Нефис слегка повернула голову и уставилась вдаль — вернее, так казалось. На самом деле она, должно быть, читала руны.

«О, имя изменилось…»

И затем она внезапно замерла. Санни с пристально изучал её лицо, наблюдая за каждым изменением. К сожалению, Меняющая Звезда была не из тех, кто открыто проявляет эмоции… тем не менее он заметил, что её зрачки слегка расширились, и в их глубине зажглись белые искры.

«…Ха?»

Он рассмеялся.

«Ты наконец-то заметила ранг, да? Ну-ну-ну… не нужно меня слишком хвалить! Я просто взял осколок души, который мы нашли внутри Чёрной Черепахи, и пересадил его в Рассветный Осколок, усилив плетение его зачарования, чтобы он мог выдержать нагрузку от перемещения верховной силы. Вот и всё».

Санни скромно опустил глаза.

«Я совершенно точно не являюсь несравненным гением среди несравненных гениев. Тебе точно не стоит поклоняться земле, по которой я хожу… хотя в Гробнице Ариэля всё равно нет земли…»

Нефис вдруг крепко сжала его руку и пронзила горящим взглядом.

«Санни теперь ты… ты… можешь поднимать Воспоминания на более высокий ранг?»

Он улыбнулся, наслаждаясь её реакцией.

Однако в следующий момент его улыбка немного померкла.

«Ну… да. Но также и нет».

Санни вздохнул.

«Случай с Короной Рассвета уникален, потому что она обладает зачарованием, которое усиливают её саму. Именно поэтому я смог снабдить её Верховным осколком души и повысить силу на целых два ранга. Что касается других Воспоминаний… сомневаюсь, что они выдержат столь значительные изменения. Но повысить их на один ранг? Думаю, для некоторых это возможно, хотя и потребует времени».

Нефис молча смотрела на него. Он несколько мгновений колебался, а затем несколько сдавленным тоном произнёс:

«Но, Неф… эмм…»

Она слегка приподняла бровь.

«Да?»

Санни кашлянул.

«Ты можешь отпустить мою руку? Ты… сдавливаешь её…»

Нефис опустила взгляд, пару раз моргнула, а затем поспешно отпустила свою хватку.

«Ой!»

Санни потряс рукой в воздухе. На самом деле ему не было особенно больно, но он вдруг осознал, как близко они стоят. Его лицо стало горячим.

Неловко усмехнувшись, он покачал головой и указал на её голову.

«А теперь призови эту штуку. Я сразу же пришёл сюда, поэтому даже не знаю, насколько мощной она стала».

Нефис кивнула, и вокруг неё возник вихрь сияющих искр. Вскоре из воздуха возник ободок яркого металла, его единственный драгоценный камень сверкал в свете восходящего солнца.

«Ну, посмотрим…»

Следующие полчаса Санни и Нефис были поглощены проверкой воздействия Короны Рассвета на их Воспоминания. Результаты превзошли все его самые смелые ожидания.

Санни полагал, что его импровизированное изменение приведёт к потере потенциала, в результате чего Воспоминание станет Верховным по имени, но не по силе. И неизбежные потери были… но они были настолько незначительными, что ими можно было пренебречь.

Раньше Рассветный Осколок был способен увеличить силу Пробуждённых Воспоминаний до уровня Вознесённых. Кроме того, он мог значительно усилить Вознесённые Воспоминания и незначительно — Трансцендентные.

Значение слова «сила» в данном контексте было трудноуловимым. Аугментация усиливала не только зачарования улучшенных Воспоминаний, но и качество самих Воспоминаний. Мечи становились острее, доспехи — прочнее…

Менялось кое-что ещё: нематериальное, мистическое качество, отличающее магические материалы от обычных, тоже становилось сильнее. Именно поэтому Мечтатели Мрачного Города могли причинять вред и убивать врагов более высокого ранга своим Пробуждённым оружием.

Корона Рассвета функционировала так же, как и её предшественница. Однако её усиление было гораздо мощнее.

Среднее Пробуждённое оружие поднималось до уровня пикового Вознесённого, а самое мощное Пробуждённое оружие могло практически достичь сферы Трансцендентности. Вознесённые Воспоминания были возведены до уровня Трансцендентных.

А Трансцендентные Воспоминания…

Санни застыл на месте, вглядываясь в глубины Греха Утешения. Под его взглядом плетение нефритового цзяня засияло ослепительным блеском.

«Он не так уж сильно отличается от Короны Сумерек. По сути, это уровень Верховного оружия…»

Он бросил взгляд на безмолвного призрака, стоявшего в нескольких шагах от него с мрачным выражением лица… и вдруг ощутил укол тревоги.

Отозвав Грех Утешения, Санни несколько мгновений колебался, а затем наконец снял с головы Корону Сумерек и изучил её.

Влияние Короны Рассвета пошло на пользу и ей. Усиление было не таким разительным, как у Воспоминаний меньших рангов, но всё же ощутимым.

Нефис тем временем держала свой длинный меч с трудноразличимым выражением лица.

Но затем её прекрасное лицо внезапно озарила лучезарная улыбка.

«Санни… это потрясающе! С помощью этого мы сможем…»

Она запнулась, не зная, что сказать.

…Наслаждаясь редким зрелищем её яркой улыбки, он кивнул и посмотрел в ту сторону, куда их тянуло течение.

Его собственная улыбка стала немного холодной.

«Да».

Санни стиснул зубы.

«Мы сможем перебить их всех».

Ветер наполнял паруса Разрушителя Цепей, толкая его вперёд.

Впереди ждало прошлое.

К тому времени, когда Санни закончил изменение Рассветного Осколка, они были уже не так далеко от Падшей Благодати. Ни он, ни Нефис не знали точного расстояния, которое им предстояло преодолеть, чтобы найти последний город сивилл, но навигационные приборы, которые им оставила Ананке, указывали на его приближение.

Падшая Благодать располагалась в западном течении Великой Реки, где небо почти всегда было окрашено в багровый цвет заходящим солнцем. По мере того, как Разрушитель Цепей уходил всё дальше в прошлое, позади них оставался и чистый свет дня.

Постепенно цвет неба над их головами менялся. От яркой лазури до захватывающего дух пурпура и, наконец, до кровавого-красного пламени вечного заката.

Это было похоже на плавание в море крови.

Санни смотрел на пылающее небо, потрясённый его огненной красотой… и зловещим ужасом.

«Это… абсолютно нелогично».

Зачем сивиллам строить свой город в таком мрачновато-красивом, но зловещем месте? Жить под тёплым солнечным светом центрального региона Великой Реки определённо было бы гораздо приятнее.

Покачав головой, он вернулся в тень священного дерева и сел, прислонившись спиной к его белой коре. Он только что закончил плести очередное Воспоминание для Кошмара и пока не был настроен приступать к следующему.

Изучение магического плетения Мантии Ананке также приносило всё меньше и меньше результатов. Оно никогда не перестанет быть полезным для него как инструмент обучения, но Санни чувствовал, что приближается к тупику. Прежде чем обращаться к туманной мантии за новыми уроками, ему нужно было улучшить свои навыки плетения.

Итак, что ещё ему оставалось делать?

Почувствовав беспокойство, он по привычке вызвал Ключ Устья. Вглядываться в плетение таинственного Воспоминания стало для него уже сродни ритуалу. И хотя Санни ничего не мог в нём понять, сам процесс успокаивал.

Однако… он ни разу не взглянул на Ключ с тех пор, как попытался изменить Корону Рассвета. Кто знает? Может быть, прохождение столь важной вехи на пути к становлению настоящим колдуном что-то изменит…

«Ты опять играешь с нашей любимой игрушкой? Почему бы тебе не выбросить её за борт и не покончить с этим?»

Из тени дерева на него презрительно смотрел призрак меча.

Не обращая внимания на наваждение, Санни взял в руки зазубренный чёрный камень и заглянул внутрь его обветренной поверхности.

Непостижимое переплетение призрачных нитей было таким же недосягаемым, как и прежде. Он изучил тёмный гобелен, следя за изгибами и поворотами чёрных нитей… как делал это уже сотни раз.

«Какое разочарование… я до сих пор не могу даже начать разгадывать его тайны».