Когда он сошли на берег, Любава не чувствовала своего тела: ей казалось, что весь мир крутится словно колесо. Посидев немного в припортовой закусочной, она заметила, что ей стало легче. В прошлую поездку её мысли были заняты аристократами, которые вповалку лежали в своих каютах, задумываться о себе не было времени, но сейчас ей досталось по полной.

«Теперь понятно, почему моряки ходят, широко расставляя ноги и вперевалочку», — усмехнулась она своим мыслям.

До дома семьи Сварос они доехали на карете. Антис Сварос словно почувствовал приезд гостей: сам вышел во двор. К нему присоединилась его жена — Дигия Сварос. Увидев встречающих, Марьяна, не дождавшись, когда остановится карета, соскочила и побежала навстречу своим родным. Встреча с близкими людьми превратилась в настоящее веселье, которое подарило много смеха, улыбок и радости. Для стариков это было подарком: они понимали, что связь с Марьяной давно утрачена, но душа продолжала ныть и тосковать по ней.

— Не надеялись на такую быструю встречу, — наконец-то произнёс Антис Сварос.

— Господин Сварос, разрешите представить вам моего жениха — главного мага императора Риониэля Лаунида Прованского, графа Вериона Гласканиэля.

— Добро пожаловать, господин маг, к нам в дом.

Обед прошёл весело и оживлённо: много говорили о жизни Марьяны в столице, о её учебе и достижениях, мужчины затронули некоторые вопросы политики, а женщины подняли тему здоровья.

После обильного обеда все направились в гостиную. К этому времени там их ожидал поверенный семьи Сварос — господин Нортин Тремог. Он поздоровался и сразу приступил к делу.

— Прежде чем оформить документы о переходе наследства к вашей внучке, мы должны при двух свидетелях, которые являются родственниками, оформить смену фамилии. Девочка сразу же получает статус графини, как и её дед и бабушка. Но, как я вижу, у вас только один родственник — приёмная мать Марьяны.

— А господин Сварос не может считаться свидетелем? — поинтересовался Верион.

— В данном случае ни он, ни она не могут ими считаться, так как являются родственниками, передающими все права ребёнку на свое наследство.

— Тогда нам нужен Лабор, — ответил дед и тут же послал вестника господину Риосу.

Буквально через несколько минут он стоял перед ними.

— Дядя, тётя, приветствую вас. О, Любава, ты тоже здесь? Какими судьбами?

— Здравствуй, Лабор, привезла дочь в гости к бабушке с дедушкой.

С Верионом, который следил за манёврами господина Риоса, Лабор поздоровался кивком головы.

— Лабор, извини, что пришлось прервать от дел, но нам нужен свидетель. Я собираюсь признать свою внучку Марьяну, дать ей своё родовое имя и статус графини.

— Хорошо, дядя, я поприсутствую.

Поверенный подготовил документ о переименовании Марьяны. По новым документам она числилась уже не Марьяной Инсигнис, а графиней Марьяной Сварос. Тут же свидетели расписались в документе о смене родовой фамилии и статуса.

Лабор не стал дальше ждать, попрощавшись со всеми, остановил свой тоскливый взгляд на Любаве и, кивнув головой, исчез.

— Я чего-то не знаю? — спросил Верион.

— Всё знаешь, просто иногда случается так: «Что имеем — не храним, потерявши — плачем, не всегда осознаем, что мы в мире значим».

— Ты хочешь сказать, что он был в тебя влюблён?

— Сейчас это не имеет совершенно никакого значения. Человек выбрал не любовь, а статус и богатство. Кто мы такие, чтобы осуждать его выбор? — Она чмокнула его в щёку.

В это время поверенный передал господину Савросу последние документы. С этого момента Марьяна стала носить статус графини и имела богатое наследство. Пока не умрут родственники, она будет получать ежемесячные дивиденды, также она могла пойти учиться дальше уже на платной основе. Хотя Любава сама могла оплатить обучение, для неё это было большим подспорьем.

Уже ближе к вечеру господин Саврос попросил о разговоре с Любавой. Они только вернулись с прогулки по городу.

— Девочка, мы очень благодарны тебе, что ты спасла нашу внучку и заменила ей мать. В благодарность я не могу тебе дать статус графини, так как он передаётся по наследству, но статус баронессы — могу. Вот тебе документ о присвоении статуса баронессы, с чем тебя и поздравляю.

Он передал ей документ и улыбнулся. Любава, открыв рот, смотрела на господина Свароса.

— У меня к тебе ещё одна просьба. После императорских казематов у меня сильно подорвалось здоровье, с каждым днём я чувствую себя хуже. Напоследок хотелось бы побывать на могилке дочери. Как ты на это смотришь?

— Когда вы хотите отправиться в путь? — поинтересовалась она.

— Если можно, то завтра.

— Меня это вполне устраивает. Как ты считаешь, Верион?

Он лишь кивнул головой.

— Времени в пути около трёх суток, — произнесла Любава. — Нам надо переместиться в Вишан, оттуда придётся ехать с караваном до местечка Травинка, а там уже я знаю, что делать.

С утра они выехали в дорогу. Как и говорила Любава, они дружной компанией переместились в город Вишан, оттуда отправились в трактир, где она когда-то распрощалась с господином Турином.

Зайдя в таверну, Любава сразу заметила не высокого худого старичка. Она подошла ближе и присела за его столик. Старик недоуменно посмотрел на девушку и поперхнулся пивом.

— Любава, ты какими судьбами здесь? — проговорил он, прокашлявшись.

— Доброго дня тебе, так и не узнала тогда твоего имени. — Она улыбнулась.

— Звагон я, — сказал, усмехнувшись, он. — Собралась проведать родных? Не придётся убегать вновь?

Он прищурил глаза и внимательно посмотрел на неё.

— Теперь уже нет: тот, кто гонялся за мной, давно ушёл за грань. Я же всё-таки встретилась с ним, и надо было бы это сделать раньше: не было бы всего, что пришлось перенести.

— Значит, судьбой было назначено пройти эти испытания. Это твои друзья?

— Да! Так когда отправляемся?

— Пока можете отдохнуть. — Он вновь посмотрел на сопровождающих и усмехнулся. — Вечером выезжаем.

— Это кто? — поинтересовался Верион. — Странный какой-то, что-то в нём есть особенное.

— Потом расскажу, — ответила Любава.

Старый караванщик благодушно встретил как Любаву, так и Марьяну. Обняв девочек по очереди, он пригласил их в свою кибитку. Остальные расположились в соседней.

По дороге Любава рассказывала о своих приключениях, о бастарде короля, который убил свою возлюбленную и сам погиб из-за неразделенной любви. Было что вспомнить!

Когда на третий день они доехали до знакомого трактира, радости не было конца. Им устроили знатный ужин, всё время нахваливая Любаву.

Поужинав, женщина попросила всех выйти из трактира и подойти к кромке леса.

— Леший, старый друг, слышишь ли ты меня?

Из леса на зов вышел её знакомый.

— Здрав будь, дедушка леший, — произнесла Любава. — Угостись нашими гостинцами и помоги добрым людям посетить напоследок могилу дочери, уважь старость.

— Любава, девочка моя, жива и здорова, слава богине Вишанье! Смотрю, и жениха своего привела, — улыбнулся он. — Ох, неспроста ты тут появилась, Любава, как я и думал.

Он весело посмотрел на Вериона. Маг, не раз видевший лешего, лишь улыбнулся и поклонился, а старики же стояли в ступоре, в изумлении таращась на нечисть.

— Это он позвал меня, чтобы я спасла Марьяну.

После этих слов Любавы господин Саврос застыл в поклоне так же, как и Верион, а следом за ним то же самое сделала и его жена. Леший лишь хмыкнул и погладил ладонью бороду.

— Пойдёмте.

Он открыл проход в лесу: теперь перед глазами собравшихся вилась узкая тропинка в глубь леса. Идти пришлось недолго. Вскоре они вышли на поляну к развесистому дереву, где было последнее пристанище Митии Саврос.

Любава с Верионом отошла подальше, чтобы не мешать прощанию старых родителей с их единственным ребёнком. Марьяна находилась рядом с дедом и бабкой.

В тот же день они пустились в обратный путь и через четыре дня уже садились на корабль, отплывающий в Калиэн. Так закончилось их путешествие.