«Однако! Это уже в прошлом. На этот раз у нас есть план, который позволит нам разорвать петлю, спасти Джет и Эффи и выбраться из этого адского места раз и навсегда. Тебе нужно только довериться мне… ну, и сражаться так, будто от этого зависит твоя жизнь. Ты сможешь это сделать?»

Она помолчала мгновение, а затем медленно кивнула.

«Конечно. Но… как ты видишь, моя эссенция совершенно истощена. Я не в лучшей форме».

Он улыбнулся.

«Ничего страшного. Не волнуйся… ты всё ещё выглядишь прекрасно».

Увидев, что её лицо снова стало совершенно неподвижным, Санни усмехнулся и добавил:

«О, точно. Кстати, я уже упоминал, что Эффи беременна?»

Наконец стоическое выражение лица Неф треснуло.

Мгновение спустя в тумане раздался её дрожащий голос:

«Ч-что⁈»

На этот раз они не стали дожидаться Кэсси и Джет, прежде чем покинуть Разрушитель Цепей. Через несколько минут после того, как слепая девушка ускакала на Кошмаре в туман, Санни и Нефис спрыгнули на берег и отправились на восток, в сторону сада костей.

Пока Санни шёл, из тумана появилась смутная фигура, едва не напугавшая его.

Грех Утешения выглядел скучающим.

«Ты всё ещё не сдался? Как жалко. Или… подожди! Неужели ты действительно убедил себя, что на этот раз у тебя всё получится? Вот дурак. Ты просто снова умрёшь… твои друзья снова умрут… это безнадёжно. Выхода нет».

Не удостоив призрака даже взглядом, Санни прошёл мимо него. Призрак рассмеялся и крикнул ему в спину:

«Или, ещё лучше! Ты сможешь уничтожить петлю, и тогда твои друзья всё равно погибнут! На этот раз навсегда. Разве это не было бы прекрасным завершением этого надоевшего фарса?»

«Вот ублюдок. Свали и сдохни в канаве!»

Покачав головой, Санни продолжил идти.

Святая находилась в авангарде, а Изверг охранял тыл их небольшого отряда, пока они быстро продвигались вперёд. По дороге Санни многое объяснял Нефис.

«…И вот чего мы должны добиться сегодня».

Она некоторое время молчала, размышляя. В конце концов Нефис вздохнула.

«Понятно».

Он вывалил на неё кучу информации, большая часть которой была совершенно ошеломляющей. От природы Острова Алетейи до правды о Божественных Царствах, от роли, которую сыграл в их путешествии Безумный Принц, до истинных мотивов Шести Бедствий — всего было не перечесть. Санни не был удивлён тем, что Неф молчит.

О чём она думала?

После нескольких минут молчания Нефис наконец взглянула на него и ровным голосом произнесла:

«Наверное, тебе было тяжело».

Санни приподнял бровь, а затем слабо улыбнулся.

«Ну, да. Это было нелегко».

Отведя взгляд, она на мгновение замолчала, а потом добавила:

«Наверное, мне тоже было нелегко».

Улыбка Санни медленно исчезла.

«Должно быть. Да…»

Он прекрасно это понимал. Какой бы мучительной ни была его смерть… в конце концов, наблюдать за гибелью товарищей было гораздо больнее. Нефис не помнила ни одного из предыдущих повторов — но это не означало, что она их не пережила.

Каждый раз, когда Санни уходил в туман и не возвращался, она узнавала о его смерти из рун. У неё, в отличие от него, была причина следить за ними.

И затем она проживала остаток каждого повтора, зная, что его убили.

Идя чуть позади него, Нефис глубоко вздохнула.

«Санни… я позабочусь о том, чтобы на этот раз никто из нас не погиб».

Она сделала паузу, а затем тихо добавила, и в её глазах зажглись белые искры:

«Если это действительно последний раз, мы можем сжечь весь остров дотла».

Он с изумлением уставился на неё.

«Как ты собираешься что-то сжигать? Сначала восстанови немного эссенции, маньячка».

Нефис кашлянула.

После нескольких мгновений молчания она вдруг совершенно ровным голосом спросила:

«А… за все эти повторы… произошло что-нибудь ещё? Например… между нами?»

Санни невозмутимо уставился на неё.

«Бывало ли такое…»

После нескольких мгновений молчания он пожал плечами.

«Ну, однажды ты приготовила мне завтрак. С десертом».

Он мог поклясться, что Нефис чуть не споткнулась.

Когда они приблизились к саду костей, Санни почувствовал, как из тумана к ним приближается стремительная тень. Вскоре из клубящейся мглы вынырнул Кошмар, неся на спине Кэсси и Джет.

Джет была бледна, из ран на её спине текла кровь, но она выглядела спокойной и собранной. Кэсси уже должна была объяснить ей, что происходит, — если у Жнеца Душ и были вопросы, она держала их при себе.

«Привет, Санни».

Её голос был немного хриплым.

Спустившись с чёрного коня, Джет секунду молчала, а затем взглянула на него с мрачной улыбкой.

«Я слышала, у тебя есть план, как убить ту тварь в тумане. Отлично. Я в деле».

Затем она тихо хихикнула.

«Где мои манеры? Приветствую и тебя, Меняющая Звезда. Спасибо, что пришли забрать меня».

Нефис несколько мгновений изучала её, а затем молча кивнула.

Покончив с этим, когорта направилась к саду костей. Вскоре из тумана показался лес возвышающихся костей. Кэсси повела всех к Пустой Бабочке, а Санни с мрачным выражением лица оглядывался по сторонам.

Он ещё не призвал Фрагмент и не использовал Зеркало Истины. Санни хотел использовать первое только в том случае, если не останется другого выбора. Что же касается второго… оно было необходимо для предстоящей битвы с Первым Искателем, поэтому он должен был сохранить его любой ценой.

…Но это не означало, что у него не было ничего другого, что могло бы сделать этот последний повтор особенным.

Как только они оказались перед чудовищной бабочкой, от обычной процедуры превращения её ног в пики отказались. Вместо этого Кэсси отвела Джет и Нефис в сторону, чтобы подробно рассказать им о Пещерном Ужасе.

Санни тем временем вздохнул и уселся на торчащий обломок кости.

На этот раз у когорты было слишком много дел для одного повтора. Поэтому не оставалось иного выбора, как разделить задания между ним и Кэсси.

Кэсси должна была повести Нефис и Джет, а также Святую и Изверга в пещеры, чтобы уничтожить Ужас. Затем им предстояло выполнить пару мелких заданий… и отправиться в заросшее святилище, чтобы достать зачарованный ключ.

А Санни предстояло отправиться к дальней части острова, забрать Эффи и посетить кровавое озеро.

Конечно, ни одну из этих задач нельзя было выполнить достаточно быстро, учитывая, насколько опасным и кишащим Кошмарными Существами был остров. Вот почему ему каким-то образом нужно было устроить диверсию.

Сидя и мрачно глядя на Пустую Бабочку, Санни вызвал флейту из изумрудной кости и рассеянно поднёс её к губам. Вскоре в тумане зазвучала медленная, печальная мелодия.

Кэсси, объяснявшая Нефис и Джет силу Пещерного Ужаса, на мгновение остановилась и слегка повернулась. Затем она положила Путеводный Свет на землю рядом с ним и продолжила объяснение.

«Интересно, что сейчас делает Кай…»

Санни вздохнул.

Оценит ли его друг, насколько лучше он стал играть на флейте? И вообще, жив ли он ещё? Или же он давно умер?

Умер…

Санни ощутил кончиками пальцев гладкую текстуру Костяного Певца.

Он получил это Воспоминание довольно давно… в глубинах другого Кошмара. Там, на кровавой арене Красного Колизея, он получил его за убийство чудовищного изумрудного скелета.

С тех пор Костяной Певец не имел особого применения. Кроме того, что Санни несколько раз возводил купол тишины с помощью зачарования [Безмолвие], он в основном просто играл на флейте для удовольствия, потихоньку оттачивая своё музыкальное мастерство… то немногое, которым он обладал. Тем не менее, это было очень важное для него Воспоминание.

Другое из его зачарований, [Звучный], было первым, которое он скопировал, пересадив его сначала на Серебряный Колокольчик, а затем на Обыкновенный Камень, который впоследствии стал Необыкновенным Камнем. Таким образом, Костяной Певец стал важной вехой в его развитии как колдуна.