— Лилуай, ты меня слышишь?! — повысила голос Даштан, зло сверкнув глазами.
— Да, сестра, — ответила ей Лера как можно спокойней.
— Милая, — зашипела Даштан, — тебе нужно открыть чакры, раскрыться и обрести дар. Сосредоточься уже наконец!
— Я стараюсь, не выходит, — вспоминая правильные слова на ваде, медленно произнесла Лера.
Даштан раздражённо выдохнула, поправила прилипшие ко лбу от пота волосы и завела уже сотню раз слышанную Лерой мантру:
— Закрой глаза, расслабься и сосредоточься. Почувствуй потоки шакти, узри их. Попробуй поймать поток и почувствовать, как он проходит сквозь твои чакры. Ты видишь их?
— Нет, — сказала Лера.
Даштан, разозлившись вконец, вскочила с подушки и заорала:
— Да что с тобой не так, тупица?! Просто закрой свои ракшасовы глаза и узри поток!
— У меня не выходит. Я не могу.
— Ты должна стараться! — её широкое раскрасневшееся лицо нависло над Лерой. — Теперь ты часть ордена. Видящий сказал, что у тебя потенциал ментального дара. Где он? Я не вижу! Ты бездарна. Сколько мне ещё возиться с тобой? Думаешь, мне нравится тут сидеть по три часа и повторять одно и то же?
— Я пытаюсь, — Лера с вызовом взглянула на неё, то, как Даштан с ней разговаривала, едва ли ей нравилось. Она хоть и понимала, что ей не следует так смотреть на сестру-настоятельницу, но совершенно ничего не могла с собой поделать.
Даштан, конечно же, этот вызов во взгляде окончательно вывел из себя.
— Да как ты смеешь, неблагодарная грязная девчонка?!
Даштан замахнулась, чтоб ударить её по щеке, но у Леры была отменная реакция. Она схватила грубую руку сестры и изо всех сил сжала её широкое запястье.
— Не делайте этого, — зло сверля глазами, сказала Лера.
— Ах ты дрянь, — зашипела Даштан, — как ты смеешь не повиноваться?
Пощёчину, которую Даштан влепила ей левой рукой, Лера не успела остановить. Но разозлилась не на шутку, вскочив с подушки и занеся руку, чтоб ударить Даштан в ответ.
Внезапно дверь в комнату отворилась и на пороге появилась мать-настоятельница. Как раз в тот самый момент, когда Лера с размаху треснула Даштан по лицу.
— Ах ты, непокорная дрянь! — не ожидавшая такой реакции от послушницы, воскликнула Даштан и ещё раз ударила Леру в ответ.
— Что здесь происходит?! — строго воскликнула мать-настоятельница Навиль. — Сестра Даштан, соизвольте объяснить немедленно!
Взгляд её не предвещал ничего хорошего. Даштан испуганно потупила взгляд, Лера же смотрела на мать-настоятельницу открыто и с вызовом, сама не понимая, откуда в ней столько смелости и бунтарства. Лера прекрасно понимала, что за неповиновением последует наказание, три дня в темнице на одной воде и рисовых лепёшках. Но сейчас ей было плевать, главное, что Даштан получила по заслугам.
— Мать-настоятельница, — подхалимским голосом начала Даштан, — эта девчонка бездарна. Она даже чакры свои не видит, ещё и ведёт себя отвратительно! Она меня ударила!
— Я видела, Даштан, — злым холодным тоном произнесла мать-настоятельница. — Лилуай, неподчинение страшный проступок, ты здесь недавно и возможно, не усвоила наши правила и не поняла, как всё устроено. И именно поэтому ведёшь себя так вызывающе. Но орден заботится о тебе. Мы теперь твоя семья. Ты должны быть благодарна. Мы предоставили тебе кров, еду, одежду. Тебя обучает лучшая урджа монастыря. И так ты ей отплатила за помощь?
Даштан злобно ликуя, покосилась на Леру.
— Простите, мать-настоятельница, — только и смогла сказать Лера.
— Какое неправдоподобное раскаянье, — скривилась Даштан. — Боюсь, это худшее приобретение орденом, которое только можно представить, мать-настоятельница. Я бы советовала и вовсе перепродать девчонку неприкасаемым. Там ей место.
— Она слишком юна, Даштан. Не говори ерунды.
— Юна? Но мы ведь знаем, что она уже не девочка. Значит, её тело готово к деторождению.
Мать-настоятельница нахмурилась:
— Нет, Даштан. Ей рано. Мы должны развить в ней дар и использовать потенциал Лилуай. Видящий увидел в ней провидца. Накта Гулаад чтит провидцев, как и пророчицу Ямину, которая основала наш орден. Империя сейчас переживает не лучшие времена, и ты знаешь, что любая ракта на вес золота. Неприкасаемые — это слишком радикальная мера, к тому же сейчас у них нет нехватки в девушках ракта. Но, непослушание и нападение на сестру-настоятельницу нельзя оставлять без внимания. Поэтому, Лилуай, неделю ты проведёшь в темнице и подумаешь над своим поведением. А после месяц будешь работать на кухне, мыть посуду и помогать со стряпней. Поняла?
— Неделю, — медленно повторила Лера, думая о том, что возможно это не такое уж и плохое наказание. По крайней мере, это будет целая неделя без Даштан.
— Ты поняла? — вкрадчиво спросила мать, протягивая ей руку и явно приглашая отвести её в темницу.
Лера кивнула, почувствовала, как у неё закружилась голова. То ли от злости, то ли от бессилия и невозможности изменить свою судьбу.
Где-то в этом мире сейчас Никита. Если бы он только мог знать, что она здесь. Если бы он только мог, он обязательно бы за ней пришёл.
Лера качнулась, взяла мать-настоятельницу за руку, и вдруг мир померк. Резко схлопнулось, провалившись в бездну тьмы. Лера даже испугаться не успела, как вдруг все вокруг тут же расцвело, вспыхнув яркими красками.
Синие нити, паутина из синих сияющих нитей окружала её, окутывала мягкой вуалью. Узлы, узелки, будто маленькие звёзды — какие-то меньше и тусклее, какие-то больше и ярче. Лера зачарованно протянула руку, захотев коснуться тонких светящихся нитей. Но стоило только дотронуться, как мир вновь изменился.
Она очутилась в большом доме. Четыре мужчины — одинаковые, всё как один, только волосы разного цвета. Синий, красный, зелёный, жёлтый. Эти мужчины бессердечные, злые, они плохо с ней обращаются, издеваются, не считают человеком. А ещё здесь другие люди. Мужчины и женщины с каменными лицами и бездушными пустыми взглядами. И девушки. Такие же, как она, с красной кровью. Они беременные, они печальные, они знают, что после того как произведут ребёнка на свет — умрут. Лера опустила взгляд и увидела что и её живот круглый и большой как мяч. Её тоже ждёт смерть.
Видение резко исчезло. Она снова оказалась в комнате для медитаций. Мать-настоятельница и сестра Даштан озадаченно смотрели на неё.
— Ненавижу, — выкрикнула Лера, упала на колени от бессилия, и вдруг её стошнило.
— Она открыла чакру рода, — голос Даштан был последним, что услышала Лера. После она потеряла сознание.
Глава 19 или "Снова война"
Мы с Женей говорили, не умолкая, весь путь в Сорахашер к поместью Карины Кави. И конечно же, нам было что обсудить. И у Жени и у меня новостей было предостаточно. Особенно у меня.
Мы сидели в изогнутом коридоре сурирата, прямо на полу. Элементарная осторожность — Домиан мог услышать, что мы говорим на неизвестном языке. А для него Женя должна оставаться перепуганной девчонкой ракта из презренных, которую мы везли в Сорахашер.
Я рассказал Жене всю свою историю от начала до конца. Начиная с того дня, как мы с Диего и Карлосом залезли в дом профессора Джонсона, и заканчивая тем, как я приехал за ней в город у горы. В глазах Жени попеременно возникал то ужас, то сожаление, то восхищение. Кое-какие подробности я всё же опустил. Например, о том, что меня несколько раз пытались убить Нага, или о рабстве и кастовом разделении общества на Хеме. Не хотелось её пугать, позже она и сама узнает, но мне необходимо, чтоб сейчас она чувствовала себя в безопасности. Остальное подождёт.
Я рассказал ей о шакти, о сверхспособностях, об источниках. Рассказал про ракта и тамас, про то, что люди в этом мире в большинстве своём чернокровые, и только красная кровь дарует возможность использовать энергию шакти. Женя слушала, распахнув удивлённо глаза, и казалось, до конца не могла поверить. Тогда я ей показал. Достал из кармана телефон и поднял его в воздух. И даже после демонстрации телекинеза, Женька всё спрашивала, серьёзно я или это очередные мои фокусы.