— Кто?

— Это я.

— Ох… Дима, иди спать.

— Открой дверь, — попросил я, но в ответ лишь тишина. Я собирался постучать снова, но таки услышал, как щелкнул замок. На пороге появилась заспанная девушка в бесформенной ночнушке.

— Дим, если ты… — начала было она, но я действовал на опережение.

Шагнул вперед, подхватил её, прижимая к себе, и поцеловал. На миг она обмерла, не ожидая такого напора, затем попыталась сопротивляться. Я ощутил, как от неё пахнуло гневом, но чем дольше я её держал, чем настойчивее целовал, тем меньше его было.

В конце концов я просто сорвал с неё одежду и захлопнул дверь в комнату ногой.

Мне было плевать на правила лицея, плевать на то, что нас смогут увидеть или услышать.

В этот момент я безумно хотел Таню, особенно после пережитого…

…а она хотела меня.

Спасибо, Фломелия. Это и впрямь был отличный совет!

Это было одно из лучших моих пробуждений. Солнечный свет, пробивающийся через окошко, Таня, дремлющая под боком… Кот, наблюдающий за нами со шкафа.

Стоп…

Какого хрена он тут делает? Он что, всю ночь был тут?! Я думал, что оставил его в своей комнате… Ах, он…

— Извращенец, — одними губами произнес я ему, на что Баюн демонстративно отвернулся, выказывая свое отношения к подобным заявлениям.

— Дима, — зашевелилась Таня и, приподняв голову, потерла сонные глаза. И тут заметила, что солнце уже высоко. — Ой… Тебе нужно уходить, пока никто не заметил.

— У нас есть ещё немного времени, — сказал ей я, прижимая девушку покрепче к себе. — Извини, что вел себя как дурак.

— Ещё какой, — согласилась она. — А где ты был вчера? Я знала, что тебя освободили от занятий, но тебя даже в столовой не было.

— Волновалась?

На это она слегка обижено надула губки.

— Больше так не делай, хорошо?

— Приложу все усилия ради этого, — пообещал я.

— Дим… Стой… это что, кот? — Таня нахмурилась, заметив сидящего на шкафу зверя. Тот в ответ зевнул, а я порадовался, что он помнит мои слова о том, что ему нельзя говорить.

— Ага. Он самый. Спас его от голодной смерти в одном темном подвале. Так что теперь это мой кот.

— А зовут его как?

— Барсик.

— Ш-ш-ш-ш-ш, — зашипел кот крайне недовольно. Неужели я не угадал с именем?

— Кажется, ему не нравится.

— Ничего, привыкнет.

— Иди сюда, малыш, — девушка протянула руки, поманив кота, и тот с готовностью прыгнул на кровать и подошел ласкаться. Таня, добрая душа, тут же зажала этого облезлого хитрого кошака меж грудей, а тот только и рад.

Вот же поганец.

И тем не менее тиская кота, даже такого некрасивого, она была очень счастлива, и мне на душе становилось теплее. Ладно, кошарик, в этот раз разрешаю, но если ещё раз вздумает лезть к моей девчонке без спроса, полетит в окно.

Но всю эту идиллию разрушил внезапный стук в дверь.

— Демидова, немедленно открывай.

— Ойк… — икнула девушка. — Это управляющая общежитием. Если она тебя увидит и доложит декану Помникову, у нас будут серьезные проблемы!

В то, что серьезные проблемы будут у меня, я сильно сомневался, учитывая, кто был секретарем, да и Ефим вроде бы пока не восстановился от травм. Но вот Тане могло влететь. Хлад!

Буркнув себе под нос, я выбрался из постели, подхватил с пола штаны и натянул их, прыгая на одной ноге. Гребаный кот словно специально спрыгнул мне под ногу, отчего я не удержался и плюхнулся на пол.

— Демидова! Открывай, немедленно!

— С-сейчас! Я не одета… Минутку… — воскликнула Таня. — Дим, тебе нужно спрятаться. Под кровать или в шкаф. Давай в шкаф! Там…

— У меня есть идея получше, — улыбнулся я и открыл окно её комнаты.

— Стой! Там же высок…

Но я помахал ей ручкой и выпрыгнул, изящно приземлился на траву, смягчив падение перекатом, и поспешил скрыться.

“Что за дурень…” — охнула Таня, увидев, как Дима исчез в окне. Она тут же бросилась к нему, выглянула и с облегчением выдохнула, увидев, как юноша довольно резво убегает прочь.

— Демидова!

— Да, сейчас…

Таня быстро накинула на себя халат и открыла дверь. За ней стояла сурового вида женщина в возрасте, одетая в серый военный китель. От её “ястребиного” взгляда девушке тут же стало не по себе.

— Да, Ольга Игоревна.

— Ты одна? — спросила женщина, и её взгляд тут же метнулся за спину Тани, словно выискивая кого-то.

— Да, конечно.

— Я бы хотела убедиться. Ты даешь мне дозволение войти? — крайне официально спросила женщина.

— Да…

Ольга Игоревна по-хозяйски вошла внутрь и огляделась. Подошла к кровати, прищурив глаза, почти минуту рассматривала смятые влажные простыни. Затем заглянула под кровать, проверила шкаф. У Тани от этого сердце в пятки ушло, и она порадовалась, что Дима успел выскользнуть в окно, а не стал прятаться.

— Что-то не так Ольга Игоревна?

— Твоя соседка, Юля, слышала странные звуки ночью.

“Вот же дрянь!”

На всякий случай управляющая проверила и окно, выглянув на улицу, но никого не обнаружила.

— Что-ж… — Ольга Игоревна ещё раз с легким раздражением оглянула комнатку и вышла в коридор. — В следующий раз не шуми. Уважай покой своих соседок.

— Да, Ольга Игоревна…

Управляющая удалилась, а Таня вышла в коридор и встретилась взглядом с хмурой соседкой, выглядывающей из-за двери.

— Мешаю тебе, значит, да? — сквозь зубы прошипела Таня. — Крыса!

— Шлюха! — услышала Таня в ответ, когда захлопывала свою комнату.

“Значит, война!”

— Дим, ты уверен, что тебе это не приснилось?.. — Даша стояла неподалеку от меня, скрестив руки на груди. — Мама умерла.

— Её держали в клетке, словно зверя, вместе с этим вот котом. Он, к слову, говорящий.

На этих моих словах Даша перевела полный сомнения взгляд на этого облезлого худого кошака. Тот в ответ зевнул и потянулся.

— Скажи ей что-нибудь, — попросил я, но тот с надменным видом проигнорировал просьбу. — Эй!

— Мяу.

— Издеваешься? — нахмурился я.

— Мя-я-яу.

— Да отстань ты от кота, — сердито буркнула сестра. — Так ты… не шутишь?

— Нисколько. Мама жива, я лично её видел.

Я видел, как менялось выражение её лица. До сестры начинало доходить, что именно я сказал, и это меняло очень и очень многое.

— Мама… жива…

В конце концов Даша обняла меня, едва сдерживая слезы, но в итоге довольно быстро отстранилась и вытерла их о рукав. Дождавшись, когда она успокоится, я коротко пересказал произошедшее за эти два дня, разумеется опустив ту часть с бойней, что я устроил в крепости Орлова. Впрочем, на легкую нестыковочку в том, что я проник в крепость и вызволил мать, не встретив никакого сопротивления, Даша как-то не обратила внимания.

— Да как они посмели?! — на смену радости и облегчению пришла злость. Даша была в ярости от такой вопиющей несправедливости. — А что если бы ты её не освободил?! Что если бы она там так и умерла!

— Они заплатят, обещаю. Шаг за шагом мы заставим Беспалова и его шавок заплатить.

— Где она сейчас? Когда я смогу её увидеть?

— Где-то в Петрограде, точного места я не знаю. Может там, где прятались мы в прошлый раз, может где-то ещё. Чем меньше людей знает, где она сейчас находится, тем лучше.

— Включая нас? — не согласилась девушка, бросив на меня сердитый взгляд. — Мы её дети!

— Ты сама подумай. Враг знает, что она пропала, и скорее всего будет пытаться её найти. Как лучше всего это сделать?

— Проследить за детьми… — закончила она, поняв, о чем именно я говорю.

— Именно.

— Да, ты прав… Лучше нам какое-то время вести себя тихо и делать вид, что мы ни при чем.

— Не волнуйся, я поговорю с Рубцовым и придумаю способ вам встретиться, — заверил я сестру.

— Спасибо, Дим. Правда. Ох, извини, я забываюсь. Ты же просил тебя называть ГНЕВом.

— Да все-равно уже. Можно сказать, что привык к этому имени. ГНЕВ, Дмитрий, да какая разница, — пробормотал я.