Без той гадости, которым пичкала тело Ариэллы мачеха, оно больше не поддерживало прежний вес и активно от него избавлялось.

Бедная Кристаллин только и успевала мои наряды перешивать. Но очень быстро стало понятно, насколько эта затея бессмысленна. Потому что ушитые в несколько раз платья годились разве что для того, чтобы возиться в них на огороде.

Я стала меньше в два, а то и в три раза. От двойного подбородка, складок на животе и объемных щек не осталось и следа. И теперь, каждый раз глядя в зеркало, я понимала, какая на самом деле мне досталась красивая внешность.

И теперь, когда лишний вес ее ничуть не портил, я, пожалуй, даже начинала понимать, почему именно Пелагея решилась на такой шаг.

Если бы я при своей нынешней внешности была все еще замужем за герцогом Клэрмонтом, он бы на престарелую мачеху даже не взглянул.

Пожалуй, единственным, что не потеряло своих прежних объемов, стала грудь. Нет, она, конечно, немного уменьшилась, но все еще оставалась достаточно выдающейся. И каждый раз, глядя на нее, я с ухмылкой вспоминала наместника и все его взгляды, обращенные к моему декольте.

Острый вопрос о новом гардеробе, встал практически сразу после назначения даты приема в нашем поместье. И мы с леди Иоландой уже несколько раз выбирались в город, чтобы пополнить его.

Платье для приема уже успели пошить, как и несколько повседневных нарядов. Еще часть вещей мы купили в лавках с готовой одеждой. И еще несколько парадных туалетов было на стадии изготовления.

Больше всего, конечно, я радовалась тому, что никаких роз, рюшечек, бантиков и розовых цветов в моем новом гардеробе не было. Никакого свадебного салона на выезде и никаких нелепых кукольных нарядов.

Когда мы вернулись с леди Иоландой в поместье после очередной примерки у портнихи, я почти сразу умчалась на свой огород.

До приема осталось всего пару дней. Урожай уже успел созреть. И теперь только оставалось его собрать и высадить новый.

Потому что, если прием пройдет так, как планируется, спрос после него на мои овощи вырастет заметно. А, значит, и с новой партией урожая затягивать не стоит.

Я как раз сидела у грядки с огурцами, срывая спелые зеленые огурчики и отправляя их в деревянный ящик, стоящий рядом, когда услышала характерный топот копыт.

Подумала сначала, что это кто-то из слуг. Они в последние дни часто мотаются из поместья в город и обратно, готовясь к приему.

Но потом осознала, что звук доносится с совершенно другой стороны.

Обернулась ровно в тот момент, когда знакомый грозный конь, перемахнув через кусты в точности, как в прошлый раз, оказался в моем поле зрения.

Как, впрочем, и его всадник.

Наместника южной провинции с того самого приема я видела лишь пару раз в городе. Мельком, мы даже не разговаривали. И извинений за тот случай мне, похоже, никто приносить не торопился.

Поднялась неторопливо на ноги, жалея, что тяпку с собой не прихватила, и настороженно посмотрела на мужчину.

Чего явился, спрашивается?

Утолять мое любопытство отставной генерал не спешил. Неторопливо спешился, отвел коня к дереву, привязал его там. И уже после шагнул ко мне.

Сарказма сдержать при приближении герцога Харви мне не удалось. И, растянув губы в едкой ухмылке, я уточнила:

— А по какому поводу визит? Неужели за вами снова гнались поклонницы, и вы примчались сюда в поисках защиты? Могу свою тяпку одолжить, если сильно прижмет.

Мой сарказм не оценили и окинули меня хмурым взглядом.

— Я по поводу наших с вами договоренностей о поместье, — серьезным тоном ответил наместник, — Документ должен вступить в законную силу уже через два дня.

Если он сейчас скажет, что передумал, я его лично своей тяпкой отхожу.

— Мы ведь, кажется, с вами уже все обсудили, — сложив руки на груди, напомнила я.

И, прищурившись, окинула мужчину испепеляющим взглядом. Пусть только попробует от собственных слов отказаться!

Внезапно наместник южной провинции в ответ на мой недружелюбный взгляд широко улыбнулся. Чем, собственно, и ввел в замешательство.

— Обсудили, — кивнул он, продолжая веселиться, — И от своих слов я отказываться не планирую.

— И в чем же тогда заключается причина визита? — осторожно уточнила я.

— В том, что через два дня вы станете полноправной владелицей окрестных земель, которых даже не видели. И я думаю, что сейчас самое время это исправить.

— Экскурсию мне провести хотите? — удивилась я.

Герцог кивнул и направился к дереву, у которого оставил своего коня.

— А вам не кажется, что…

Хотела сказать, что кое-кому неплохо было бы для начала извиниться за свою прошлую выходку, но меня нагло перебили.

— Леди Ариэлла, думаю, вам еще следует взглянуть на ферму, которая строится на ваших землях.

— А это еще зачем? — опешила я.

Ферма-то его. Мне зачем на нее смотреть?

— Затем, что через два дня земли, на которых расположена ферма, официально станут вашими. Не хочу, чтобы вы передумали мне их продавать, — произнес он, подводя коня ближе.

— А если мне ваша ферма так понравится, что я положу на нее глаз и откажусь отдавать? — прищурившись, уточнила я, — Что тогда делать будете?

— Думаю, мы сумеем договориться, — с жаром заверили меня.

И взгляд наместника на этих словах соскользнул к моему декольте.

Нет, ну каков ведь наглец!

Желая выбить из него немного спесь, я сложила руки на груди, подчеркивая ее, и в лоб спросила:

— Герцог Харви, только не говорите, что вы так настойчиво приглашаете меня на свидание.

Сейчас унесется столь стремительно, что только пятки будут сверкать.

Знаю я такой тип мужчин. Хотел бы жениться, давно бы это сделал. Поклонниц у него здесь хоть отбавляй. А он бедных девушек все за нос водит и от матримониальных поползновений в свою сторону шарахается, как от огня.

Вот только ответ наместника южной провинции меня удивил.

Он громко хмыкнул, продолжая таращиться на мою грудь. После поднял взгляд. И, глядя мне прямо в лицо, заявил:

— А хоть бы и так.

Вместо приличного ответа я лишь взвизгнула, когда меня резко схватили, подняли и закинули прямо в седло.

Пока я пыталась отдышаться и сдуть с лица растрепавшиеся волосы, закрывающие обзор, один наглый наместник уже успел запрыгнуть в седло. И, нисколько не щадя своего бедного коня, пришпорить его и двинуться прочь от поместья.

Честно говоря, поначалу было страшно. Я ведь человек современный, в седле никогда не сидела. А одна-единственная поездка на пони в глубоком детстве даже не считается.

Но конь наместника, несмотря на свою внушительную стать, двигался легко. И, кажется, совершенно не ощущал веса двух людей на своей спине. И если у меня объемов поубавилось, то герцог Харви был огромной горой мышц.

Я сидела напряженно и вообще старалась лишний раз не шевелиться, чтобы не дай бог не упасть. Но ладонь, обхватывающая меня поперек живота и прижимающая спиной к крепкой мужской груди, явно не позволила бы мне свалиться.

Когда мы выехали за территорию поместья, огороженную стеной из высоких кустов, оказалось, что здесь есть протоптанная тропа, уходящая куда-то далеко через луг.

Путь наш лежал через проселочные дороги, петлявшие между холмами, лугами и редкими рощами. Конь наместника несся сначала так быстро, что я едва успевала замечать сменяющийся со скоростью пейзаж. Потом, правда, он замедлился. И у меня появилась возможность осмотреться, не опасаясь, что все начнет расплываться из-за скорости и слезящихся от ветра, бьющего в лицо, глаз.

— Вы бы хоть предупредили об экскурсии заранее, — буркнула я, когда первая волна шока от внезапного похищения схлынула.

— А вы бы согласились? — в голосе герцога Харви скользнула усмешка.

— Конечно, нет, — честно призналась я.

— Вот именно, — удовлетворенно заключил он.

Я закатила глаза, но спорить не стала.