— Но как? — сказала она, в недоумении уставившись на своего спасителя.

Старик в ответ лишь улыбнулся. Зрачок глаза вытянулся: на нее уже смотрел не добродушный дед, а некто мощный и волнующий. Змеиный взгляд поймал в тиски карие глаза женщины, завораживая, очаровывая и, как ни странно, поддерживая и лаская.

Если бы не вопрос малышки, то она бы продолжала стоять под этим гипнотическим взглядом. Любава подняла ребенка на руки и пошла в направлении магической лавки, на которую указал старик.

«Даже имя не спросила, все дед да дед. Значит, так надо», — подумала она.

Действительно, магическая лавка оказалась совсем недалеко от трактира. Когда Любава подошла к ней, мужчина небольшого роста с длинной бородой, заплетенной в мелкие косички, открывал дверь лавки.

— Вы ко мне, госпожа? — удивленно спросил он.

— Да, а что здесь странного?

— Просто слишком рано, я самый первый открываю лавку, так приучил меня отец, — засмущался он. Приглядевшись внимательнее, женщина поняла, что, по сути, перед ней еще молодой юноша-гном.

— Я только что приехала с караваном, поэтому так рано.

— Проходите, госпожа. Что бы вы хотели приобрести?

Юноша забежал за прилавок.

— Мне нужны портальные шарики. — Предугадывая следующий вопрос, решила уточнить сразу. — Мне в разные концы королевства в большие города.

— Госпожа решила попутешествовать? — улыбнулся гном и вынул из-под прилавка портальные шарики, на каждом из них было отмечено место назначения.

— Решили посмотреть мир и осесть где-нибудь, — ответила Любава, просматривая камни. В мыслях она благодарила богиню Вишанью за то, что та дала ей знания о географии этого мира.

— Если я возьму вот эти четыре камня, сколько мне это будет стоить?

— Добавьте еще один и будет на золотой, — улыбнулся гном. — Каждый стоит двадцать пять серебряных, я предлагаю вам вместо четырёх взять пять порталов и заплатить золотой.

— Хорошо.

Вынув монету их пространственного мешка, она отдала продавцу.

— Госпожа желает еще чего-нибудь? — лилейным голосом спросил гном: уж очень ему не хотелось отпускать такую перспективную покупательницу.

Еще раз поблагодарив гнома, она вышла на улицу.

Вишан — красивый южный шумный портовый город. Любава его выбрала только за то, что он созвучен с именем богини этого мира. Приморские города живут морем, судами, лодчонками, баржами, причалами, крабами и всевозможными разновидностями морской рыбы. Но самые оживленные места в портовом городе — это рыбный базар и порт. Основная масса народа работает на рыбном промысле: у них жизнь налажена, свой доход — хоть и не всегда большой, но стабильно имеющийся. Как таковых нищенских районов в городе значительно меньше, чем в других местах. Но с повышением уровня дохода людей повышается и преступность.

Любава об этом знала, но решила остановиться именно здесь. Свежий морской воздух, всегда теплая погода, средняя температура в пределах двадцати пяти градусов и возможность найти работу сыграли свою положительную роль.

Она сняла на время комнату в доме у пожилой вдовы, которая за пять медяков пустила их пожить на две недели. Травница стала подбирать себе двухэтажный небольшой дом в районе, где проживали купцы и ремесленники. У нее была задумка: на первом этаже сделать лавку трав, а на втором — жилую часть. Проходив бесполезно несколько дней, Любава совсем загрустила. Марьяна, видя состояние матери, присаживалась рядом и клала свою голову ей на плечо. Обычно в такие моменты Любава брала дочь на руки и прижимала к груди, от этого на душе становилось легче: чувства любви, нежности и счастья пронизывали каждую клеточку ее тела.

Она погладила дочь по темно-каштановым кудрям и посмотрела в ее карие глазки.

— Ничего, доченька, у нас все получится.

Любава не стала долго придумывать портрет своей дочери: просто представила себя в детстве, и результат был на лицо — сразу было заметно, что это близкие родственники. Она поцеловала дочку и заплела ее непослушные волосы в косу. Надолго ли?

— Собирайся, пойдем искать дом, время на исходе, а мы еще ничего не подобрали.

В углу комнаты за небольшой гардеробной послышались шорох и непонятное бормотание.

— Кто там, выходи! — строгим голосом произнесла Любава и задвинула дочь за спину.

— Тут я, — послышался голос из-за угла, и показалась рыжая вихрастая голова.

— Проходи в комнату, раз пожаловал, — улыбнулась женщина: она сразу признала в нем домовика.

Тот дернулся, и вместе с ним в комнате оказалась такая же рыжая девочка, все лицо которой было усыпано веснушками, а ярко-синие глаза смотрели со страхом. Оба были маленького роста. На нем мальчике белая рубашка с темными брюками, но больше всего внимания привлекал ярко-красный стёганный жилет, на девочке же было надето желтое льняное платье.

— Рассказывайте, с чем пожаловали? — по-доброму улыбнулась Любава.

Домовик посмотрел на подругу, которая едва стояла, и, шмыгнув маленьким носиком, начал говорить.

— Солнышко — так зовут мою подругу — поранила ногу. Это часто с нами бывает, но обычно рана заживает быстро, а это все гноится и гноится. Все перепробовали — ничего не помогло. Помоги, травница, — сказал он и умоляюще взглянул на Любаву.

— Самого как зовут? Подругу представил, а про себя забыл.

— Ой, Ветерок я, — засмущался домовик. — Посмотрите?

— Солнышко, подойди поближе и покажи свое больное место.

Девочка подняла платье, и травница увидела на внутренней стороне бедра, немного выше колена, гнойную рану.

— Мда, ложись на кровать, лечить буду, — скомандовала женщина.

— Но нам не положено, — сказала, вытаращив глаза, домовая и сделала несколько шагов от кровати.

— Ложись, кому сказала?! — рявкнула Любава, да так, что бедная девочка подскочила на месте от ее вскрика и быстро забралась на кровать.

Любава просканировала девочку и заметила инородный предмет, сидевший очень глубоко, он и вызывал воспаление раны.

— Каким образом получила рану? — поинтересовалась она, готовя мазь и чистые тряпки, нарезанные полосками. Еще деревенские запасы.

— Упала она возле дровяницы и вогнала здоровую щепку как раз в это место. Мы ее вытащили, но рана так и продолжает болеть, еще хуже стало.

— Вытащили, да не всю. Кончик остался, сам выйти не сможет: слишком глубоко сидит. Придется доставать.

От этих слов девочку затрясло мелкой дрожью. Тут неожиданно к ней подошла Марьяна, которая до этого тихо сидела в углу.

— Не бойся, моя мамочка всегда все лечит быстро и без боли, — проговорила она.

Любава взяла обезболивающую микстуру и влила несколько капель в рот домовицы. Пока Марьяна о чем-то рассказывала ей, отвлекая больную, Любава с помощью магии вытащила кончик щепы и вытянула скопившийся внутри гной. Затем, протерев края раны оставшимся самогоном и смазав ее саму вытягивающей гной мазью, Любава перевязала ее чистой тряпкой.

— Ну вот и всё! — улыбнулась она. — Завтра снимите повязку и три дня подряд смазывайте рану заживляющей мазью.

— Всё? — удивилась Солнышко. — Даже больно не было!

Она осторожно поднялась с постели. Ветерок подскочил к подружке и помог слезть.

— Спасибо, травница, за помощь. — Они оба застыли в поклоне. — Нам нельзя лезть в дела людей и существ, но я все-таки скажу. На улице Купеческой есть дом, который стоит на продажу, но старшой улицы хочет взять его для своего сына и снижает цену. При этом соврал, что отдал данные о продаже дома в канцелярию губернатора. Если у вас есть пятьдесят золотых монет, то он вам тут же его продаст. Дом хороший, не пожалеете.

Сказав это, они тут же исчезли на их глазах. Марьяна от неожиданности только вскрикнула и похлопала своими длинными ресницами.

— Улица Купеческая, а дом-то ребята не сказали! — всплеснула рукам Любава.

— Пятнадцатый, — пронесся эхом голос домовика.

— Спасибо! — поблагодарила травница. — Одевайся, доченька, пойдем смотреть, а может, и покупать этот дом, если на то воля богини Вишаньи.