй план. Всё элементарно.

— Что значит элементарно?! — почти закричала Лиза. — Моя самая близкая подруга оставила всё ради этого мента? Разве она не могла сделать это после завершения миссии?

— Повторяю, ты плохо знаешь свою подругу. Антонов тут ни при чём. Она попала в свой личный душевный рай. Кто же откажется от рая? — даже со спины чувствовалось, что Мастер улыбается.