— Такуры тут ни при чем. Им нет дела до животных. Они охотятся на разумных.

— Ладно, утром найдем причину, а сейчас всем спать, — скомандовал Антонов и велел разойтись по палаткам. Но до рассвета всё равно никто не заснул.

При свете солнца все кажется иначе. Иначе воспринимались и ночные страхи. Долина уже не казалась такой мрачной и зловещей. После завтрака, оставив лагерь на девушек со Страшкой, Сергей с Родионом отправились обследовать местность. Им хотелось, выяснить, что всё-таки приключилось с тем медведем, который так всех напугал ночью. Илия отправился с ними, но шел на небольшом расстоянии, опираясь на посох, который подобрал ещё в роще. Странное поведение ительмена мужчины объяснили боязнью нарваться на богов, которые, по его словам, продолжали контролировать эту долину.

Поднявшись на самый высокий холм, Антонов и Совухин — младший оглядели окрестности. Родион стал что-то зарисовывать в своем блокноте, а Сергей разглядывал в бинокль нагромождение камней, которое они первоначально приняли за скалу и возле которых устроились на ночлег. В зависимости от расстояния объект менял и свои контуры, и это было подозрительно.

— Это кладка, — наконец сказал Антонов — вне всяких сомнений! Ты только посмотри, — и он протянул бинокль Родину.

— Пожалуй, ты прав. Судя по форме камней и то, как они уложены, это не природное образование, — согласился Совухин — младший, настраивая окуляры бинокля под своё зрение.

— Если это так, то этот утес рукотворный.

— Ага, ты ещё скажи, что какой-нибудь силач тренировался тут к соревнованиям по тяжелой атлетике, — ухмыльнулся Родион.

— А у тебя есть версия получше?

— Представь себе, есть! Только люди здесь ни при чём.

— Ладно, умник, выкладывай, что думаешь и не особо тут зарывайся. Девчонок нет, миндальничать не буду. Если что, получишь в морду без предупреждения.

— Что?! Да ты на себя, ментура, посмотри! — взвился как ужаленный Родион. — Перед Вероникой своей петушись, а меня на понт не возьмешь! Если тебе дали рацию, это еще не значит, что мозгов прибавилось!

Родион хотел ещё что-то сказать, но Антонов, побагровев от злости, схватил его за грудки.

— Что ты сказал, папарацци вшивый?!! Мозгов у меня нет? А ты у нас больно мудрый, как я посмотрю. Сейчас мы у тебя эту мудрость чуть поубавим! — зашипел он и саданул Родиона в челюсть.

От боли Совухин — младший потерял равновесие и рухнул на землю. Не давая опомниться, Сергей накинулся на него и продолжал в ярости молотить соперника. Но Родион уже пришел в себя. Увернувшись от очередного удара, он заехал Сергею в глаз, и тот на секунду отпрянул.

— Эй! Разойдись! Зашибу! — бежал к драчунам Илия, размахивая посохом. Но они не слышали ительмена и продолжали исступленно дубасить друг друга.

Внезапно стало темно. Молния прошила долину. Ещё через секунду громыхнуло так, что земля заходила под ногами. И… хлынул дождь.

Они сидели на холме, промокшие и дрожащие от холода. Ливень прекратился так же внезапно, как и начался.

— Ууу, и не стыдно? Как дети, однако, — качал головой ительмен, пытаясь остановить кровь на лбу Родиона. Он прикладывал к рассеченной коже какую — то траву, но рана продолжала кровоточить.

— А нечего оскорблять, — бурчал Антонов, прикладывая к подбитому глазу мокрый рукав куртки.

— А ты на слова — кулаками? Нехорошо, однако. Ты же спортсмен, тебе нельзя.

— Ладно, старый, достал! — отмахнулся Сергей.

Выглянуло солнце и через несколько минут стало так припекать, что ительмен предложил вернуться в лагерь.

— Там вам девки помогут раны залечить, вояки, — незлобно подтрунивал Илия над Сергеем и Родионом. Но им было не до шуток. Оба имели очень растрепанный вид, как два петуха после боя.

Но выбора не было. Побрели назад к палаткам. Навстречу со звонким лаем вылетел Страшка, и носился между ними до тех пор, пока из-за брезентового полога не показалась голова Вероники. Она хотела было прикрикнуть на Страшку, но только охнула, увидев Антонова с Родионом.

— Где это вы? Кто вас так?! — она пулей вылетела из палатки, а за ней и Лиза. Девушки в ужасе рассматривали побитые физиономии и грязные куртки мужчин.

— С медведем подрались, — сказал с усмешкой Илия и присел на корточки у костра.

— Как с медведем? — охнула Вероника, не замечая реакцию ительмена. — Это который ночью орал? Так его не убили?

— Если только ранили, то он теперь будет на людей нападать. Я читала. Такие медведи называются «шатуны», — сказала Лиза. Она уже достала из мешка аптечку и подошла к Родиону, собираясь обработать рану. Но он в ужасе замахал руками.

— Даже не думай! У меня на йод аллергия!

— Я антисептиком.

— И на антисептик!

— Больно не будет, вот увидишь, — Лиза догадалась, что тут дело не в аллергии. Она осторожно отлепила травяную лепешку, которую наложил ительмен. Рана под ней уже не кровоточила, но поверхность вокруг была красной и воспаленной.

— Если это зверь задел, нужно укол сделать. От столбняка. Понял? Это не шутки.

— Вот ещё! — фыркнул Родион, но послушно поворачивал голову, пока Лиза обрабатывала рану и затем делала перевязку.

— Ты тут не командуй! Я, между прочим, твоя тетка, да ещё и с медицинским образованием. Так что тебе крупно повезло, — полушутя говорила Лиза, набирая инъекцию в одноразовый шприц. — А теперь быстро ко мне спиной и спустил штаны, — скомандовала девушка, и опешивший Родион покорно выполнил указание.

— Вот и всё, — сказала она через секунду.

— Уже?! — не поверил Родион, с детства панически боявшийся уколов.

— Ага! Теперь будешь жить! — засмеялась Лиза и выбросила шприц в пакет для мусора.

— Откуда у тебя медицинское образование? Ты же вроде физику в школе преподаешь, или я что-то напутал?

— Не напутал. И физику в школе тоже, — Лиза чувствовала, что ей доставляет удовольствие играть в шарады со своим новоявленным родственником. За время похода его спесь мало — помалу улетучивалась, и за ней проступал довольно милый молодой человек. Конечно, ему никогда не дотянуться до блестящих идей Алика или интеллекта Ленчика, но они — то были гениями, думала Лиза, украдкой наблюдая за Родионом. Зато юмора и эксцентричности у него не отнимешь. И к тому же он седьмой потомок Мастера. Может, со временем и скажется.

Пока Лиза занималась Родионом, Вероника потащила Антонова в палатку и там с пристрастием расспрашивала о случившемся. Синяк под глазом красноречиво опровергал версию встречи с медведем.

— Подрались?

— Не я начал.

— И не стыдно? У тебя же спецподготовка!

— Да сам не знаю, что на меня нашло. Бесит он меня, и всё. Всё время бесит!

— Ладно, остынь. Меня он тоже иногда злит, но не забывай, что мы команда. Если между нами начнется раздор, как же мы сможем спасти других? Понимаешь, о чем я?

— Но он совсем другой, чем ты, чем Лиза, чем я.

— Вот поэтому он и есть важное звено.

— Не понял?!

— Потому что он другой, не такой, как мы. И при этом именно ему дано право нести медальон. Ты не задумывался — почему?

— Ну, нам же ясно сказали, что именно Совухины…

— Правильно. Причем Совухины не только потомки Мастера, но ещё и потомки инопланетных существ, если я верно поняла твой рассказ о лаборатории центра.

— Да, но к чему ты клонишь?

— В Родионе ярче, чем в нас проявляются полярные свойства. И раздражает он как раз тем, что в зародыше есть в каждом. Только мы это скрываем или не осознаем. Ну, типа библейской песчинки в чужом глазу, понимаешь?

— Не очень.

— Ладно, тогда оставим притчи и перейдем к делу, — безнадежно вздохнула Вероника. — Родион обладает возможностями, о которых пока и сам не подозревает. И эти возможности ему дает родство с инопланетянами. Теперь понятно?

— Ну, приблизительно.

— Уже хорошо. Теперь вспоминай. Вы пошли осматривать местность. До того, как начали мутузить друг друга, ничего не происходило?