Ментор опустился на одно колено, Вера интуитивно обошла его и подала руку равно в тот момент, когда он за ней потянулся. И снова вальс. Глаза в глаза.

И хитрая улыбка восторга. Ее или его?

Нет. Ничего он не делает просто так.

Вера закружилась в соло, уже не боясь упасть или ошибиться. Педру мягко поймал ее, чтобы пройти еще пару тактов в открытой паре и разойтись на поклон.

Вера завершила движение и, подав руку, сделала реверанс.

Пары застыли в долгом поклоне, слушая последние аккорды.

Педру внимательно смотрел на Веру. Словно пытался прожечь взглядом насквозь, забраться в голову и проверить безумную теорию.

Сказал «доверяй», а сам просто ловко погрузил в бурю эмоций и чувство беспомощности, чтобы уловить малейшие отголоски давешней связи. Может, зря она сказала ему… может, стоило молчать? Уж не устроит ли ей ментор веселую жизнь, если увидит простор для своих «экспериментов».

Вера сделала глубокий вдох и отрицательно покачала головой, решив списать и восторг, и радость на собственное восприятие музыки. Она же все-таки девушка…

Тогда Педру взял ее под руку и увел с танцпола ровно на ту точку, с которой пригласил, и снова поклонился.

И десятки взглядов тут же устремились на них. Вера спиной чувствовала, как к ней возвращается внимание студентов, от которого она так старалась избавиться последние два года. Не говорить лишнего, не упоминать Коимбру, не ссылаться на Педру… Не выставлять напоказ свою подозрительность.

Никто не верил в то, что младшекурсница общается с ментором, и ошибки первых лет здорово испортили репутацию, но со временем ей почти перестали их припоминать. А теперь, что же, придется заново продумывать линию поведения?

— Вы хоть понимаете, что снова сделали меня объектом внимания для всей Академии?

— И заметьте, какого внимания, — Педру назидательно поднял палец. — Я за какие-то пять минут сделал то, чего вы не смогли добиться за два года.

— И как я должна была подобного добиться? Пригласить вас на студенческую вечеринку? Устроить романтическое свидание на главной площади? Разговаривать с вами не в библиотеке, а за столиком в кафешке?

— Зависит от результата, который вы хотели бы получить. И вообще, я не помню, чтобы со списком литературы давал перечень средств, которыми вы не можете воспользоваться.

Вера открыла рот. Педру улыбнулся, ударил пальцем по ее подбородку, подмигнул и исчез.

— Как думаешь, он совсем ушел? — спросил один из студентов Коимбры. Парни в зеленом не выглядели удивленными, но смотрели немного напряженно, словно страшились увидеть ментора среди толпы.

Вера обошла музыкальную систему и вынула из нее кассету, вернув заскучавшим по углам студентам бешеную дискотечную музыку.

По залу пронесся облегченный возглас, и танцы грянули с новой силой. Только наставница Инесса сидела в углу с поднятой кружкой, которую уже минут пять не могла донести до рта. Вера усмехнулась. Похоже, лев еще не огребает крылатые подзатыльники только потому, что Инессе нельзя оставить пост до конца плясок.

Вера спустилась со сцены и увидела стоящего неподалеку Пашу. Парень посмотрел на нее с удивлением и досадой и поспешил ретироваться, как и большинство малоприятных колдунов на ее пути. А вот девушки бросали завистливые взгляды.

— Ну спасибо, ментор… — проворчала Вера, уходя из зала с гордо поднятой головой. — Лучше б утащил к океану…

Педру уже несколько дней метался по Академии невидимой тенью, постоянно проверяя и перепроверяя готовность. Слуги-бештаферы замирали при его появлении и еще до вопроса начинали выдавать полный отчет о проделанной работе. Большинство студентов воспользовались каникулами, чтобы уехать подальше. Смылись даже те, кто родился в Коимбре, хотя Педру совершенно не понимал, почему юные колдуны готовы упустить такую прекрасную возможность поучаствовать в подготовке важных исторических событий.

— Спокойнее, — махнул рукой Педру, в очередной раз проходя мимо замерших у стены бештафер, — не нужно выставлять напоказ свое волнение, наши гости должны быть уверены, что все под контролем. И они имеют при себе бештафер, которые на раз раскусят ваши притворные улыбки.

Сам он не волновался. Просто все должно было пройти идеально, и поэтому требовало дополнительной проверки при подготовке.

Не все же России быть в центре внимания, пришла очередь Коимбры показать себя. И Педру позаботится о том, чтобы все делегации были восхищены его Академией и могуществом его короля. Первый в истории международный совет с участием Пустоши — поистине великое событие — пройдет на его земле. И пройдет идеально.

Педру удовлетворенно кивнул и медленно прошелся по украшенной флагами улице. Получилось не вычурно, но очень красиво. И главное, с уважением к каждой из стран-участниц. Даже к Пустоши.

Заглянул на площадь, где уже возводили сцену. Завтра в полдень над ней зазвучат приветственные гимны. Он также хотел устроить полноценный концерт, но повелитель совершенно справедливо заметил, что подобная демонстрация превосходства собственной культуры в первый же день неуместна. Поэтому фаду решили оставить на последний вечер собрания. И Педру согласился, что это будет замечательным завершением успешных переговоров. И даже обещал написать несколько новых песен, вдохновившись свежими впечатлениями.

Он направился в свой кабинет, чтобы внести последние корректировки в схемы размещения гостей. Корректировки были, в общем-то, не нужны, все документы и планы согласовали с доном Криштиану еще неделю назад, но лучшие идеи приходят порой в последний момент, и Педру был уверен, что менторы только обрадуются, когда он придет к ним с новой схемой и скажет все переделать для лучшего эффекта.

Над Педру закружил один из коршунов-наблюдателей, поднятых в воздух присматривать за городом. В сознание проникло несколько слов, и прежде чем Педру успел их осознать, за спиной раздалось громогласное:

— Ки-и-са-а!

Так. Пора серьезно поговорить с этим мальчишкой. Ментор вздохнул и обернулся.

Посреди узкой улочки стоял Миша и со смущенным и немного обиженным лицом показывал пальцем на Кузю. Кузя радостно помахал рукой с зажатой в ней желтой панамой и повторил:

— Olá, Киса!

А на площадь высыпало все семейство. Причем действительно ВСЕ семейство. Педру удивленно поднял брови, когда вслед за графом Авериным появились его брат с женой, его племянница с мужем, ребенком на руках и фамильяром за спиной. Замыкали шествие Вера с огромным фотоаппаратом на шее и подозрительно зыркающий по сторонам полицейский див.

— Улыбайтесь, ментор, каникулы же. — Девочка щелкнула затвором фотоаппарата, направляя его на Педру.

— Та-ак… — Педру расправил плечи и растянул губы в приветливой улыбке гостеприимного хозяина. — Рад вас всех видеть, но, признаться, удивлен. В моих списках вас немного… меньше.

— Ох, не волнуйтесь, — тут же поспешил уточнить Вазилис Аркадьевич. — Мы так… прицепом. В отпуск.

— Удачное же вы время выбрали…

— Удачнее не придумаешь. Если Гера тут, то и беспокоиться не о чем.

— Ничему его жизнь не учит, — прошептала Мария на ухо старшей дочери.

— Да еще и каникулы же, — продолжал улыбаться старший Аверин. — А нам очень уж хотелось подробнее познакомиться с вашей Академией, ну, перед тем, как детей сюда отправлять.

— Не доверяете? — прищурился Педру.

— Просто интересуюсь… — смутился Вазилис Аркадьевич.

— И правильно, — улыбнулся Педру. — Коимбра — одна из древнейших Академий и просто замечательный город с красивой архитектурой, тут есть, чем интересоваться и восхищаться. А возможность приобщиться к прекрасному с юных лет — это вообще песня! — Он посмотрел на малыша, которого Любава, видя впереди крутой подъем, передала Сергею.