Ждать пришлось недолго: сотрудникам галактической миссии на Эос было скучно, и я небезосновательно считала, что они нашего приезда ждут с нетерпением, словно мы передвижной цирк. Наранг покинул магазин почти следом за мной, ничего не купил, разве что, может, какую-то мелочь, которую смог сунуть в карман, сел в катер и испарился.

– Главный инженер миссии действительно застрял на Астре, – странным голосом протянул Дэвид, – его зовут Четан Наранг и номер его катера – А двадцать четыре – двадцать девять. – Он повернулся ко мне, и гримаса на лице тоже ничего доброго не предвещала. – Но они сообщают, что он уехал не три недели назад, а дней пять, и катер его не способен передвигаться.

Я обмозговала услышанное.

– Про три недели он мог приврать, чтобы выбить из меня слезу, – предположила я, вспоминая, на что способны люди, пока они еще не объект моего изучения, – если ему нужна деталь, а я ведь могла и заупрямиться. Спросите про модель катера и…

– Фотографию.

– Да.

Кому-то в миссии было невероятно скучно. Ответ пришел настолько быстро, сколько физически потребовалось нашему собеседнику, чтобы напечатать название катера и найти искомую фотографию.

– «Перегрин», старье, – Дэвид так всматривался в несчастный телефон, словно тот ему мог выдать что-то сверх того, на что расщедрился сотрудник миссии. – А вот и фото. Похож?

Он повернул ко мне телефон, я увеличила групповое фото: две женщины, невысокий темнокожий мужчина, рослый двухметровый блондин и…

– Да черт его знает, – я покусала ноготь. – Вроде похож, но… У него какая-то незапоминающаяся внешность, вам не кажется? – Я посмотрела на Дэвида, тот повернул телефон экраном к себе, подумал, неуверенно кивнул. – Вот если бы мне достался его череп… Эм-м… я имею в виду, что я намного лучше работаю в программе реконструкции внешности, чем с еще живым человеком…

У меня появилась мысль, с чем связаны и просьба миссии, и виляние Наранга, если он вообще тот, за кого себя выдает. Но делиться версиями с Гатри было несвоевременно. Он и так отодвинулся от меня, насколько смог, после того как я озвучила свои предпочтения. Да, я косноязычна, красноречие у меня просыпалось либо в момент, когда я отстаивала свои права, либо когда я читала лекции.

Социальная коммуникация у меня была не на том уровне, на котором мне бы хотелось, а насчет лекций мы с Гатри уже договорились. Никакой навязчивости с моей стороны.

– Все равно это странно, – закончила я, чтобы избежать неловкости окончательно. – И просьба миссии, и этот Наранг. Черт с ними, давайте стартовать с этой Астры, нам еще целые сутки лететь до Эос. Кстати, что у нас с навигацией? Этот чертов искин способен проложить маршрут или нам придется возвращаться и требовать другой межпланетник?

Искин ожил. Гатри долго ругался себе под нос, даже полез проверять, не отошли ли контакты, и в какой-то момент дисплей зажегся и почти детский голос поприветствовал нас и поинтересовался, куда нас несет. Я бы сказала, что это прозвучало с любопытством, если бы искину оно было свойственно.

– Эос, база Галактической миссии, – коротко проинформировал Дэвид, а я уставилась на монитор.

Эос походила на Астру в том смысле, что тоже была морской планетой с одним вытянутым вдоль экватора континентом. Разумеется, она была намного больше, и континент простирался на семнадцать тысяч километров с запада на восток и на пять-шесть тысяч – с севера на юг. Где-то там, на этом континенте, затерялась база Галактической миссии. На такой площади это «где-то» выглядело совсем не смешно, а искин мигал синей иконкой обработки информации и тоже, похоже, не веселился.

– Ну? – поторопила я искин, никакой реакции не последовало, и я повернулась к Дэвиду. – Может, задать ему координаты? Впечатление, что в его мозгах простая задача вызвала сильный сбой. Что с ним дальше-то будет?

Дэвид, не споря, нажал кнопку отмены команды, и мне показалось, что искин этому даже обрадовался. Синяя иконка исчезла сразу же, и загорелся экран с надписью «Здравствуйте, меня зовут Уоррик, я всегда готов вам помочь».

– Интересно, – пробормотал Дэвид, – он не реагирует на голос, хотя должен. Смотрите: Уоррик, проложи маршрут до базы Галактической миссии на Эос. Видите? – он потыкал пальцем в экран. – Как будто не понимает. Но если я повторю…

– Не надо, – вздрогнула я, вспомнив, как искин завис. – Сообщите ему координаты. Карта хорошая, подробная, странно, что он не может найти на ней миссию.

Сначала я подумала, что координаты скрыли от туристов, но отмела версию как не то что несостоятельную, а просто незаконную. Если катер межпланетный, то скрывать от кого-то координаты миссии – все равно что держать в секрете адрес полицейского участка или больницы. Но здесь все было настолько…

– Через задницу, – не сдержалась я с нелестной характеристикой.

– Простите, доктор Нейтан? – опешил Дэвид, который решил координаты вводить, а не озвучивать. Это было правильное решение, потому что искин мог и не распознавать часть команд.

– Айелет, – поправила я ворчливо.

– Айелет, – послушно повторил Дэвид. – Все равно простите, что именно через задницу?

– Все, – отрезала я. – Это фразеологизм. Означает, что все очень паршиво. Вот в данный конкретный момент это искин, который глухой, хотя модель катера подразумевает, что это полноценный искусственный интеллект, намного сильнее искина роботов. Я надеюсь, панель он хотя бы воспринимает или она существует отдельно от него?

Я закусила губу. Гатри наверняка решил, что я окрысилась на него по какой-то непонятной ему причине, и я уже собиралась объяснить, что у меня мерзкий характер и не стоит ничего принимать на свой счет, но в этот момент экран загорелся, появились карта, расчетное время полета, координаты выхода из атмосферы Астры, позывные диспетчерских, прогноз погоды на Астре и Эос и прочая полетная информация.

– Дэвид, пожалуйста, – попросила я, с трудом подбирая слова. – Выслушайте меня, нам еще вместе работать. Я бываю резка, но это не значит, что моя резкость направлена на вас. Просто примите, что я такой… своеобразный человек.

Все-таки у него была подкупающая улыбка. Говорящая больше слов. Я почувствовала себя совершенно нелепо – повезло же человеку с напарником. Может, нас отправили поодиночке, чтобы я не портила никому жизнь?

С этой грустной, но объективной мыслью я поднялась.

– Пойду посмотрю, что тут с запасами, – сообщила я удивленному Дэвиду. – Думаю, что придется выбраться в магазин, хотя супы быстрого приготовления входят в обязательный пакет, но, признаться, они мне до чертей надоели на «Кассиопее». Да не смотрите вы на меня так, в первом классе кормили порциями для ящериц. Я доплачивала за еду третьего класса, чтобы не умереть с голоду.

Малый межпланетный универсал, который Гатри раздобыл на Астре, представлял собой вытянутую капсулу восемь метров в длину. Кроме кабины, где было всего два сиденья, в нем находилась каюта – две койки одна над другой, наглухо прикрученный откидной стол, два откидных стула и плоский шкаф, в котором следовало хранить багаж, а также капельный умывальник и кулер с водой. Обязательный пакет, о котором я упомянула, предусматривал наличие генератора, заряженной батареи, ракетницы с тремя ракетами, двух термоодеял, аптечки и неприкосновенного запаса, если вдруг что. Я надеялась, что чего-то может не хватать, и тогда это повод вернуться и потребовать катер с нормальным искином.

Я подняла за лямку свой рюкзак и заорала.

– Черт!

Рюкзак шлепнулся, я выпрямилась и дала себе по лбу.

– Док… Айелет? – встревоженно обернулся ко мне Гатри.

– Нам придется вернуться, – сквозь зубы проговорила я, с ненавистью глядя на кейс. – Я совсем про него забыла. – Выражение лица Дэвида стало вообще непередаваемым – возможно, так смотрят люди, подозревая, что и без того не вполне нормальный человек окончательно слетел с катушек. – Про кейс. Я должна была передать его таможне.