А я, с интересом слушавшая их пикировку, даже расслабилась немного.

Если наместник южной провинции – один из бывших учеников тетушки Иоланды, то теперь договориться с ним, вероятнее всего, будет проще.

Кто осмелится прямо отказать своему бывшему учителю, да еще и такому, как леди Стерлинг? Надеюсь, что даже у герцога Харви смелости на это не хватит. Лично я бы этой суровой женщине перечить не рискнула. И, как показала практика, даже самые отчаянные охотницы за женихами с ней связываться побоялись.

— Это было важной частью воспитательного процесса, — парировала тем временем леди Иоланда и, сменив тему, недовольно поинтересовалась, — Но куда делись ваши манеры, лорд Харви? С каких пор считается приличным даже не предложить дамам присесть? Или вы так в этой провинции со своим цветником расслабились и позабыли о нормах приличия?

Наместник южной провинции на нравоучения леди Стерлинг отреагировал примерно… никак.

Вот просто выслушал с каменной физиономией, покосился на один-единственный стул для посетителей и молча вышел за дверь. Чтобы уже через минуту вернуться со вторым стулом в руке.

А я, отодвинувшаяся от прохода и наблюдавшая за всем этим, вдруг поняла, что герцог Харви к подобным нравоучениям в исполнении леди Иоланды Стерлинг привык давным-давно.

Иначе не стал бы такой человек, как генерал, молча выслушивать придирки в свой адрес, а потом еще и все исполнять также молча.

И эта мысль меня несказанно воодушевила.

Вот что бы я без тетушки делала! И к наместнику бы не пробилась, и договориться с ним вряд ли бы получилось. А сейчас мне казалось, что наш визит имеет все шансы на успех.

Поставив второй стул рядом с первым, лорд Харви любезно предложил нам присесть. Помог каждой опуститься, при этом почему-то недовольно на меня покосившись, а после занял свое законное место.

Начинать разговор при этом он не спешил. И когда буквально через минуту дверь в кабинет наместника южной провинции отворилась, и внутрь вошел секретарь с подносом, на котором стоял чайник, чашки и пирожные, я поняла почему.

Видимо, герцог Ройс Харви знал леди Иоланду гораздо лучше, чем я. И чтобы избежать дальнейших возможных нравоучений, решил пойти на опережение и угодить леди по всем фронтам.

И, судя по тому, какой взгляд тетушка бросила на пирожные, она поведением бывшего ученика осталась полностью довольна.

Пока леди Иоланда наслаждалась своим чаем, а наместник бросал в мою сторону хмурые и какие-то уж больно осуждающие взгляды, я задумалась о том, для кого они тут держат пирожные, если леди, томящиеся за дверью, так до кабинета управляющего южной провинцией и не добираются.

Может, у него уже есть дама сердца, а все эти бедняжечки просто не в курсе?

Окинула сидящего напротив мужчину внимательным взглядом. Нет, такой, как он, вряд ли сам сладким балуется. Такую фигуру, поедая сладости, не сохранишь. На него вообще смотришь, и появляется ощущение, что отставной генерал питается мясом и только мясом. И, возможно, мясом с кровью.

— Итак, малыш Ройс, что там за проблемы с этим поместьем? — оставляя свою чашку, поинтересовалась леди Иоланда, заставляя меня отвлечься от праздных размышлений на тему рациона местных наместников.

— Владельцы поместья не объявлялись в провинции более двадцати лет. И по местным законам, по истечении этого срока земли переходят под контроль провинции, — терпеливо повторил он уже известную нам информацию.

— И ты, как лицо, наделенное властью, волен распоряжаться ими по собственному усмотрению? — уточнила тетушка, покручивая в руках трость.

Генерал покосился на трость, подобрался невольно, но все же кивнул.

— Так и почему ты не можешь в таком случае вернуть девочке поместье, которое, между прочим, принадлежит ей по праву? — пытливо уточнила леди Иоланда, не оставляя в покое свою трость.

На девочку, то бишь на меня, тут же посмотрели с таким недовольством и осуждением, словно я родину за шоколадку продала и ни капли при этом не раскаиваюсь, а не тетушку привела на разговор к наместнику.

— Леди Иоланда, мне действительно нужно вам объяснять причины моего решения? — вздохнул тяжко мужчина.

Ну да, кому понравится все пересказывать по второму кругу?

— Можешь не утруждаться, Ариэлла мне уже обо всем поведала, — фыркнула леди в ответ.

И взгляд серых глаз вновь скользнул ко мне. И да, смотрели на меня действительно так, будто я врагу государственную тайну продала за шоколадку.

А я что? Я сижу, молчу и слушаю.

В прошлый раз самостоятельно договориться не получилось, так что уступим дорогу старшим и не будем вмешиваться. У леди Иоланды все равно лучше получается.

— И я все равно не понимаю, в чем проблема. Хочешь строить свою ферму – строй. Ариэлла же не возражает отдать часть земель.

— Отдать? — уточнил наместник таким тоном, что я сразу почуяла подвох, — А ваша Ариэлла не упомянула, какие именно условия она мне поставила? Я должен отдать ей поместье и все окрестные земли, которые, между прочим, на данный момент на законных основаниях принадлежат южной провинции. А после она любезно согласилась продать мне часть земель. По рыночной цене, — мстительно добавил он.

И тон у наместника был таким, что я нервно заерзала на своем стуле.

Ну-у, подумаешь, пару деталей опустила, когда рассказывала тетушке о своем визите… Главную суть-то передала точно. А она заключалась в том, что земли мне отдавать не хотят. Не раньше, чем через три месяца. И вообще, еще неизвестно, на каких условиях и отдадут ли вообще.

Вот только реакция у леди Иоланды Стерлинг оказалась вовсе не такой, на которую рассчитывал один отставной генерал с вредным характером.

Тетушка повернулась ко мне, посмотрела с уважением и неожиданно даже для меня самой вдруг выдала:

— Сразу видно, что это моя племянница!

И пока я раздумывала над тем, можно ли считать слова леди Иоланды комплиментом, одновременно с этим гордо и радостно сияла, наместник южной провинции пробормотал себе под нос:

— Действительно. Такая же бульдожья хватка…

А вот это, по-моему, комплиментом совершенно точно посчитать нельзя!

Леди Иоланда вновь развернулась к бывшему ученику.

— Не понимаю, почему ты упираешься, Ройс. Дельное же предложение, и все останутся в выигрыше, — произнесла она.

— Это возмутительное предложение, — парировал наместник.

— Возмутительно, Ройс, то, что ты даже не уведомил ни о чем бывших владельцев поместья. Тебе самому должно быть прекрасно известно, что не на всей территории королевства действуют такие законы, — менторским тоном произнесла она, — Возможно, семья Хэлтон о них и знала, но последняя представительница их рода и, по совместительству, мать Ариэллы умерла еще десять лет назад. А наследников ее имущества о том, что это имущество может отойти в пользу провинции, никто не уведомлял. Так, почему ты сейчас удивляешься тому, что объявились владельцы поместья?

— Незнание законов не освобождает от их соблюдения, — буркнул в ответ генерал, недовольно взглянув на бывшую учительницу, — Законы эти устанавливал не я. И, если вам интересно, когда меня назначили на эту должность, поместье семьи Хэлтон и окрестные земли уже принадлежали южной провинции. Так что, все претензии к моему предшественнику. Могу дать адрес, чтобы вы лично у него поинтересовались, почему он не уведомил официальных владельцев поместья, когда двадцатилетний срок подходил к концу.

— Только не надо вредничать, малыш Ройс, — скривилась леди Иоланда, — Неужели у тебя нет денег, чтобы заплатить за нужный тебе клочок земли? Тебе же все равно не нужно поместье. Отдай его девочке. В конце концов, это часть ее законного наследства. И, да будет тебе известно, это единственное наследство, которое у Ариэллы осталось. Точнее, она так считала, пока не узнала о ваших местных законах.

Видимо, осознав, что авторитетом бывшего ученика задавить не получится, леди Иоланда Стерлинг решила сменить тактику. И теперь пыталась надавить на жалость.