— Думаю… но, может, не мне…

Он покачал головой, улыбнулся и приобнял Софью за плечи.

— Идемте в дом, вы замерзли. Не стоит беспокоиться о чужих кошмарах…

Александр вообще был до странного обходителен в последнее время. Но когда они с Софьей виделись раз в месяц или того реже, это не сильно бросалось в глаза. Теперь же стало очень заметно, что с императором что-то происходит.

Иногда Софья ловила на себе его взгляд, совершенно человеческий, теплый и немного виноватый. Он приносил ей чай, укрывал пледом после долгих прогулок, согревал на морозе. Словно простыми действиями пытался исправить какую-то давнюю, болезненную ошибку, которую Софья не заметила. Он подолгу молчал, наблюдая задумчиво и печально, но откликался на первый же зов. Он называл окружающих «друг» или «дитя», с легкой улыбкой говорил «душа моя», глядя в глаза, и оставалось только догадываться, что он имеет в виду.

И Софья начинала задаваться вопросом, ради чего же он на самом деле остался? И даже самой себе не призналась бы, что уже придумала ответ. И вполне готова в него поверить.

На пороге их встретил Педру. Див поклонился и посмотрел на Александра.

— Разрешите с вами поговорить?

— Конечно, конселейру, Софья Андреевна, прошу простить. — Он галантно поцеловал ее руку и быстро пошел за ментором, на повороте бросил короткий взгляд, все такой же по-человечески теплый: — Не стойте на пороге. Садитесь за стол без нас, не ждите.

— Не будем, — за плечом появилась Анастасия. — Ваше величество, вы опять гуляли нараспашку…

— Ваше величество, все готово, — позвали девушки. — Идемте?

Софья вынырнула из воспоминаний и покосилась на свои шерстяные носки.

— А вы? Вы, что же, уже погадали?

— Как можно, ваше величество, вы первая.

Анастасия внимательно оглядела девушек, зрачки ее стали вертикальными.

— Все будет нормально, — успокоила ее Софья, поднимаясь, — я надеюсь…

Стоило ей выбраться из мягкого пледа, все теплое настроение слетело с нее, словно осталось в кресле вместе с воспоминаниями. Сердце царапнуло беспокойство. Ведь учили, что нельзя. Вдруг, и правда? Но отказываться было поздно, Софью под руки повели гадать.

Императрица подошла к задернутой портьерой двери и скептически оглядела дам.

— Ну, — вздохнула она, — рассказывайте, что делать.

А про себя добавила «Господи Боже, прости дуру грешную… помилуй». Еще и свечку в руки подали… Софья почти инстинктивно перекрестилась.

Молоденькая ясновидящая принялась объяснять нехитрый обряд, придуманный, наверное, еще в допотопные времена. В темной комнате два зеркала создают коридор, девушка со свечкой заходит в него, смотрит и зовет: «Ряженый-суженый, приди со мной поужинать».

— А ужин-то приготовили? — спросила Софья, и девушки захлопали глазами. — Ну как вдруг действительно придет, или без веры кликаем?

— Да матушка-императрица, господь вас помилуй, это ж образно все, — увещевала ясновидящая. — Из зеркала-то не выйдет. Лишь тенью да образом вам покажется. Вы, главное, не бойтесь и взгляда не отводите.

— Ну ладно. — Софья взялась за штору.

— Подождите, вот. Монетку возьмите, — взволнованно прошептала рыжая чародейка, вкладывая в ладошку Софьи пятачок.

— А это зачем?

— Это, чтобы черта отвадить. Есть такое поверие, что может вместо суженного черт явиться, тогда ему монетку надо показать и на пол бросить, он монетку заберет, а вас не тронет.

Софья молча посмотрела на девушку и подумала, что в новом году заменит всех этих барышень на более образованных выпускниц Академии или в ските молодых девушек отберет, которые постриг еще не приняли. Чтоб наверняка. Черти у них в зеркалах пляшут…

Она подняла ладошку с монеткой на уровень груди, кивнула в знак благодарности и вошла в комнату.

Все стены были завешаны шторами, свет выключен, лишь несколько свечей тускло горели на полу перед высокими, развернутыми друг к другу зеркалами. Софье захотелось добавить пару знаков огня для света и призвать истинное зрение: больно любопытно стало, что здесь ясновидящая с чародейками понавешали, вряд ли же на одних повериях сказку строят.

Но у любой игры есть правила, и, прежде чем ломать чужие представления о волшебном, Софья решила выполнить положенные действия. Она тихо подошла к зеркальному коридору и с удивлением обнаружила, что в отражении комната кажется светлее, чем есть на самом деле. Словно только сквозь зеркало можно было увидеть настоящим мир, в то время как сама Софья находилась в мрачном теряющем очертания зазеркалье.

— Ну… Ряженый-суженый… что там… явись ко мне, поужинай…

Может, хоть апельсинку следовало захватить со стола? А может, просто настроение сегодня немного саркастичное. Софья посмотрела на пляшущий над рукой огонек свечи и немного повернулась, позволяя пламенному отблеску убежать в коридор, — так станет хоть немного светлее. Вереница свечек зажглась в зеркалах, а запах тлеющего фитиля и воска стал ощутимее.

— Ряженый-суженый… — повторила Софья, пожала плечами и вдруг заметила, что в неровном движении огонька словно тень мелькнула между зеркалами.

Привидится же такое. Она подошла ближе к зеркалу, подняла повыше свечу, всматриваясь больше в свое отражение, нежели в предложенную иллюзию. Интересно, а может ли неясный образ «суженого» быть сделан с помощью чародейских иллюзий? Софья была слишком скептична к магии. Особенно для девушки с колдовской силой. Но по-другому не бывает. Чем больше знаешь и изучаешь, тем меньше веришь во всякого рода нелепицы.

Пора было уходить — маленькая тонкая свечка догорала, пламя ее выплясывало все более неровно и вот-вот должно было потухнуть, но почему-то Софья засмотрелась на этот огонек… и снова заметила тень за спиной. Обернулась резко, сбив последнее пламя. Огонек вспыхнул последней яркой искоркой, отразился в зеркале и испуганных глазах девушки, блеснув на миг третьим глазом посреди лба… и погас. Софья от неожиданности уронила огарок и замерла, прислушиваясь к стуку сердца, слишком громкому в абсолютной тишине. Свечи на полу еще горели, но из-под шторы стало задувать холодным ветром, и комната рисковала вот-вот остаться в кромешной темноте.

Софья помотала головой, отбрасывая наваждение, и пошла к двери. Откинула шторку, распахнула тяжелые створки и вышла в коридор.

Коридор…

Сторону перепутала? Она повернулась и посмотрела на тяжелые, украшенные золоченой резьбой двери. Вернуться, пройти комнату насквозь, выйти через штору в покои… и выгнать в шею этих несчастных дур. Настроение совсем испортилось. Вытравилось волнением и внезапным испугом, странной лохматой тенью среди зеркал.

Возвращаться не хотелось. И Софья решила, что обойдет коридор по кругу. Заодно немного успокоится.

Невысокие каблучки домашних туфель гулко стучали по узорчатому полу. Софья неспешно шла по темному широкому коридору, свет от нескольких висящих на стенах подсвечников едва-едва доставал до пола, зато с противоположной стороны, сквозь высокие длинные окна проникали косые лучи лунного света и холодный ветер.

Софья поежилась, когда очередной порыв взметнул легкие шторы и потушил огни, погрузив коридор в ночной мрак. Чье-то присутствие осело на плечах запахом гари и пепла, пробуждая тревогу и заставляя сердце колотиться сильнее.

Софья уставилась на стены. Изящные колонны, множество барельефов и… подсвечники? Что Омск остался без света, она еще могла поверить, но то, что кто-то за ночь переделал пол дворца…

Она подошла к окну и ахнула. Далекий запорошенный снегом парк. Канал, фонтаны и золотые статуи. Она не в Омске. Она в Петергофе.

— Девочки?! — Софья бросилась бежать к опрометчиво оставленной двери.