— Я думал, окружение императора дало информацию на каждого приближённого императора Риониэля Лаунида Прованского.

— Я не отношусь к приближенным императора, ой, позвольте… — Она вытаращила глаза на мужчину. — Вы меня приняли за шпиона, с другой стороны? — Любава звонко рассмеялась. — Господин…

— Господин Верион Гласканиэль, — представился он.

— Господин Верион Гласканиэль, император Каритаса — вернее сказать, его сын — был передо мной в долгу, и я попросила его отправить меня с дипмиссией в вашу столицу.

— Так в чем же причина вашего приезда? И попрошу не врать, иначе проверить можем путём, который вам не понравится. — Мужчина нахмурился, подался вперед и замер в ожидании ответа.

— Зачем же сразу запугивать? Вот моя причина, — удивленно произнесла Любава, внимательно посмотрев на стоявшего напротив эльфа.

Любава сняла с дочери медальон. Белые непослушные волосы разметались по худеньким плечикам, а синие глаза с любопытством взирали на него. Не ожидавший такого поворота мужчина плюхнулся на стул.

— Это что? — удивлённо произнёс он.

— Не что, а кто. Это моя дочь Марьяна. И да, она полуэльф. Для того чтобы обеспечить ребёнку нормальную жизнь, я была вынуждена приехать на ваш материк.

— Где вы у себя нашли эльфа, чтобы забеременеть от него? — удивился Верион, еще сильнее нахмурив брови.

— А это уже и не ваше дело, господин. Я ответила на ваш вопрос, теперь прошу отпустить меня, — выдала Любава этому взорвавшемуся эльфу.

— А я ещё не закончил, — ответил этот… этот… в общем, нехороший человек, насмешливо улыбаясь. — Расскажите, как вам удалось так быстро поднять людей после такой болезни?

— После какой болезни? — не поняла травница.

Для неё понятие «болезнь» ассоциировалась с серьёзными проблемами, но она никак не ожидала, что обычное укачивание на судне, которым страдает каждый второй, можно назвать болезнью.

— Ну как же? Почти все лежали в полубессознательном состоянии, а вы их быстро поставили на ноги. Обычно у каждого имеется микстура от этой проблемы, но ваши настойки оказались намного эффективнее старых.

Любаву этот допрос просто начал бесить. Она, уставшая после нескольких бессонных ночей, выслушивать этот бред совершенно не хотела. Но самое интересное в этой ситуации заключалось в том, что она не понимала, что от нее хотел этот мужчина. Она вынула из сумочки микстуры и указала на них, показывая, что и кому давала пить.

— Можете взять и проверить в своих лабораториях, что там нет запрещённых трав. Я дорожу своей репутацией.

Она взяла дочь за руку.

— А теперь прошу отпустить нас из дворца, нам нужно успеть найти жилье на первое время и задуматься о хлебе насущном.

— О чем? — недоуменно спросил мужчина.

— О работе, чтобы было, на что жить и питаться.

— Вы остаётесь во дворце, — сказал как отрезал Верион Гласканиэль.

— С чего это вы приняли такое решение? Мы что, арестованные?

— Нет, но на первое время вы должны пожить здесь.

Он позвонил в колокольчик и вызвал слугу.

— Выдели комнату для женщины с ребёнком недалеко от моих апартаментов, если кто будет спрашивать, скажи, что она под моей опекой. Идите, — бросил он и уткнулся в документы, лежавшие на столе.

— Вы документы-то переверните, господин Верион, так же читать не очень удобно, — усмехнулся Любава.

Как только женщина с ребёнком вышла из рабочего кабинета главного мага Его Величества, он скинул на пол всё, что лежало на столе, замахнулся на кресло и отшвырнул его в сторону. Взял из шкафа бутылку крепкого вина и водрузил перед собой.

Если бы Вериону сказали, что от одного взгляда на женщину он сможет потерять голову, то он смеялся бы очень долго. Отношения с женским полом у него было короткие и необременительные. Но, видимо, не ему придётся смеяться, а судьбе — над ним. Ещё этот ребёнок… Когда он увидел, что девочка полуэльф, у него совсем снесло крышу. Он готов был рвать и метать из-за того, что эта девочка не от него.

Любава с Марьяной зашла в огромную комнату, которая делилась на две части. Первая напоминала небольшую гостиную. Всё было в нежно-кремовых тонах: диван, два кресла и журнальный столик между ними. Немного в стороне находилась дверь в спальню. Здесь присутствовали два цвета: белый и зелёный. Стены белого цвета были расписаны растительным орнаментом и живыми цветами. Вся мебель и постельное белье были в этом же стиле. В углу находилась неприметная дверца, полностью сливающаяся со стеной, которая вела в ванную комнату.

Искупав дочь и приняв душ, Любава свалилась в постель и заснула, обняв Марьяну, которая мирно посапывала на её плече. Впервые за долгое время она была убеждена, что всё закончилось.

В это время в кабинет главного мага империи вошёл высокий атлетического телосложения мужчина с аквамариновыми глазами.

— Не понял, что тут вообще происходит, Верион? — удивился император.

— Ничего. Решил напиться, имею право

Красные мутные глаза взглянули на друга.

— Хм, кто же мог довести бесстрашного доблестного мага до такого состояния? Я не видел тебя пьяным лет десять точно, — усмехнулся император, присаживаясь на диван.

— Подожди, — пролепетал Верион неповоротливым языком.

Встав, он обвел взглядом стол, на котором кроме бутылки лежало несколько конфет. Пошатываясь, пересек кабинет и вошел в ванную комнату. Оттуда послышались звуки льющейся воды и довольное пофыркивание.

— Девушка, а точнее женщина по имени Любава Инсигнис, — поморщился мужчина, произнеся её имя.

— Инсигнис, говоришь? Уж не травница ли она? — заинтересовался император.

— А ты откуда знаешь?

— О-о-о, дружище, считай, нам крупно повезло, что мы получили сильнейшую травницу, которая ещё существует в этом мире, — ответил, счастливо улыбаясь, Риониэль. — А теперь рассказывай, чем она тебя так довела?

— Своим присутствием. Знаешь, друг, когда увидел её, у меня словно рассудок помутился. Она до того прекрасна и восхитительна, что я не мог оторвать от неё взгляда и пытался любыми путями оставить её во дворце. Словно она меня околдовала. Хотя вначале я так и подумал, но когда бы она могла это сделать, если находилась под моим постоянно изучающим взглядом.

— Не хочешь же ты сказать, что она твоя суженая? — император весело и задорно рассмеялся. — Ну наконец-то! Я уже думал, что не дождусь такой счастливый минуты. Знаешь ли, надоело отгонять родителей молодых дев с просьбой устроить ваш брак.

Верион лишь хмуро посмотрел на друга детства.

Проснулась Любава от того, что ей сильно захотелось есть. Вспомнив, что она с дочерью не ужинала, решила пойти на поиски слуги и узнать, где можно будет позавтракать.

Выйдя из спальни в смежную комнату, она увидела молодую девушку в форменной одежде служанки, которая расставляла на журнальный столик тарелки с завтраком.

— Доброе утро, госпожа, надеюсь, я вас не разбудила? — Она сделала небольшой книксен и опустила голову.

— Доброе утро, как тебя зовут? — поинтересовалась Любава.

— Фиделис, госпожа, я ваша служанка, пока вы живете во дворце, — ответила девушка.

— Фиделис, красивое имя. Скажи, пожалуйста, если мне понадобится информация или что-либо нужно будет для нужд дочери, как я могу вызвать тебя?

— Это несложно, госпожа, здесь есть кнопочка, просто нажмите на неё — и я получу сигнал всегда, где бы на данный момент ни находилась. Завтрак я принесла, в обед обычно все спускаются в большую столовую, но относительно вас приказа не было, поэтому я принесу вам в комнату. Что из еды вы предпочитаете?

— На твое усмотрение, Фиделис, — улыбнулась Любава.

В комнату зашла Марьяна, вытирая кулачком глазки, видимо, потеряв мать, она пошла на поиски.

Неожиданный стук в дверь отвлек Любаву от созерцания дочери. Она подняла голову и произнесла.

— Войдите!

Отворилась дверь, и на пороге показался невысокий худощавый мужчина, одетый в форму гвардейца императора.