— Не потонем. Плыть недалеко, погода будет тихой. Главное, матросам глазки не строй, а то зажмут в углу половиной команды.

— Ой! Ни на шаг от вас не отойду, миледи!

Придётся воспитывать, даром, что Мэри на пять лет старше.

На корабле имелось целых шесть пассажирских кают! Размеры, правда, подкачали, зато нашлась полноценная койка, не гамак, на которую Анна немедленно опустилась, не раздеваясь. Жутко хотелось закрыть глаза и поспать, но сначала леди успела отдать приказы: разобрать дорожный сундук, до отплытия на палубе не показываться, со всеми вопросами сначала идти к Родерику. Разбудить её, если появятся юрист или капитан.

Только убедившись, что служанка её поняла, она позволила себе провалиться в полудрёму.

Отплытие она проспала.

Как потом рассказал Род, его ни о чём не спрашивали, с ним даже не разговаривали. Таможенники общались исключительно с младшим Норрисом. Звенящие аргументы юриста оказались настолько весомыми, что пожелавшую отдохнуть леди представители властей решили не беспокоить, и в целом осмотр провели феноменально быстро. Нерядовое событие, капитан сказал, обычно досмотр продолжается не менее часа — и это в лучшем случае!

Возможно, поэтому команда посматривала на Анну с опасливым уважением и никаких препятствий не чинила. Суеверные матросы в любом случае к знатной пассажирке относилась бы с почтением, но сейчас в их отношении проглядывало нечто особое. По их представлению, таможенные офицеры являлись существами изначально вредными, создающими гадости не по работе, а по велению души, и тот факт, что они отступили от привычного шаблона поведения, возбуждал фантазию. Поэтому прогуливающейся по палубе девушке никто не мешал, и общество своё не навязывал.

Она могла спокойно расслабиться и подумать.

Вроде бы всего несколько часов прошло, а ощущения совершенно иные. Надо горевать, но парадоксально легче. Может, потому, что брата она мысленно уже похоронила и оплакала? Или из-за того, что наконец-то исчезла изматывающая неопределенность? Виктора всё же казнили. Дядя и мэтр Норрис всё-таки не сдали её Хали. Она не то, чтобы боялась предательства с их стороны, но подспудно зудел червячок сомнения, мыслишка периодически возвращалась, тревожа покой. Теперь в груди разливалось тепло не только от чувства безопасности, но и от того, что близкие оказались близкими, а не…

Неважно. Эти страхи можно отпустить.

Настало время подумать о будущем. Оно казалось смутным, но некоторые контуры проглядывали. Устроиться на новом-старом месте, привести его в порядок. Поступить на учёбу в Букельский университет. Оформить наследство, обеспечить стабильный доход. Деньги нужны, причем деньги немалые. Лет через пять Анна рассчитывала вернуться в Уинби, чтобы вывезти оттуда семейные ценности, в первую очередь алтарь, а соваться туда одной опасно и бессмысленно. Нужен отряд. Сильный, опытный, с одаренными боевиками в составе, способный дойти до места, забрать вещи и добраться до границы, если потребуется — прорваться с боем. Такие наёмники стоят дорого. И даже если подходящие найдутся, не факт, что она рискнёт, если стабильное положение в стране сохранится. Хотя последнее вряд ли, группировки уже настроены на конфликт.

Многое зависит от новостей, которые привезет дядя Джон. Действительно ли госпожа Хелена беременна, если да, то кем. У Стормсонгов наследование переходит по мужской линии, рождение мальчика сделает его наследником, но не сразу — его надо представить алтарю, ввести в род, признать на официальном уровне, правильно воспитать, в конце концов! Причем у его матери могут быть свои планы на ребенка. Она может не захотеть навешивать на дитя бремя принадлежности к древнему роду и кровной вражды с влиятельными претендентами на титул. Тогда её придётся убеждать, выискивать, чем подкупить не самую слабую магичку.

Ещё одна проблема, которую предстоит решить, связана с учёбой. Даже поступив в Букель, доступа к боевым заклятьям, к тренировке боевых навыков она не получит. В университете обучают мирным профессиям, готовят артефакторов и целителей, алхимиков и геомантов, теософов и биомантов. Тоже всё нужное, она возьмёт столько, сколько получится и попросит ещё, но ей умение прямой схватки жизненно необходимо! В школы боя девочек не берут, значит, нужен наставник. Сэр Джон, при всем его опыте, заточен под другое, многого не даст. Да и в целом: сюзерен учит вассала, не наоборот.

Положим, наставника на ступень рыцаря найти относительно просто, были бы деньги. Вот мастера делятся знаниями неохотно. Конечно, загадывать рано, но, если она намерена однажды стать мастером, родовая библиотека необходима. Что возвращает её к необходимости навестить Уинби в компании суровых вояк.

Люди нужны. Верные, знающие, бесстрашные. Словом, такие, каких никогда не бывает достаточно, и где их искать, непонятно. Хингем вернётся после завершения своей миссии, Ральф несколько дней назад прислал письмо с заверением, что сделка завершена и скоро он появится в столице. Дядя Эдвард отправит его во Фризию, где помощь опытного управляющего будет очень кстати.

Стоя возле борта, вцепившись в высокий поручень, Анна умиротворённо рассматривала удаляющийся берег. Когда-нибудь она сюда вернётся. Здесь её родина, здесь остались друзья и враги, невыплаченные долги и растоптанные надежды. Здесь ей пришлось расстаться с детскими иллюзиями, в одночасье повзрослеть, принимать серьёзные решения. Отсюда она бежала. Вырвалась. Смогла.

Леди Стормсонг стояла, подставив лицо ветру, и еле заметно, тускло улыбалась.

Иногда Анна задумывалась, справилась бы она, не получи пакет знаний от второй половинки души, и приходила к выводу — скорее всего, нет. В роли дворянки-землевладелицы ей приходилось решать задачи совершенно новые, отличные от того, чему её учили на родине. Жизнь во Фризии текла иначе, хозяйства здесь были устроены по-другому. Да и в целом задачи перед молодой леди стояли принципиально иные.

Вилла «Черный холм» являлась остатком былой роскоши. Прежде Стормсонги были многочисленны и куда богаче; помимо владений в Придии, у них имелись земли и деловые интересы во Фризии, Арверне, Бромме и Скотии. Род с удовольствием ввязывался во всякие заварушки, ни одна военная кампания не обходилась без участия бойцов с флейтой и молнией на щите. Короли иных держав одаривали их поместьями и титулами, младшие сыновья часто оседали в иных странах, образуя побочные ветви и принимая иные фамилии, однако кое-что из пожалованного оставалось в руках прямых наследников. К сожалению, череда трагедий привела к упадку главной ветви, Стормсонги были вынуждены продать почти всю недвижимость на континенте, оставив только небольшую виллу. Теперь в ней жила Анна.

Задача вступления в наследство оказалась очень непростой. Таможню они прошли быстро, в личности девушки никто не усомнился, проблемы возникли позже. Весь следующий после прибытия день леди посвятила тому, чтобы в юридической конторе доказать, что она действительно Анна, леди Стормсонг, дочь барона Джулиана Стормсонг и Джейн, в девичестве Бранстон. У неё имелась грамота от дяди Эдварда, но полная процедура имела магический характер и в дальнейшем снимала любые вопросы в банках или органах власти, поэтому Анна решила начать с неё.

Получив подтверждение, в Аутрагеле она не задержалась. Деньги — пока что — имелись, и небольшой караван из двух повозок отправился в «Черный холм». Вместе со старыми спутниками Анну сопровождал Густав Вандерберг, юрист из той самой конторы, и переводчик Петрус Янсен. Помощь переводчика оказалась неоценима, потому что вилла лет пять простояла без хозяев, присматривавшая за ней семейная пара только траву вокруг косила и устраняла наиболее очевидные повреждения. Пришлось нанимать работников в соседней деревне, чтобы привести жильё в порядок.

Примерно неделя прошла в бытовых хлопотах, затем приехал Ральф. Причем не один, а с семьёй.