— Жаба?

— Ты не читала сказку про жабу, что сидела на горле у богатого дурака? Ну, потом прочитаешь. Жадность ей мешала от мужа к любовнику уйти.

Так, болтая, подруги осторожно подходили к большому светлому пятну, в центре которого оказался длинный стол. Судя по карточкам, девушки должны были сесть друг напротив друга. Едва они заняли свои места, перед ними появились квадратные белые тарелки. В центре каждой лежало по свитку.

— «Отсутствие ужина благотворно сказывается на фигуре», — прочитала Тирна и подняла на подругу ошалелые глаза. — Это что?

— Юмор, — вздохнула Грета. — Ну что, теперь попробуем мой вариант? Около кухни?

— И утащим пару пирожков, — проворчала подруга. — Нет, ну как так можно?

— Да запросто, мы же отчего-то решили, что дерр Ферхара будет нам подсказывать? — вопросом на вопрос ответила Грета.

— Но он же отчего-то решил оказывать тебе знаки внимания?

Мэдчен Линдер сделала вид, что не услышала последней фразы. Она отчаялась что-либо понять в отношении Алистера к ней. Он заботится, переживает, он спас ей жизнь и… И совсем не пытается получить что-то из того, что обычно хотят мужчины!

Обратный путь вызвал у подруг нервную дрожь — столько раз им пришлось пройти по главной лестнице.

И все бы ничего, но на подходе к кухне они встретили эйту Криту, грозу всех поваров и подавальщиц.

— Ужин закончен, двери закрыты, — неприязненно бросила та. — На кухню — нельзя.

— Добрый вечер, эйта Крита, — спокойно произнесла Грета и вытащила свиток. — Мы всего лишь хотим осмотреть стену рядом с входом в кухню.

Поджав губы, повариха повернулась к подругам обширным тылом и ушла, бросив напоследок:

— Все припасы посчитаны. Если чего-то недосчитаюсь — будете возмещать.

— Почему она такая злая? — вопросила пустоту Грета.

— Потому что ее племянницу, эйту Яру Риви, личную помощницу дерра Ферхары, не приняли на Отбор. Он посчитал, что ее дар слишком слаб, — тут же ответила Тирна. — Что? Все уже знают и подхихикивают, что над Критой, что над Ярой. Да еще и у Яры с Вандой скандал вышел — подрались из-за того, кто будет полотенца раскладывать в ванной комнате Ферхары.

— Вот людям заняться нечем, — закатила глаза Грета.

— Просто если грамотно разложить полотенца, то останется место и для девушки. И когда дерр расслабится в горячей воде, он не сможет устоять перед мягким девичьим телом. Ты заметила, что Ванда сегодня утром не появлялась?

— Я думала, это потому что выходной.

— Не-ет, это потому что она, голая и мокрая, выпала в центре гостиной моры Вирстим. Муха была в бешенстве, как бы предполагается, что Ванда на побегушках у Мухи и заодно выполняет некоторые вещи для нас. Вроде разноса чистой формы.

Захихикав, подружки принялись водить руками по стене. Через двадцать минут они были вынуждены констатировать простой факт — ничего нет. Грета криво улыбнулась и проворчала:

— Было глупо предполагать, что мой дар ни с того ни с сего сработает как нужно.

— Погоди отчаиваться, мы не ощупали коридор, — Тирна кивнула на узкую дверцу.

— Даже если там что-то есть, это будет не так, как на моем рисунке! — Грета смяла тонкий лист и бросила на пол.

Подняв бумажный комок, Тирна его бережно разгладила и заметила:

— Как раз таки это будет значить успех. Присмотрись, это же вторая дверь, та, которая ведет непосредственно в кухню. А не та, которая открывает коридорчик. Видишь, вот здесь, внизу, два скола. Пошли. Если верить твоему рисунку, а я ему верю, то в коридоре по одной двери на каждой стене.

Грета улыбнулась и последовала за подругой. Страшно поверить, но где-то в глубине души дрожала отчаянная надежда. Она уверена, что научится вновь управлять своим даром. Но не уверена, что это произойдет достаточно скоро. А так хочется поторопить саму себя…

Теперь они более тщательно ощупывали стены. Практически прижавшись к прохладному камню, скользили пальцами, выискивая малейшие зазоры.

— Кажется, я что-то нашла-а-а! — Грета с тонким вскриком, почти взвизгом, провалилась куда-то вперед.

Ошарашенная Тирна резко развернулась, но увидела только пустую стену. И через секунду почувствовала рывок — что-то втянуло ее вслед за подругой.

Выглянувшая на шум эйта Крита только хмыкнула и проворчала:

— Ага, поняли, что меня не обокрасть! Ишь, вначале гуляют где-то, а потом еду воруют. Ничего, до утра поголодают! Вот моя бы девочка хорошо себя вела, да-да.

Алистер Ферхара

День принес множество неприятных сюрпризов. К вечеру Алистер с трудом удерживался от бранных выражений. Точнее, он с трудом удерживал их в себе, не позволяя оценить окружающим всю бездну его гнева. Но самое отвратительное случилось за ужином.

— Ал, Дони пропал, — перед столом некроманта появился Телайла. — Кто-то развоплотил его полностью. Мне удалось подхватить осколки его души, но… Вряд ли ты сможешь его вернуть или узнать, что он видел перед окончательной смертью.

— Ясно. Хорошие новости есть? — мрачно спросил Алистер и забрал у друга три крохотных искорки.

— Грета и Тирна побывали за твоим шуточным столом, после чего нашли зверинец. Оба зверинца.

— Надеюсь, они поладят с белками, — рассмеялся некромант. — Будет у Финли конкурент.

Телайла кивнул и добавил:

— Белки милые создания с рыжей шубкой. Но их тяжело подчинить.

— Да, самое смешное, что эти милашки стоят в одном ряду с бейрами и дорфами, — Алистер потянулся, — которых практически невозможно обуздать. Идем, попробуем вернуть нашего Дони. На самом деле ему и больше не везло.

Некромант переместился в свою лабораторию, где стены заменяло толстое колдовское стекло с вырезанными на нем необходимыми рунными кругами. За стеклом клубился черно-серый дым, и никто из редких гостей Алистера не догадывался, что лаборатория находится на стыке мира живых и мира мертвых.

Пол в лаборатории был выполнен из того же стекла, и под ним виднелась грань. Черная и звездная, наполненная мириадами искорок-душ. Дерр Ферхара отдал мысленный приказ, и алтарь будто вынырнул на поверхность звездного пола.

— Что ж, мой верный товарищ, посмотрим, что тебе удалось увидеть. И сколько тебя осталось. Сколько раз мне нужно было пояснить, что не стоит настолько сильно вживаться в чужое, да еще и мертвое тело?

Алистер ворчал себе под нос и колдовал. Сильные, ловкие пальцы выплетали сложные цепочки символов, а сам он продолжал ругаться. И, пользуясь уединенностью лаборатории, с каждой минутой использовал все более и более бранные словечки.

— Ты знаешь, что долгое время твоя сестра думала, что ругань заменяет тебе заклятья? — подал вдруг голос Телайла.

— У моей сестры было не так много ума, как мне тогда казалось, — буркнул некромант. — Я ненавижу вербальные формулы.

— У тебя просто язык заплетается, — хохотнул Тель и тут же поднял руки: — У меня тоже. Я все эти «взгрыргмыгры олло тантари» тоже не терплю. Старый язык очень смешной.

— И сложный. Все, не отвлекай.

Движения Алистера становились все более резкими, отточеными. На алтарь сыпались серебряные искры, и, наконец, над осколками души Дони поднялся молочно-белый туман. В нем Алистеру довелось увидеть, как брюнетка со стервозным лицом — Адалия Солтран — ранит Грету и бежит к воротам. Бывшая соискательница перескочила через мертвые тела и пропала.

Туман сгустился, и через долгую минуту в нем стало возможно рассмотреть таверну. Некромант внимательно осмотрел зал и кивнул сам себе — знакомое место. Там Адалия о чем-то переговаривалась с мужчиной, чье лицо скрывалось под капюшоном. На секунду он резко повернул голову, и Дони, а вместе с ним и Алистеру, удалось рассмотреть черты лица. Увы, дерр Ферхара не имел представления, кто это. Хотя мужчина ему кого-то напоминал…

Еще через минуту некромант увидел, как этот знакомо-незнакомый человек что-то бросает в Дони, и тот рассыпается.

— Твою ж мать, — с выражением произнес Алистер и вытащил из воздуха большой, красивый камень. — Откуда здесь взялся еще один некромант?!