– Давно известно, что нелюдь вдали от проходов жить не может, – сказал Бернар Бленкерт. – Так их священники и определяют. Если на пустой земле, где магии нет, жить можешь – значит, человек, только с обличьем измененным. А ежели помер, то нелюдь.

– Верно, да не совсем. Есть у них свои одаренные, они и на пустой земле живут. Правда, по‑разному – кто недолго, а кто долго. Сколько хочет, столько и бродит.

– У нас рядом с Придией лежит остров Эйра, – подал голос Род. – На нём почти четвертью земли нелюдь владеет. Говорят, вредные до жути!

– Это уж само собой!

Не вмешивавшаяся в беседу Анна слушала и улыбалась. Будь охотники образованными, знали бы и о государстве псоглавцев в Северной Африке, последнем осколке финикийской торговой империи; слышали бы о княжествах пернатых змей в закатных странах; упомянули бы о Индии, где проживали в безумном разнообразии совсем странные существа. Предки всех их были созданы людьми из людей. По мере развития, потомки быть людьми перестали.

Причины появления нелюди самые разные. Эксперименты биомантов, чудом выжившие и умудрившиеся продолжить род. Желание высшей касты выделиться, аристократы много где прививали себе особые черты вроде длинных клыков или звериных ушей. Фенотип, в случае удачного приживления, переходил в генотип. Также нельзя забывать о естественном процессе, при котором жившие у проходов в Царство люди помимо обретения магического дара вдобавок получали физические мутации. Иногда нелюдь появлялась при экзотических обстоятельствах – те же псоглавцы создавались жрецами Танит в качестве последнего оружия против латинян. Они не успели, но проект уцелел, размножился и сейчас процветал.

В человеческих землях нелюдь видели редко. Во‑первых, ксенофобия. Во‑вторых, процентов девяносто их нуждались в постоянной подпитке магией, без неё измененные тела отказывались функционировать. Некоторые путешествовали за счет сильного дара, но тут вступало в‑третьих – их банально мало. Короче говоря, реальный шанс повстречать нелюдя есть только у тех, кто мотается по заброшенным углам вроде Кольца или ему подобным.

В Европе церковь с неодобрением относилась к изменению Создателем дарованного облика. Впрочем, она много чего не одобряла, и когда это кого останавливало? Биоманты выводили новые породы живых существ, в первую очередь домашних. Жуткие плоды творчества химерологов сталкивались на полях сражений. Целители правили черты лица у богатых дам. Где‑то неофициально и тайком, а где‑то – совершенно открыто. Воля светских властителей сталкивалась с идеологией, чтобы в большинстве случаев победить.

С биомантии мысли перескочили на госпожу Хелену. Где‑то она сейчас, бывшая наставница, мать наследника рода, не нужна ли ей помощь? Сэр Джон предлагает послать весточку, считает, что опасности нет. Может, и в самом деле так поступить? Нет, рано. Текущий адрес Анны есть у Торнтонов, у мэтра Норриса, при необходимости Хелена найдёт способ связаться с ней. Тем более что в Скотии достать её сложно, для драчливых горцев она своя, её ценят за целительские навыки.

Ночь прошла спокойно. Под защитой окружившего лагерь барьера, самую малость усовершенствованного по сравнению с тем, что Стормсонг создала в прошлый раз, люди расслабились и не обращали особого внимания на крики ночных животных. Мелочи егеря не боялись, а серьёзные опасности вроде того же одержимого оленя их своим появлением не почтили. Единственное неудобство доставил холод, всё‑таки начало октября, но спать в шалаше, под теплым одеялом, между двух костров оказалось вполне терпимо. К тому же, одаренные крепче простецов, для них ночёвка получилась достаточно комфортной.

Хотя следует признать, что утром кое‑кто вставал, покряхтывая. Сырая землица, пусть и накрытая еловыми ветками – это не мягкая перина.

На то, чтобы привести себя в порядок, перекусить и собраться ушел примерно час. Солнце забралось достаточно высоко на небосвод, когда группа выступила в путь, так что идти было удобно, света хватало и охотники не рисковали переломать ноги. Правда, шли всё равно медленно. Двигаясь вправо, если стоять спиной по направлению к поместью, группа постепенно вышла из обследованной (и обобранной) вчера зоны. Сегодняшней их целью стали проходы. Возле них всегда можно взять хорошую добычу, да и другие причины завернуть имелись.

По пути, разумеется, собирали всякое полезное. Однако если в прошлый раз просто брали, что попадалось на дороге, то теперь сознательно выискивали точки выбросов. В преддверии зимы торговцы охотно скупали кристаллы духов, которые использовались в светильниках и приборах обогрева в богатых домах. Поэтому охотники надеялись обойти все известные им лепестки, чтобы набрать побольше кристаллов. Ницы даже слегка заспорили с Бленкертами по поводу очередности сбора, до тех пор, пока леди волевым решением не приказала делить всё в зависимости от долей.

Вскоре они оказались в знакомой местности. Где‑то южнее находилось доставившее столько неприятностей подчиняющее сознание существо, а впереди ощущался первый из трёх проход. И охраняющий его дух, конечно же. Страж вел себя по‑прежнему агрессивно, демонстративно делая угрожающие броски в сторону охотников, его раздраженное шипение слышалось издалека. Подходить и тревожить его больше необходимого группа не стала. Соблюдая дистанцию, люди обобрали замеченные отголоски, спрятали собранные кристаллы в мешки, и плавно, стараясь не провоцировать духа, перешли к следующему проходу. Где встретили второго такого же.

– Может, и впрямь один? – прикрыв глаза, прислушиваясь к собственным чувствам, Хингем‑старший сравнивал стражей. – Или близнецы. Бывают же духи‑близнецы.

– У близнецов одна из стихий всегда противоположная, – напомнила леди. – Огонь и вода, земля и воздух. У этих – сходство полное.

– Тогда не знаю.

Дядя Джон не хотел драться сразу с двумя сильными духами, поэтому противился идее об одном страже в двух телах. Обычное человеческое поведение. Проще найти объяснение, которое тебе нравится, чем принять реальность, которая тебе не нравится.

Третий страж, как и ожидалось, снова повел себя необычно. Он наблюдал. Неподвижно зависнув на полпути между проходом и группой, дух пристально смотрел, словно ожидая от людей действий. Конкретнее, от Анны. Его сфокусированное внимание ощущалось настолько четко, что девушка заколебалась, стоит ли подходить ближе. Впереди правее находились ещё два прохода, возможно, лучше дойти до них? А то ведь и сегодня останутся неосмотренными.

Оставив спутников позади, она прошла шагов сто. Никаких изменений. Шедший чуть позади дядя Джон раздраженно пробормотал:

– Не нравится мне, как он на тебя пялится. Идём отсюда.

– Именно на меня? – остановилась Анна. – Не на нас?

– Остальные ему не интересны. Да ты и сама чуешь.

Девушка оглянулась. Она, в паре с рыцарем, находилась шагах в ста от остальной группы. Ницы снова что‑то нашли, очередную ядовитую гадость, и сейчас старательно её соскребали в туески, заодно показывая спутникам правильный способ сбора. Соседство со странноватым стражем, невидимым за деревьями, но своё присутствие в магии не скрывающем, их ничуть не смущало. Они были поглощены более важным занятием, чем наблюдение за каким‑то духом.

– Попробую, – всё‑таки решилась Анна. – Не зря же шли. Пройду немного, оставлю подношение, и вернусь. Ты за мной пока не ходи. Если вдруг он ко мне двинется, я щитом закроюсь, а ты готовь удар. Но сразу не бей, подожди, пока набросится – вдруг получится миром разойтись? Мне кажется, он мирно настроен.

– Опасно, – заворчал дядя Джон.

Несмотря на ропот, возражать он не стал. Интуиция молчала, не исходило от духа угрозы.

Нервишки, однако, пошаливали, поэтому магичка перед тем, как начать, несколько раз глубоко вздохнула. «Хорошо, что руки не трясутся», отметила она. Осторожно и медленно отойдя от мужчины шагов на пятьдесят, она вытащила из сумочки на поясе выполненное из небесного металла украшение – фигурку стоящего на хвосте крылатого змея – и, не отрывая взгляда от стража, аккуратно положила её на землю. Распрямилась, сделала три шага назад и тихо проговорила, зная, что дух услышит на любом расстоянии: