— Санджей, — позвал я, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля, и, если толпе ничего не объяснить, она вконец озвереет, напридумывая черт знает что.
— Тишина! — выкрикнул Санджей. — Это была идея отца. Только так мы могли сохранить источник Игал. К тому же, оглядываясь назад, могу с уверенностью сказать, что наш клан от этого только выиграл. И теперь мой настоящий брат наконец вернулся в семью.
— Если этот человек не Азиз, то кто? — это спросил Михан Ракш, он стоял достаточно близко от нас, вид у него был обеспокоенный и одновременно сердитый.
— Мое имя Навин, — громко объявил я, решив все же взять ситуацию в свои руки.
— И почему ты здесь, Навин? — вкрадчиво, будто говорит с безумцем, спросил Михан.
— Я так решил! — уверенно заявил Санджей. — Навин не раз доказал свою преданность клану, мы не можем его наказывать за то, что он действовал по приказу моего отца.
— Но где доказательства?! — возмутился глава рода Гард. — Почему мы должны верить, что действовал самозванец по приказу покойного нары, а не по собственной инициативе?
— Я могу подтвердить! — резкий голос Карины заглушил новую волну возмущений. — Это была идея Зунара. Я также действовала по его приказу. Все — абсолютная правда. И это был единственный способ сохранить источник Игал. Готова предоставить и другие доказательства, вплоть до обращения к Повелителю Разума, чтобы продемонстрировать все необходимые воспоминания.
— Но, получается, и вы, бал Карина, способствовали этому преступлению! — взвизгнул кто-то из женщин. Ох, а у Карины тоже, оказывается, хватает в клане недоброжелателей.
— Все мои действия будут рассмотрены в соответствии с законами Империи, — сухо парировала Карина, — после того как подтвердится, что этот молодой человек настоящий Азиз Игал. Уже завтра мы отправимся в имперскую клинику в сопровождении Стража.
Карина держалась молодцом и сказала все ровно так, как мы и обсуждали. Это мгновенно охладило пыл недоброжелателей. Завтра после имперской клиники Азиз отправиться обратно в Сорахашер, а Карина на время исчезнет.
— Но если Карина ответит по закону, то Навин… — недосказанный вопрос Рахии Ангули так и остался висеть в воздухе.
На самом деле этот вопрос был единственным слабым местом нашего представления. Конечно, нельзя было не начать задаваться вопросом, а почему меня вообще до сих пор не арестовали, если Страж уже в башне клана. Но вскоре мы и эту брешь закроем.
— Он останется, — сказал Санджей. Правда, в его голосе теперь было все меньше уверенности.
— Мы не можем его скрывать в клане, нара, — угрюмо проговорил Михан. — Мы нарушили закон Империи! Мы выдавали самозванца за настоящего Азиза. — Он обдал меня тяжелым взглядом и говорил в этот миг исключительно со мной: — Я не могу не согласиться, что Навин принес пользы Сорахашер больше, чем мы вместе взятые. И мы не можем отрицать его заслуги. Мы все ему обязаны. Но что скажут другие кланы? Когда все станет известно — что мы будем делать? Ведь преступление налицо, и мы будем вынуждены следовать законам Империи.
Михан снова мрачно взглянул, потом неодобрительно закачал головой, и явный смысл его жеста я легко прочёл. Михан не понимал, зачем я вернулся с Азизом, зачем пришел сюда, а не сбежал.
— Императора нет, законы Империи… — Санджей начал говорить слишком уж самоуверенно и претенциозно. — Почему мы вообще должны их соблюдать? Вскоре мы будем — закон.
— Но система продолжает функционировать и без императора, — резонно заметил глава рода Кишан. — Насколько нам известно, те же Стражи, армия — все они исполняют свою работу. Во главе сейчас временное правительство, но разве оно следит за исполнением закона? Нет! Этим занимается министерство дознания преступлений, этим занимаются Стражи. При всем моем уважении, нара Санджей, это прямое нарушение закона, а пока мы не у власти и собираемся бороться за нее, кланы непременно ухватятся за такую возможность и утопят нас.
Старик закончил говорить, напряженно глядя на Санджея. Вся спесь слетела вмиг с главы клана, он бросил в мою сторону грустный взгляд.
Я решил, что все же спектакль этот слишком затягивать нельзя и пора начинать второй акт. Подал едва заметный сигнал Кариму, тот кивнул и направился на выход, попутно доставая телефон. Там в коридоре он позвонит Стражу Мариусу, а пока я, в ожидании своего ареста, продолжал слушать, о чем говорили присутствующие.
— Мы его спрячем в клане, скажем, что он сбежал, — предложил Санджей.
— Нет, я не стану прятаться, — резко возразил я.
Какое-то непомерное веселье вдруг накатило, хотя я явственно ощущал, что таким образом пытаюсь успокоить невесть зачем очнувшуюся совесть. Мне было сейчас очень неприятно обманывать этих людей.
— Вам не стоит переживать за меня! — весело воскликнул я. — Настоящий Азиз вернулся, празднуйте же! Разве зря устроили вечеринку? Она, кстати, на сколько я помню, в честь Азиза Игал? Слышишь, Азиз? Вечеринка в твою честь!
Азиз скромно улыбнулся, но остальные так и продолжали глазеть в замешательстве, разглядывая меня и явно не понимая этой напускной бравады.
— Но что делать с тобой? — Михан в полной растерянности развел руками.
Множество взглядов вопрошающе уставились на меня.
— Я же сказал — ничего. Я сам решу, а точнее уже решил свои проблемы. Свамен Дориан Кишан прав — на вас может пасть подозрение, поэтому я вызвал сюда Стражей и во всем чистосердечно сознался.
В зале зазвучали взволнованные женские выклики и мужские возмущённые возгласы. И только Азиз в растерянности вертел головой, не совсем понимая, что происходит.
— Ты совсем дурак?! — громко и пронзительно выкрикнули из зала, и я увидел пылающее от возмущения лицо Латифы.
Я отрицательно закачал головой, снисходительно улыбнулся. Позже, когда я покину этот зал, Карина Кави объяснит ей, что я не собираюсь их выдавать Стражам и всю вину возьму на себя. Латифа замотала головой, и, уж чего я совсем не ожидал — из ее глаз брызнули слезы. И почему-то стало на душе так паршиво, что я засомневался — зачем не пошел легким путем и не сбежал.
— Ты с ума сошел? — теперь возмутился Санджей, застыв от ужаса и вытаращив на меня взгляд полный непонимания.
В этот миг в зал влетел начальник охраны Юржи и быстро зашагал в нашу сторону.
— Нара, только что в башню прибыли шесть имперских Стражей, — быстро произнёс он. — Говорят, они здесь, чтобы арестовать некого Навина.
— Ты сума сошёл! — снова повторил Санджей, только теперь утвердительно и зло.
— Нет, не сошел, — наконец ответил я ему. — Так будет правильнее.
— Мы тебя спрячем, — безумно вытаращил он глаза, — спрячем и скажем, что ты сбежал!
— Да, — вдруг встрял в разговор Михан, — иди с Юрджи, он выведет тебя техническими коридорами.
— А мы их задержим! — подхватили рядом стоявшие аристократы.
— Не нужно! — решительно сказал я. На самом деле я совсем не ожидал, что клан начнет заступаться за меня.
Наоборот, весь этот спектакль был устроен только потому, что и я, и Карина, и Карим склонялись к тому, что многие в клане захотят моей крови. И дабы не дать им это сделать, мы решили устроить показательный арест.
Но сейчас на лицах знати не было и близко жажды крови. Наоборот, они искренне желали укрыть меня, дать убежать, а, судя по лицу Санджея, он так и вовсе готов был драться со Стражами, чтобы спасти меня.
Во взгляде Карины мелькнула паника, все действительно могло выйти из-под контроля.
Я повернулся к Санджею в тот миг, когда Стражи чеканящим шагом вошли в зал. Я схватил его за плечи и серьёзно сказал:
— Все в порядке. И со мной все будет в порядке.
Санджей хотел было возразить, но я решительно встряхнул его и продолжил:
— Так нужно. Верь мне. Я должен пойти с ними.
— Они заберут твою душу.
— Нет, не заберут.
Я чувствовал себя откровенно паршиво, когда один из Стражей отчеканил речь, подготовленную мною же. Я не думал, что этот обман мне дастся настолько тяжело.