— Да, — подтвердила колдунья. Сердце снова заколотилось: неужели она не ошиблась? И ментор подтвердил догадку:

— И думаете, я поверю, что вы так грубо просчитались? — произнес он. — Знаете, какое главное правило для всех, кто пытает счастье в Саду ожиданий? Обманывать и лукавить нельзя.

— Я не буду… — Элена слегка покраснела от волнения. — Я… не только наблюдала, я надеялась, что вы заметите меня. Заинтересуетесь и придете. Другого шанса у меня нет: моих сил не хватит, чтобы попасть в «серебро».

— Все не так просто, сеньора Карвалью. Вы ошибаетесь, строя расчеты только на рейтингах и талантах… Однако считайте, что вам повезло. Я слушаю ваше «слово».

«Слово» было не менее важно, чем само появление ментора. Выслушав соискателя, Педру принимал решение о том, на что тот может рассчитывать. И далеко не всегда ищущие привилегий получали именно их. Ментор мог, не проронив ни единого звука, развернуться и уйти. И больше никогда не явиться соискателю, сколько бы тот ни торчал в Саду ожиданий. Или назначить дисциплинарное взыскание. Были даже случаи, когда неудачника сажали в подземный каменный мешок на несколько дней. Но никто из провалившихся не рассказал, за что. Поэтому в Академии плодились самые нелепые слухи.

Элена слухам не верила и считала, что кандидаты-неудачники просто высказывали ментору слишком много гадостей или делали совсем уж непристойные предложения. Поэтому впоследствии и хранили молчание.

— Вместо «слова» я спою, — улыбнулась колдунья.

— Берегитесь, сеньора, — предостерег ее ментор. — Я не люблю дрянную музыку. А тем более — дрянные стихи. И самое худшее — когда льстецы стараются подражать моему стилю. Жалкие попытки! Это попросту невозможно.

— Я не буду и пытаться, ментор, — Элена подумала, что плохая песня тоже вполне может быть поводом для наказания.

Она подошла к одному из шкафов, где с самого начала припрятала гитару. Достала, сдула пыль и, подняв с пола стул, села на него и начала подкручивать колки. Ментор, не двигаясь, равнодушно наблюдал за ней. Пальцы слегка дрожали, но торопиться нельзя, гитара должна быть настроена идеально.

Добившись нужного звука, Элена взяла первый аккорд. В небольшой темной комнате мелодия зазвучала таинственно и проникновенно.

Элена запела.

А когда закончила, услышала, как ментор негромко хлопает в ладоши.

— Вы можете сказать, чего желаете, — произнес он, подойдя так близко, что у Элены похолодело в животе.

Недели пролетали одна за одной. Вера все свое время посвящала учебе. Нужно было многое понять, во многом перестроиться, да еще и постоянно сосредотачиваться на чужом языке. Она считала, что довольно хорошо владеет португальским, но уже после третьей лекции засела в библиотеке со словарем и Риверой, которая помогала разобраться в разговорных выражениях.

Вера на удивление легко сошлась со странной девушкой. Особенно после того, как стало ясно, что они, пожалуй, единственные из всех колдуний республики, кто не горит желанием участвовать в вечернем обсуждении ментора Педру и коллекционировании фигурок и изображений львов. Если Вера просто отмалчивалась, то Ривера всем видом показывала презрение к общему кумиру.

— И что они только в нем нашли… — ворчала колдунья, поднимаясь на спальный этаж. — Хорошо, что ты все-таки у нас осталась. Хоть кто-то нормальный…

— Ага… да… — кивала вслед ее словам Вера, презрение к поклонницам ментора она разделяла совершенно искренне.

Это в Москве все знали, что юная колдунья смотрит на ментора как на божество и грезит Коимброй, а тут… Чистый лист, и написать на нем можно что угодно. И может, ментор Диогу прав. Иногда и репутация злобного чудовища оказывается вполне на руку.

Вера затылком чувствовала, что студенты к ней присматриваются, изучают, наблюдая со стороны. И инстинктивно старалась оставаться одна и не попадать под любопытные взгляды.

Несколько раз ее звали кататься на волнах или просто выехать к океану, но Вера только качала головой — сейчас куда важнее погрузиться в учебу, чем нежиться под солнцем, и хотя бескрайняя вода манила, колдунья гордо отворачивалась от нее и устремляла взгляд в книги.

Вера долго бродила по узким улицам и маленьким дворам, изучая город. Искала смотровые площадки и высокие точки, на которых небо казалось чуть ближе. Запоминала расположение скверов и садов.

Особенно ей понравился полузаброшенный садик в одном из дворов. Это была не самая оживленная сторона города, часть домов и вовсе казалась заброшенной. Редкие прохожие мелькали за поворотом, но никто не проявлял интереса к маленькому тенистому саду с парой каменных скамеек и неухоженными клумбами. Идеальное место.

Вера с облегчением свернула в свой пустой уголок, бросила сумку прямо на землю и растянулась на нагретой солнцем скамейке, поднимая над головой книгу. Сегодня по плану «История Коимбры». У Веры по очевидным причинам были пробелы в данном предмете, поэтому, помимо книг собственного курса, она взялась прочитать и учебники за прошлые годы.

Наслаждаясь тишиной, теплом и одиночеством, Вера погрузилась в чтение.

Волна силы прошла по спине, вырывая девушку из прошедших веков. Вера почти со скоростью дива вскочила на ноги, губы сами собой растянулись в улыбке.

— Что вы здесь делаете, сеньора?

— Ментор!

Педру стоял посреди сада с огромной каменной вазой в руках. Неизвестное растение, больше похожее на сорняк, топорщилось из вазы во все стороны.

— А вы что здесь делаете?

— Ухаживаю за садом.

Он водрузил вазу на постамент.

— Может, лучше позвать ментора Диогу, если вы решили восстановить этот заброшенный угол? — осторожно заметила Вера, все еще не переставая улыбаться.

— Он не заброшенный. И вас здесь быть не должно. Сегодня вторник, а не суббота. Время ожиданий — суббота. Или вы принципиально не соблюдаете правила?

— Ожиданий? — не поняла Вера.

Педру вздохнул, сложил руки за спиной и повторил:

— Суббота назначена днем ожиданий. Никто не приходит в сад в другие дни. Это правило. Но если вам так не хватает моего внимания, я могу назначить дополнительные занятия уже сегодня.

— Ваш сад?

— Не хлопайте ресницами, я не поверю, что ваши сограждане не рассказали об этом месте в первый же вечер. Это же их излюбленное место.

Вера постучала по лбу корешком книги и поморщилась, вспоминая. Сад ожиданий. Место для свиданий с ментором. Да, что-то такое ей рассказывали. Если хочешь встретиться с Педру, приходишь в сад и ждешь небесной милости. Только вот у Веры не было недостатка в его внимании, она и не зацепилась за эту байку. Посчитала очередной студенческой легендой, причем весьма нелепой, ведь не станет же ментор всерьез таскаться на свидания с учениками. И, конечно, ей даже в голову не пришло поинтересоваться, где этот сад находится.

Она оглядела замшелые клумбы и темные окна заброшенных домов. И вот это его сад?!

Стоп, сад вообще существует? И свидания тоже?

— Ну… вообще-то рассказали, да я не поверила.

— И зря. А теперь уходите.

Ментор был непреклонен и холоден, как каменная статуя. Вера внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, ощутить силу… и ничего не почувствовала, словно уперлась в стену. Педру явно не был расположен к общению. Ну и ладно.

— С чего бы? Вы сами сказали, что тут никто не появляется шесть дней в неделю. Это идеальное место. — Она села обратно на скамейку и открыла книгу.

Педру возник прямо перед ней:

— Я сказал, уходите. Сюда приходят не за тем, чтобы читать книжки по истории.

— А зачем же сюда приходят? — Вера опустила книгу чуть ниже, впиваясь взглядом в ментора. — Из объяснения сограждан я поняла, что на свидание, но, простите, слабо верится.

Педру улыбнулся.

— У каждой Академии есть свои тайны и традиции. И ничего не мешает вам в них не верить, тогда они просто не будут для вас существовать. Я не против. Вон, — он указал на выход.