Грета пожала плечами: она, на самом деле, тоже не очень-то часто задумывалась о том, откуда у них берутся деньги. Да, их было мало, но они никогда не бедствовали. Просто разумно тратили. Точнее, Грета разумно тратила, а бабушка потом закатывала глаза, видя тростниковый сахар или миндальное печенье. Или еще какую-нибудь глупость.

— Тише, идут, — зашипела Тирна.

«Никакой магии, вас скроет природа», — это услышали обе подруги.

— Спасибо, что так быстро откликнулись на мою просьбу о встрече, дерр Ферхара, — раздался холодный голос моры ван Линдер.

Вот только Грета, лишенная возможности увидеть происходящее, смогла расслышать нотки усталости в голосе бабушки.

— Вы были довольно убедительны, — хмыкнул Алистер.

— Прежде чем мы перейдем к более важным темам, хочу заметить, что вы крайне варварски поступили с моим любимым костяным веером. Неужели не нашлось иной вещицы для трансформации? Нет-нет, мне не нужны извинения.

Грета тихо прыснула, она до мельчайших подробностей представила, как бабушка кривится и цедит каждое словечко.

— А теперь я хочу знать, как моя внучка умерла, а потом таинственным образом воскресла, — процедила мора ван Линдер. — Это так вы держите свое слово? Из моего дома вы забрали ее еще живой.

— Грета не умирала, мне просто пришлось отделить ее душу от тела, на что и среагировал ваш артефакт, — спокойно парировал некромант. — Или вы хотели, чтобы она ощутила всю дивную плеяду ощущений от «Непримиримого»?

Мора ван Линдер ахнула:

— «Непримиримый»? О Богиня, но за что? Это оружие мести, а не…

— Это было орудием мести, — поправил Амалию некромант, — а стало просто оружием наемных убийц. Не думаю, что ее действительно хотели убить.

— Она случайная жертва?

— Нет, вашу внучку выследили целенаправленно, правда, мне удалось сбить фокус с этих воспоминаний. Сейчас Грете ничего не угрожает, и я постарался, чтобы она не беспокоилась.

А мэдчен Линдер только сейчас вспомнила тот шепот:

«Любовничек наверняка внес тебя в охранку».

Ее как-то запоздало бросило в ледяной пот. Ведь даже после того, как Тирна чуть ли не носом ткнула ее в несоответствия случившегося, она все равно не слишком-то впечатлилась. Ну, да, хотели убить. Ну, да, провела некоторое время на костяных равнинах смерти. Делов-то, у нее такие приключения по расписанию после завтрака.

Грета прикусила губу и зажмурилась. Финли четко дала понять — никакой магии. Как успокоить себя и не применять маску равнодушия? Вот о чем говорил профессор! «Нельзя надеяться только на магию. У каждого сильного и опытного менталиста есть свои, немагические способы взять эмоции под контроль». Но мэдчен Линдер еще не была по настоящему сильным и опытным менталистом. О Богиня, да королева даже не взглянет в сторону идиотки, не способной удерживать свои чувства на коротком поводке!

Если бы Грету спросили, как ей удалось взять себя в руки, она бы только таинственно улыбнулась. Правда была слишком тривиальна — она просто успокоилась. Сама. Может, дело в доверии — некромант сказал, что ей ничего не угрожает. Может, все еще действует его внушение — не вспоминать о покушении. Главное, что ей удалось успокоиться и не выдать схрон магическим всплеском.

— Вам удалось узнать, каким образом связаны Ринтар и Хикару? — спросил некромант.

И Грета вздохнула, со всеми этими переживаниями она упустила половину беседы.

— Нет, дерр Ферхара, — вздохнула мора ван Линдер. — Я уже поняла, что не так хороша, как думала о себе. Но чтобы настолько! Создается впечатление, что Хикару был всегда. Куда бы ни пошел Ринтар младший — с ним Хикару старший, куда бы ни направился Хикару младший, за ним следом Ринтар старший. Я уже думаю о том, что они родственники. Какая-нибудь тщательно засекреченная побочная ветвь. Почему вас это так интересует?

— Потому что они не Хикару, а Хикара. Мы в некотором смысле земляки, — неприятно хмыкнул некромант. — В свое время один из Хикара был изгнан за чрезмерную жестокость. В том числе за жестокость в отношении женщин. Грете нельзя становиться его женой.

— У нас достаточно развито законодательство, — напомнила мора ван Линдер.

— Насколько мне известно, у Хикара родовое гнездо в Пограничье, в горах. Как думаете, Грета сможет оттуда послать весточку? А если сможет, то будет ли там написана правда? Молодую девушку очень легко сломать.

Воцарилась тишина. Тирна сочувственно сжала плечо Греты, а та только поджала губы. Что ж, она знает, с чем бороться. Но почему ее не позвали на эту беседу? Неужели она, по их мнению, настолько глупа?

— Почему вы помогаете? — прямо спросила мора ван Линдер. — И только пожалуйста, не надо мне вот этого «пока идет отбор, она под моей опекой». Я слишком старая, чтобы верить в подобное.

Грета задержала дыхание. Она не знала, что хотела услышать. Она боялась услышать ответ. И одновременно, она ничего другого так не хотела, как признания от Алистера.

— Я… я не знаю, — выдохнул некромант. — Грета не такая, как другие девушки. Я не хочу, чтобы ей причинили боль. Этого достаточно?

— Что ж, дерр Ферхара, вы сможете защитить ее от других. А от себя?

«От себя? Зачем ему защищать меня от себя?».

— О чем вы?

— О том, что вы живете слишком долго. Насколько хватит вашего интереса к смешной, глупой человеческой девчонке? Сколько она вас будет развлекать и через сколько останется с разбитым сердцем?

— Мы как-то слишком далеко отошли от темы Ринтара и Хикара, — сказал некромант. — Я дорожу Гретой, но я ни единым словом не дал понять, что собираюсь делить с ней постель.

Мэдчен Линдер начала отползать назад. Она услышала все, что хотела. Ее предполагаемый муж, скорее всего, садист и ублюдок. А еще она не интересует Алистера как женщина. Никто не видит в ней личность, а она…

«А ты даже со своей силой договориться не в состоянии, — зло подумала Грета. — Кем еще тебя считать? Твой щит спас тебя от большей части боли и унижения, а ты обиделась и испугалась собственной магии. Дура».

— Ты не хочешь дослушать? — тихо спросила Тирна.

— Главное я услышала. Кто предупрежден, тот вооружен.

— Согласна. На самом деле я не понимаю вашей кутерьмы со свадьбой. Когда окажемся на свободе, я выдам тебя за своего младшего брата, а через год и один день разведетесь. А разведенная женщина сама себе хозяйка, — пожала плечами Тирна.

— Я боюсь, что это не все тайны.

— Тогда почему мы не остались?

— Потому что я больше не могла там находиться.

Грета, немного отойдя от поляны, села на землю и прижала ладони к изумрудной траве.

— У тебя выброс? — удивилась Тирна, глядя, как трава под руками подруги приобретает самую причудливую окраску.

— Я так стараюсь быть спокойной, решительной, правильно поступающей и ничего не боящейся, что уже даже не знаю, какая я на самом деле. — Грета пристально посмотрела на подругу. — А что, если меня нет? Если вместо меня просто набор качеств других людей?

— А что, если ты дура? — вопросом на вопрос ответила Тирна и села рядом. — Ты смелая, находчивая, очень умная, очень молодая и очень быстро обучаемая. И еще, дерр Ферхара вряд ли сказал правду, про постель. Просто, согласись, верх неприличия заявить пожилой родственнице смазливой соискательницы: «Да, я хотел бы переспать с вашей внучкой».

Грета фыркнула, представив реакцию бабушки на эту фразу.

— Я темный менталист, Тирна, которого не поставили на учет и который не владеет своей силой. Если посмотреть на вещи здраво, то я мало того, что опасна, так еще и бесполезна, — серьезно сказала Грета. — И это не шутки и не подростковые глупости.

— Так измени это, — пожала плечами Тирна. — Возьми свою силу себе.

Внимательно посмотрев на подругу, Грета хмыкнула:

— А ты думаешь, что я не пыталась? Точнее, не так. Думаешь, я над этим не работаю? Я поначалу вообще колдовать не могла — щит вылезал. Теперь могу даже щит сознательно выставить, только удержать не получается. Ладно, идем. Дорфа на все эти тайны.