«Сразу видно хватку директора школы», — отметил Антонов, видя, как детвора послушно удаляется в дом. За ними потянулись и старики — родители Афаки, обе бабушки и Никодим Ильич.

— Дорога совсем доконала, да и приглядеть за малышами надо, — сказала Мария Константиновна, но было видно, что они намеренно оставляют молодых пообщаться между собой.

Страшка сначала лежал рядом с Лизой, но теперь передвинулся поближе к Илие, и это показалось Антонову странным. До конца обдумать действия пса Сергею не удалось, так как зазвонил мобильник, выданный для связи с Чекалиным.

— Слушаю, — Антонов быстро встал из-за стола и отошел в сторону, чтобы его разговор с Мишкой не мог никто слышать.

— Серега, к началу экспедиции всё готово. Наш агент нашел проводника, поэтому проблем с переходом быть не должно. Идёте вчетвером. Не считая собаки, конечно, — в трубке послышался сдавленный смешок. — От Совухиных только Родион, так как он седьмой в роду. Медальон пусть держит при себе. Мы будем на связи пока будет возможно.

— Что значит, «пока будет возможно»?

— Стало известно, что над самим вулканом связь глушится неизвестной энергией или еще какой-то чертовщиной. Как раз на этот случай у вас медальон. Хотя для меня всё это попахивает мистикой, сам знаешь.

В голосе Чекалина были неуверенные нотки, и это напрягало.

— Мишка, а где этот ваш агент? До сих пор никто не появился, кроме какого — то ительмена бомжеватого вида, — почти прошептал в трубку Антонов, покосившись на стол, за которым шла тихая беседа.

— Афака Ниязова сотрудник ФСБ, причем один из самых лучших в стране.

— Что?!! Ительменка Афака…

— Ага, «ительменка — контрразведчица» звучит странно, я понимаю. Но за семь лет работы она провела несколько блестящих операций. Чего только стоит банда оружейников, я уж не говорю о вывозе с полуострова за границу икры, красной рыбы… В общем там послужной список — нам и не снилось. Она в звании подполковника, если что.

— Ясно. Значит, все инструкции я получу от нее?

— Да. И проводника она вам даст. Омоновцев, если хочешь, можешь отпускать. У вас там вокруг чисто, мы всё проверили.

— Лады. Ну, давай, до связи! — и Антонов уже хотел дать отбой, но Чекалин продолжал говорить.

— Серега, слушай, я понимаю, что группа у тебя не фонтан. Но другого пути нет. В ту зону больше никого, кроме вас не пропустят. Не знаю почему. Мне тоже не объяснили. Эти ученые себе на уме, сам видел… Но Президент все держит на контроле, значит, дела нешуточные. Держись! Вернешься, напьемся по полной!

— Ты ж не пьешь, — напомнил Антонов. — И хорош меня успокаивать. Не маленький.

И он отключил связь, понимая, что еще секунда и его голос предательски задрожит. Голова кружилась то ли от местного напитка, то ли от усталости.

— Серый, с кем это ты там шепчешься? Новая пассия? Из местных? Давай колись, — голос Вероники привел его в чувства.

Он вернулся к столу, внимательно посмотрел на Афаку, и та, все поняв, утвердительно кивнула.

— Тимур, пойди в погреб, принеси ещё икры и рыбки, на дорогу им сложу, — толкнула она локтем сидящего рядом мужа. Тот глянул на нее захмелевшими глазами, но ослушаться не посмел. Встал и молча пошел в избу. Теперь за столом остались только девушки и Родион.

— Итак? — Антонов не знал с чего начать.

— Итак, у нас всё готово для переправки группы в район мертвого вулкана.

— Худое это место, — внезапно подал голос пожилой ительмен.

— Илия, тебя никто не спрашивает, — прикрикнула на него Афака. — Поведешь людей до цитадели, если повезет — до самой долины, потом вернешься, — уже спокойно сказала она.

— Так жалко же, место шибко худое, никто назад не ходил…

— Ты ходил. И туда ходил и назад ходил. Не придуривайся мне тут! — опять цыкнула на него Афака.

Антонов видел, как Родион и Вероника поежились, но на Лизу перепалка Афаки и Илии не произвела никакого впечатления. Элька сидела с круглыми глазами, ничего не понимая.

— В экспедицию идут четыре человека — Совухин, Антонов, Вороновская и Яровая.

Страшка оглушительно залаял.

— Ах, ну да, меня ж предупредили. И сенбернар, как его там…

— Страшка, — подсказала Лиза.

— Да, и Страшка. Илия проведет вас коротким путем. Выход на рассвете. У вас есть несколько часов на отдых и сборы. У меня всё.

Афака встала из-за стола и направилась в избу. Не доходя метров десять до порога, она оглянулась, будто что-то вспомнив.

— Элька, ну что ты там притихла! Давай со мной! Надо же им помочь упаковаться, а то эти москали и до первой сопки не дойдут.

Элька вихрем рванула к подруге, и они, весело обнявшись, скрылись за дверью.

Афака растолкала Антонова в четыре утра. На западе уже поблекли звезды, и морской горизонт слегка обозначился бледно — розовым.

— «Вставайте, граф, рассвет уже полощется», — не без ехидства изрекла ительменка полушепотом.

— Ого, да вы даже Визбора знаете, — парировал Сергей, подавляя зевоту.

— Я много чего знаю, да не про твои уши, — хмыкнула Афака, — ладно, майор, буди своих и айда умываться. Проводник уже готов к выходу. Только не шибко шумите, детвора спит ещё.

Тихо всё-таки не получилось. Услышав возню в коридоре, подал голос Никодим Ильич.

— Пора что ли?

— Отец, ну что ты в самом деле, спи, рано еще, — попытался успокоить его Родион, да куда там, тут же забухтели Мария Константиновна и Ольга Семеновна. Они полночи собирали в дорогу всякую провизию, и теперь кинулись распределять по рюкзакам, стоящим в центре кухни, свои заготовки.

— Следите за бабками, они вам сейчас вместо спальников пельмешек напихают, — пошутил Никодим Ильич, но ребятам было не до шуток. Пока Сергей с Вероникой отбивались от сноровистой Марии Константиновны, Родион пытался уговорить бывшую тещу:

— Ольга Семеновна, вы же видите, нам выдали сухой поек, военные всё продумали до мелочей, я очень вас прошу, Ольга Семеновна, не надо московской колбаски… ну и что, что копченая… ну, пожалуйста, Ольга Семеновна…

Из комнаты, где спала детвора, вышла сонная Элла.

— Что за базар в такую рань? Детей разбудите!

— Мамочка, а я уже не сплю, — выглянула из-за ее спины Лялька. — Я тоже пойду с папой и Страшкой вулкан зажигать.

— Какой вулкан? Брысь отсюда, малявка, — нахмурилась Афака. — Куда идет твой отец, детям нельзя.

— Мне можно, — не унималась девочка. — Я особенная.

— Я кому сказала, марш в комнату?! Сейчас так отшлепаю, не посмотрю, что особенная, — шуганула ее Афака, и Ляльке ничего не оставалось, как вернуться в детскую.

То, что Афака здесь главная, знала вся детвора. Не считаться с этим было опасно. Педагогический опыт ительменки сводился к тому, что если словесное вразумление не помогает, то всегда есть хорошая оплеуха в подмогу. А рука у Афаки была тяжелая…

Между тем, никто из присутствующих не знал, что Афака всю ночь не сомкнула глаз. Отправив Эльку укладывать детей и распределив гостей по комнатам, ительменка пошла к омоновцам, стоящим в ста метрах от дома, предварительно связавшись с ними по рации. К этому времени сюда же подъехал генерал Котов с еще одной порцией спецназа. Они доставили всё необходимое для экспедиции, включая различные виды оружия, потому как никто толком не знал, с какими силами может столкнуться отряд.

Афака тщательно осмотрела все вещи: сменное и теплое белье, средства личной гигиены, непромокаемую тонкую плащ — палатку и спальники, а также всякие мелочи — спички, алюминиевые ложки, миски, леску с крючками, электрические мощные фонари на аккумуляторах и зарядные устройства к ним на солнечных элементах…

Затем очередь дошла до вооружения. Больше всего сомнений у Афаки вызвал блочный арбалет, переделанный у местных умельцев под двойной болт из «Interloper Fobos».

— Ну, и кто с этим сможет обращаться? — повернулась она к генералу, который, честно сказать, робел перед ее стальной волей.