Облизнув пересохшие губы, я неуверенно уточнила:

— И что вы конкретно хотите предложить?

— Стать моей женой, — последовал незамедлительный ответ, — Тогда никакой Клэрмонт не посмеет и близко к вам подойти.

— Но… - начала я.

И тут же дверь, ведущая в гостиную, распахнулась, а оттуда раздался голос леди Иоланды:

— Ариэлла, детка, мне срочно нужна твоя помощь.

— Не буду отвлекать, — произнес герцог, оставляя на моих губах мимолетный поцелуй, — Я нанесу вам визит позже, — добавил он, прежде чем отступить и стремительно покинуть дом, оставляя меня растерянной стоять прямо посреди холла.

Да я даже предположить не могла, что появление бывшего мужа и его домогательства произведут столь ошеломительный эффект.

— Надо же, дождались, — раздался сбоку довольный голос тетушки, выглянувшей из гостиной.

— Вы подслушивали, — уставившись на нее, уличительно произнесла я.

— Разумеется, — ничуть не тушуясь и не стыдясь, кивнула она, — Иначе у меня бы не было возможности вовремя тебя остановить. Запомни, детка, истинная леди никогда не дает немедленного ответа на предложение руки и сердца. Мужчину нужно заставить понервничать, — с менторским видом произнесла она.

— Вы выглядите так, будто вас это самое предложение ничуть не удивило, — заметила я.

— Конечно, не удивило. Я с самой первой встречи поняла, что Ройс тобой заинтересован.

— Мне так не казалось, — честно призналась я, — Конечно, он пару раз флиртовал и оказывал определенные знаки внимания, но… Я считала, что для герцога подобное в порядке вещей. И максимум, что он испытывает ко мне, это легкую симпатию.

Да ведь предложение руки и сердца даже не предвещало ничего! Ну, по крайней мере, я искренне так считала.

— Ох, детка, это ведь мужчины, — вздохнула тетушка, закатывая глаза, — Они считают, что любовь – это глупость. Думают, что это чувство никогда не доберется до их каменного сердца. И искренне полагают, что сумеют ему противостоять. Борются с собой, что-то отрицают, пока не осознают, что пути назад уже нет.

Немного подумав, она добавила:

— А в особенности такие, как Ройс.

— Это какие же? — заинтересованно уточнила я.

— За ним ведь девушки увиваются с самой академии. И его постоянно одолевали толпы поклонниц, несмотря на то, что он был самым младшим на потоке. Такие мужчины, как он, привыкли к постоянному женскому вниманию. Их таким не удивить. И они привыкли к тому, что им даже не приходится ничего делать, никак завоевывать женщину. Женщины сами бросаются к их ногам.

— Вот поэтому и странно, что он не выбрал кого-нибудь из своей армии поклонниц, преследовавших герцога добрую половину его жизни, — произнесла я.

— Что же в этом странного? — вскинула брови тетушка, — В мужчинах, особенно таких, как Ройс, силен дух завоевателя. Их просто не интересует то, что им буквально навязывают насильно. Им нужно добиваться женщины, завоевывать ее. И их всегда заинтересует та, что недоступнее других. Не оказывать внимания и не вешаться на шею, так, как сделала это ты, самый верный способ добиться интереса такого мужчины.

— Но я не делала этого нарочно! — возмутилась я.

— В этом-то и суть, моя дорогая, — хмыкнула леди Стерлинг, — Ты ничего не делала. Не показывала Ройсу, что расположена к нему. И не пыталась предстать перед ним в выгодном свете. В итоге эта тактика дала нужный результат.

— Даже если бы я захотела, — буркнула я, — То просто не выдержала бы конкуренции. К тому же, у меня и своих проблем было достаточно, чтобы бегать еще и за мужчиной.

— Надеюсь, ты собираешься принять его предложение? — спохватилась тетушка, — Ариэлла, если ты этого не сделаешь, — строго произнесла она, — То совершишь самую большую ошибку в своей жизни. Как ты, надеюсь, смогла убедиться, Ройс вовсе не такой, как этот Клэрмонт. И с таким мужем ты будешь в надежных руках. Не будешь знать бед.

— Если не считать армии его поклонниц, — язвительно добавила я.

— Как только Ройс женится, он станет для них совершенно неинтересен. Уверяю тебя, — отмахнулась от моих слов леди Иоланда и настойчиво повторила свой вопрос, — Что ты собираешься ему ответить?

— А об этом мне еще предстоит подумать, — мстительно произнесла я, подсознательно понимая, что тетушка, скорее всего, снова права.

Отказать такому, как герцог Харви, будет самой настоящей ошибкой.

Леди Стерлинг вперила в меня свой осуждающий взгляд, но спорить не стала. Вероятно, побоялась спугнуть удачу.

— Ладно, — нехотя произнесла она, — Тогда поведай, зачем приходил этот Клэрмонт. И что он такого сделал, что побудил Ройса сделать тебе немедля предложение?

О, пожалуй, об этом я расскажу с превеликим удовольствием. Исключительно ради того, чтобы при следующей встрече леди Иоланды с этим мерзавцем ее трость не оставила и его без внимания.

Я сильно удивилась тому, когда в обед следующего дня к нам в поместье пожаловали соседки в полном составе. Леди Торли приехала с леди Уильямс, и женщины не забыли прихватить с собой дочерей.

Причем все четверо выглядели так, будто собирались явиться на какой-нибудь прием, не меньше. А еще оказались чем-то очень взбудораженными.

Их прямо разрывало от нетерпения, но леди стойко терпели до тех пор, пока не окажутся в гостиной и, следуя обычному ритуалу, не возьмут в руки чашки с чаем.

Чем дальше, тем больше мне стало казаться, что каждое подобное чаепитие оборачивается каким-то фарсом и плетением очередных интриг, а не дружескими соседскими посиделками самых обычных безработных дам.

— Вы не представляете, что было сегодня в ратуше, — не выдержала первой леди Торли.

Они опять полным составом наведывались в ратушу в надежде подкараулить там наместника?

Почему-то эта новость, которая на самом деле никакой новостью и вовсе не являлась, вызвала во мне не самые теплые чувства. Что-то колючее и ядовитое поднялось из самых глубин моего естества. И то, как эту эмоцию можно было охарактеризовать, мне не понравилось.

Раньше такая озабоченность местных леди генералом вызывала во мне лишь насмешку. Я не понимала, почему все эти девушки так настойчиво бегают за герцогом Харви, когда прекрасно должны понимать, что все, кроме одной из них, в конечном итоге претерпят неудачу и постигнут разочарование.

Но теперь, после того, что случилось вчера, мне почему-то стало совсем не до смеха…

Неприятно царапала мысль о том, что пока я в поместье занимаюсь бытовыми делами и прозябаю в огороде, наместника атакует толпа разряженных девиц, готовых если не на все, то на многое.

Леди Иоланда, поймав мой взгляд, словно сумела прочесть мои мысли и успокаивающе мне улыбнулась.

— Так и что же там было, дорогая? — повернувшись к леди Торли, уточнила тетушка.

— О-о-о, это было так… — вздохнула юная мисс Уильямс.

— Так скандально, — с восторгом подхватила мисс Торли.

Скандально? Что там, черт возьми, в этой ратуше сегодня произошло? И почему две эти юные леди в таком бешеном восторге от этого?

— Пелагея Стерлинг сегодня снова явилась в ратушу, — недовольно поджав губы, изрекла леди Торли.

Неужели мачеха так и не примирилась с мыслью о том, что поместья ей не видать, и снова устроила там скандал?

По-моему, это слишком глупо и самонадеянно даже для нее.

Но, как оказалось, я была о Пелагее и ее умственных способностях гораздо лучшего мнения, чем было на самом деле.

— Но на этот раз она была одна, — тут же подхватила рассказ подруги леди Уильямс, — И выглядела она весьма… фривольно.

Фривольно? А это еще как понимать?

— Я сразу все поняла, едва она явилась, — с важным видом покивала леди Торли.

— Простите, но что именно вы поняли? — нахмурившись, поинтересовалась я, все еще слабо понимая, о чем именно они толкуют.

— Поняла, что эта старая вертихвостка явилась, чтобы соблазнить наместника, — фыркнула в ответ женщина, — Зачем бы ей ее понадобилось надевать ранним утром платье с неприлично глубоким декольте, из которого вываливаются все ее сомнительные прелести?