Его единственное зачарование было необычайно мощным. Рассветный Осколок усиливал все Воспоминания в большом радиусе вокруг него. Тогда, на Забытом Берегу, это усиление было достаточно велико, чтобы Пробуждённое оружие армии Мечтателей по смертоносности напоминало Вознесённое.

Это было немыслимым благом, учитывая, что количество Воспоминаний, которые могла усилить Корона Рассвета, было не ограничено. К тому же это зачарование было пассивным.

Именно так они могли убивать Падших мерзостей.

К сожалению, по мере того как Нефис и её союзники становились сильнее и приобретали лучшее снаряжение после побега с Забытого Берега, польза от короны продолжала уменьшаться. Рассветный Осколок всё ещё мог в значительной степени усилить Вознесённые Воспоминания, но был не в состоянии поднять их на следующий ранг. Влияние на Трансцендентные Воспоминания было ещё более скромным.

Учитывая то, с какими врагами Санни и членам когорты придётся столкнуться в Третьем Кошмаре, такое усиление было малозначительным.

Но что, если он возвысит Корону Рассвета от Вознесённого ранга до Верховного?

Санни сомневался, что ему удастся произвести безупречное изменение. Но даже если бы ему удалось улучшить Рассветный Осколок до уровня Трансцендентного Воспоминания, оснастив его Верховным осколком души, результат уже значительно увеличил бы их шансы на победу над Великими Кошмарными Существами.

Раньше он бы даже не осмелился попробовать…

Но теперь у него было два преимущества. Первое — толчок, который ему дало изучение мантии Ананке. Второе — природа самой Короны Рассвета.

Когда Нефис впервые использовала её, Санни увидел, что плетения его Воспоминаний стали более сияющими, каждый связующий узел и каждая бесплотная нить засияли ярче. Это либо усилило Воспоминания, придав силу их плетениям, либо сделало плетения более прочными, чтобы они могли противостоять возросшей силе Воспоминаний.

В любом случае результат был один и тот же. Нити эссенции стали крепче.

И в первую очередь Рассветный Осколок усилил самого себя. Его плетение всегда было усилено собственным эффектом… возможно, именно поэтому Вознесённое Воспоминание могло обладать такой неоправданной силой.

Так что для Санни это было более или менее идеальное Воспоминание, в которое можно было пересадить Верховный осколок. Больше всего его беспокоило то, что нити, сотканные из низшей эссенции, не выдержат нагрузки, связанной с направлением более мощной энергии, но что, если они станут более прочными благодаря этой самой энергии?

Плетение Короны Рассвета было слишком сложным, чтобы он мог его воссоздать, но модифицировать его было совсем другим делом… наверное.

Он не узнает, пока не попробует.

Санни переключил своё восприятие и вгляделся в яркий металл, пытаясь разглядеть основу плетения Рассветного Осколка. Вскоре перед его глазами возник немыслимый гобелен из бесплотных нитей, сияющих в темноте.

Взяв в руки весло, он задумчиво улыбнулся и глубоко вздохнул.

«Приступим к работе…»

Плетение Рассветного Осколка мало чем отличалось от обычного. Осколки обладали некоторыми уникальными свойствами, например способностью сохраняться после смерти владельца или наличием скрытой цели проявлять Ключи Клятвы после того, как все семь Воспоминаний-Осколков будут собраны в одном месте.

К счастью, Санни обладал двумя собственными Осколками — Полуночным и Лунным — поэтому он уже знал, как найти и выделить эти участки гобелена, что должно было облегчить задачу по расшифровке остальной его части.

…В теории.

Но на практике зачарования Осколков были ещё более запутанными, чем у обычных Воспоминаний. Санни сумел достаточно хорошо понять Полуночный Осколок — настолько, что смог добавить часть его зачарования к Сувениру Осады, — но Лунный Осколок по-прежнему оставался за пределами его понимания.

Что было досадно, ведь призрачный стилет обладал одним из самых полезных зачарований, которые Санни когда-либо видел, — он мог появляться мгновенно, не тратя времени на проявление себя из искр эссенции. Если бы Санни смог овладеть этим зачарованием, все созданные им Воспоминания приобрели бы смертельную силу.

Чем мощнее было Воспоминание, тем больше времени требовалось для его проявления. Поэтому, по мере того как Пробуждённые достигали более высоких рангов силы, им приходилось всё тщательнее выбирать время для призыва своих Воспоминаний.

Учитывая то, что он до сих пор не смог освоить плетение Лунного Осколка, Рассветный Осколок вполне мог оказаться таким же крепким орешком.

Когда Санни уставился на огромный гобелен из бесплотных нитей, спрятанных в ободке яркого металла, уголок его глаза дёрнулся.

«Да уж…»

Это… будет нелегко.

«Но я могу сделать это».

Он был уверен в этом. О воссоздании всего плетения не могло быть и речи, но вот модификация…

Вооружённый знаниями, которые он получил и получит от мантии Ананке, он был уверен в своих силах.

Потребуется лишь много усилий и времени.

«Как мне пересадить связующий узел, не разрушив всё плетение? Как сделать так, чтобы более лучшая эссенция действительно дала лучший результат? Как предотвратить разрыв менее устойчивых участков плетения из-за возросшей нагрузки?»

Все эти вопросы требовали ответов… кроме того, нужно было решить множество других проблем. Санни ещё никогда не пробовал сделать что-то настолько амбициозное, как превратить мощное Вознесённой Воспоминание в чрезвычайно более мощное Верховное Воспоминание.

Одно можно было сказать наверняка — это потребует нечеловеческого уровня изящества и точности. Также потребуется множество дополнительных нитей эссенции.

И, разумеется, много изобретательности.

Задача была непростой, но Санни не падал духом. Наоборот, он чувствовал себя почти… взволнованным.

По крайней мере, это было приятнее, чем латать паруса или тонуть в плохом настроении.

Удобно прислонившись спиной к изгибающейся поверхности высокого аплюстра[13], он слегка шевельнул веслом и вгляделся в мерцающее магическое плетение.

К тому времени, когда семь солнц поднялись из воды, Санни чувствовал себя так, будто его голова вот-вот взорвётся. Однако он был удовлетворён своим прогрессом.

Стоя в руническом круге на корме изящного судна, Санни держал в одной руке Рассветный Осколок. Другая его рука покоилась на рулевом весле.

…Остальные четыре руки танцевали в воздухе и сплетали нити из струящейся эссенции тени. Разумеется, они были созданы с помощью Манифестации Теней.

Санни уже давно привык пользоваться дополнительной парой теневых рук — учитывая его опыт во Втором Кошмаре, это было не слишком сложно. Самым трудным было научиться создавать из теней достаточно ловкие руки, но он освоил это ещё в Антарктиде.

Однако, изучая плетение Короны Рассвета, он понял, что точность, необходимая для её изменения, недоступна человеку. Двух рук и десяти пальцев было попросту недостаточно… как и четырёх рук и двадцати пальцев, по крайней мере, при его нынешнем уровне мастерства.

Поэтому, вспомнив свой сон, в котором он был Ткачом, Санни попытался создать не две, а шесть дополнительных рук. Однако точное управление восемью руками одновременно оказалось непосильной задачей для его разума. Даже с помощью Отречённого Сумрака он не мог справиться с таким количеством.

Одно дело — тянуть за канаты, чтобы поднять паруса, или разрывать в клочья Кошмарных Существ. Это были грубые действия, не требующие особой ловкости. Плетение же требовало абсолютной точности. Смещение нити даже на волосок могло означать разницу между успехом и неудачей.

В итоге Санни пришлось развеять две теневые руки и довольствоваться только шестью.

«Кто пользуется шестью руками? Это просто неразумно… и стыдно!»

В этот момент с нижней палубы появилась Нефис, сонно потирая лицо. Она взглянула на Санни и кивнула… а затем замерла и снова посмотрела на него.