Дойдя до дома и завернув за угол, я ускорилась. Мне же велели идти в дом, а оттуда наблюдать за происходящим снаружи никто не запрещал. Лишь бы успеть до того, как все действо закончится.

Влетев на кухню, я, не обращая на удивленный взгляд госпожи Доротеи, устремилась к окну. Но, к моему большому разочарованию, успела увидеть лишь краем глаза наместника, тащащего за шкирку герцога Клэрмонта, прежде чем оба мужчины скрылись за углом дома в том направлении, в котором я сама только что шла.

Пришлось спешно перемещаться из кухни в гостиную.

Переступив порог комнаты, заметила леди Иоланду, сидящую в кресле с чашкой чая и книгой в руках. Тетушка, увидев меня, удивленно вскинула брови.

И когда я пересекла уже половину комнаты, направляясь к окну, она поинтересовалась:

— Детка, а зачем тебе здесь твоя тяпка?

Перевела взгляд на инструмент, который все это время держала в руке, и выругалась себе под нос. Так спешила, что совершенно забыла про тяпку.

Прислонив ее к ближайшей стене, я все же устремилась к окну и, осторожно отодвинув занавески, выглянула наружу.

И успела вовремя. Ровно на тот момент, когда правый кулак генерала встретился с обнаглевшей физиономией герцога Клэрмонта. Последний, естественно, выстоять против такого удара не сумел. И, покачнувшись, свалился на землю.

Но и на этом наместник не успокоился. Схватив бывшего мужа Ариэллы за грудки, он его приподнял и еще дважды ударил в челюсть. А после, склонившись над герцогом Клэрмонтом, стал что-то тихо и очень спокойно ему выговаривать.

— А он его там не убьет? — вырвалось у меня непроизвольно.

Не то чтобы этого слизня жалко стало, просто весовые категории у них слишком уж разные. Да и герцог Клэрмонт, судя по всему, особо драться не умеет, раз чуть что принимается удирать.

— Ройс? — переспросила тетушка у меня прямо над ухом. Оказывается, все это время она стояла прямо за моей спиной и тоже глядела наружу, — Он даже вполсилы не действует и боевую магию не применяет. Так, только припугнет немного, — фыркнула она.

И в тот момент, когда наместник, схватив бывшего супруга за шиворот, потащил того к экипажу, леди Иоланда поинтересовалась:

— А что, кстати, он здесь делает?

— Который из? — невинно уточнила я.

— Разумеется, речь об этом подлеце, — взвилась леди Стерлинг, — Ройсу мы всегда рады.

В этот момент герцог Харви, дотащивший Клэрмонта до экипажа и бросивший его там, двинулся в обратном направлении. Он посмотрел прямиком в окно, у которого мы с тетушкой стояли. И наши взгляды встретились.

— Иди-иди, — тут же приказала родственница, — А мы с тобой позже побеседуем и все обсудим.

Похоже, сама встречаться с бывшим учеником она сейчас не планировала.

Вздохнув, я отступила от окна и шагнула к стене, подхватывая свою тяпку. Ей уж точно не место в гостиной.

— Оставь ее, — велела тетушка, — Твой инструмент тебе сейчас точно не пригодится. Нечего распугивать поклонников.

Закатив глаза, я лишь фыркнула. Но тяпку оставила и спешно покинула гостиную, пока тетушка не успела развить тему.

Нужно наместника поблагодарить, а заодно поинтересоваться, зачем он, собственно, вообще приезжал.

Я оказалась в холле ровно в тот момент, когда дверь стремительно распахнулась с такой силой, что с глухим ударом врезалась в стену.

Наместник, переступивший порог, поднял на меня свои серые глаза, в которых бушевал настоящий шторм. Было видно, что он зол. Чертовски зол.

И когда он медленно пошел прямо на меня, продолжая прожигать мрачным и решительным взглядом, я громко сглотнула и попятилась назад.

На мгновение даже промелькнула мысль о том, что зря я свою тяпку в гостиной оставила…

— Лорд Харви, с вами все в порядке? — нервно поинтересовалась я, глядя в серые немигающие глаза генерала.

Но он продолжал молчать. И неумолимо надвигался на меня.

Что ему там этот мерзкий слизняк наговорил, что всегда спокойный и держащий себя в руках наместник сейчас находится на грани бешенства? И, главное, чем мне это теперь грозит?

Решив, что мои нервы не выдержат такого испытания, я отступила еще на несколько шагов. И, обернувшись через плечо, подумывала над тем, успею ли я добежать до гостиной и предупредить леди Иоланду о том, что один из ее любимых бывших учеников сейчас явно не в себе.

Ничего предпринять я не успела. Герцог Харви в два стремительных широких шага преодолев оставшееся между нами расстояние, навис надо мной огромной грозной скалой. И, обхватив ладонями мое лицо, яростно впился в губы под мой задушенный писк.

Этот жадный поцелуй не шел ни в какое сравнение с тем целомудренным поцелуем в саду. Тогда я даже не успела ничего понять и почувствовать. Зато сейчас у меня появилась возможность сделать это в полной мере.

Господи, да меня за все годы моей недолгой жизни никто и никогда так не целовал. Не скажу, что у меня был большой опыт. Но пара-тройка кавалеров со студенческих лет все же была.

Однако даже самые пылкие поцелуи с ними не вызывали во мне таких чувств.

Сердце громко стучало в груди, готовое выпрыгнуть в любой момент. Волной жара омыло все мое тело. Коленки подкосились. И чтобы не рухнуть на пол, мне пришлось вцепиться в крепкие плечи генерала.

Он был так напорист, что у меня не оставалось даже шанса не ответить на этот поцелуй. И когда я разомкнула губы, откликаясь и поддаваясь вперед, одна мужская ладонь властным движением легла мне на затылок, не позволяя отстраниться, а другая стиснула талию, впечатывая меня в твердое тело наместника.

Когда воздуха стало совсем не хватать, герцог Харви столь же стремительно разорвал поцелуй. Он отодвинулся, окидывая меня мрачным взглядом с высоты своего роста. А я, покачнувшись, снова вцепилась в него, чтобы вернуть себе равновесие.

— С меня довольно, — отрывисто произнес он.

Недоуменно хлопнула глазами, поднимая на генерала рассеянный взгляд.

Так, он ведь сам меня поцеловал…

— Мне надоело пытаться завоевать ваше внимание, — тем же злым голосом продолжил выговаривать наместник, — И я больше не собираюсь терпеть то, что любой мужчина смеет к вам приставать, делая всякого рода предложения, и надеется остаться при этом безнаказанным.

Хотелось отметить, что такой глупец нашелся только один и безнаказанным он точно не остался, но пылающий взгляд серых глаз предостерег меня от этого глупого поступка.

Во рту внезапно пересохло. Пульс застучал с бешеной скоростью. И я испытала такое волнение, которого, пожалуй, не испытывала никогда в жизни.

Сейчас при всем желании я не смогла бы вымолвить ни слова. А такое со мной случалось крайне редко. Практически никогда.

И все, что я могла, это лишь продолжать слушать герцога Харви, глядя в его глаза цвета грозового неба.

— Я хочу, чтобы все знали о том, что вы принадлежите мне. И тогда никто не посмеет к вам и близко подойти, зная, что за это может лишиться жизни.

Не знаю, возможно, такой напор должен был меня испугать. Но все, что я испытала сейчас, это удивление, вызванное словами наместника, и странный, дико приятный, трепет.

Склонившись ко мне, генерал прошептал мне прямо в губы, едва касаясь их своими губами:

— Я не спрашиваю, леди Ариэлла. Я ставлю вас перед фактом. И отныне я намерен показать всем и каждому, что вы моя и только моя. Вы женщина, похожей на которую я никогда не встречал. И я понял это с самой первой встречи…

Вспомнив, какой именно была первая встреча, я густо покраснела и скептично взглянула на генерала.

Но когда он продолжил, весь мой скепсис улетучился.

— Увидев вас, соблазнительно растрепанную и воинственную, готовую сразиться с ночным вором, — произнес он, — Я испытал нечто, что не мог описать словами. И с того самого дня не мог перестать думать о вас.

Вот уж никогда бы не подумала, что фингал, оставленный мною, произведет на наместника подобный эффект…