А чего бы и нет? Певец есть, музыкант – тоже. Накинуть им балагура сверху и что‑то да получится. Ага, надиктую им песни Высоцкого и пускай лабают. Это ж первое дело, которым должен заняться любой уважающий себя попаданец!

Ну а если серьезно, то людям надо обязательно давать возможность выплеснуть копящуюся усталость и негатив.

Жизнь на Рубеже далеко не простая. И хоть для местных риск не проснуться уже на следующее утро является чем‑то естественным, но я так не считал. Музыка, даже самая простая, может стать хорошим инструментом, чтобы дать деревенским отдохнуть и отвлечься от всепожирающей рутины.

В результате я набрал сорок пять крестьян – тридцать пять мужчин и десять женщин. Покупка провианта на всю эту ораву обошлась мне в сто тридцать пять червонцев. Остаток же был целиком и полностью потрачен на дополнительные семена волшебных овощей, новую одежду, специи, кухонную утварь, новые веревки и пару рулонов ткани.

Всю эту красоту взяли на свои плечи новые жители Дальней и потащили в сторону склада под чутким присмотром Голубцова и Любы. Караван же, проведя все сделки, засобирался обратно. Я было думал, что они останутся хотя бы на ночь, но Чемоданов заявил, что они и так задержались, а потому чем раньше они отправятся дальше, тем быстрее он сможет вернуться в Союз Княжеств.

Совсем скоро товары были упрятаны вглубь телег, сами телеги расцеплены, а всадники вновь наматывали круги вокруг стоянки, проверяя, что торгаши никого и ничего не забыли.

Перед тем как попрощаться, я привлек к себе внимание Чемоданова.

– Вас заинтересовало что‑то ещё, господин Стратег?

– Нет‑нет, господин Чемоданов. С покупками я на сегодня закончил. Я лишь хотел озвучить свои мысли. Ничего более.

– О? – удивлённо моргнул караванщик, не понимая, к чему я клоню.

– Скажем, наша деревня была бы крайне признательна любому доброму человеку, что нашел бы для нас недостающих мастеровых людей. Кузнецов там, кожевников, а может, и плотников ещё каких в придачу, – сохраняя улыбку, продолжил я.

– Говорите, деревня была бы признательна? – понимающе кивнул усач.

– Вы не представляете насколько, – подтвердил я. – Уверен, человек, что смог бы разрешить наше затруднение, получил бы в несколько раз больше червонцев за каждого такого умельца.

– Тогда я буду молить великую магию, чтобы она привела к вашему порогу такого благодетеля, – склонил голову Чемоданов.

Имя: Николай Чемоданов

Отношение: алчность

Применив Взор, я понял, что мои слова достигли цели.

– Рассчитываю на вас, господин Чемоданов, – улыбнулся я. – И у меня будет ещё один вопрос.

– Какой же? – торговец внимательно ловил каждое мое слово.

– А как нам узнать наше место в рейтинге Стратегов? – произнес я. – Мы же должны соревноваться меж собой по заработку червонцев. Но как понять, в конце ты находишься или на самой вершине? Неужели нас оставят в неведение до конца третьего месяца?

– О, можете не переживать об этом, – отмахнулся усач. – Как только последний караван вернётся в острог и доложит о проведенных сделках, по всему Рубежу разошлют гонцов. Полагаю, к вам гонец должен будет приехать через полторы‑две недели.

Я прикинул, что это будет примерно середина обозначенного нам срока на первый этап Испытания. То есть у нас будет всего одна возможность узнать наше место в общем зачёте? Не сказать, что я был рад этому, но лучше так, чем никак.

Мы попрощались с мужчиной, и караван отправился в обратный путь. Я же двинул обратно в деревню. Дальняя гудела от того, что ее численность удвоилась всего за одно утро. Новички не знали, куда себя деть, как быть и как себя следовало вести. «Старожилы» же с улыбками смотрели на эту взволнованную и нервничающую толпу, вспоминая свои первые деньки на Рубеже.

Покачав головой, я вышел вперёд, громко хлопая в ладоши и привлекая к себе внимание.

Впереди ждало много работы. Но от этого становилось только интереснее!

Первые дни ушли у новоприбывших по большей части на адаптацию. Крестьяне знакомились между собой, узнавали, кто в Дальней обладал авторитетом и кто за что отвечает. Во многом помогал Лаврентий, который уже мог ходить и стал этаким куратором, которого можно было спросить о чем угодно.

Большая часть рабочих рук была брошена на постройку новых срубов, потому что их опять оказалось недостаточно. Кратно увеличился и отряд добычи. Заготовка дуба протекала уже без моего участия и пригляда.

Помимо прочего потребовалось отослать людей и на добычу глины. Зачем? А потому что у нас теперь был собственный гончар. Звали его Олег. Седой, с лицом, испещренным глубокими морщинами, и вечно чем‑то недовольный.

Удивительно, но они с Лёхой быстро нашли друг с другом общий язык. Олег вечно о чем‑то ворчал, а Лёха слушал и согласно кивал. Им двоим я поставил задачу – обеспечить всю деревню глиняной посудой: теми же тарелками, кувшинами, кружками и всем потребным.

Олег ворчал, что он толком не знает, как лепить из глины, ведь раньше он делал только свистульки, но я убедил его попробовать. Надеюсь, в ближайшие дни уже появится какой‑то результат. Потенциал врать не будет.

Неожиданной для всех, в том числе и для меня, проблемой стало питание жителей в общей столовой. Раньше‑то, когда ртов было не больше тридцати, общая кормёжка не казалась чем‑то страшным. Но вот теперь, когда численность деревни достигла отметки в семь с лишком десятков голов, наши поварихи осознали, что не справляются с нахлынувшей нагрузкой.

Резко стало не хватать столов, посуды и лавок, чтобы тупо сесть во время приема пищи. Хорошо хоть купленной у каравана ткани оказалось достаточно, чтобы прикрыть людей от непогоды.

Из‑за чего мне потребовалось разделить деревню на две группы, которые будут питаться отдельно друг от друга. Это было, конечно, временное решение, но на первое время сойдёт и так.

Не обошлось и без ворчания. Один из новеньких, обгоревший на солнце детина, буркнул себе под нос что‑то про «скоро кормить будут как собак». Я развернулся к нему и посмотрел в глаза.

– Хочешь сказать, в других деревнях порядки лучше? – поинтересовался я. – Могу вернуть, как было там, откуда ты пришёл. И не будет больше общего стола.

Мужик стушевался и замотал головой, поспешив затеряться среди остальных. На этом любое недовольство сошло на нет.

Но, что самое главное, Дальняя занялась распашкой прилегающих земель. После закупок у каравана у нас было много волшебных семян и самое время было их пустить в ход.

Для чего я взял с собой нашего нового агронома Петра на разведку. Человеком он оказался незаурядным и кого‑то мне напоминал из прошлой жизни, но я не мог вспомнить кого.

Елисей, дар которого тоже имел отношение к растениям, из любопытства пошел с нами.

– Вот здесь нужно поле ставить, – предложил Пётр, когда мы оказались между рекой и деревней. Выглядел мужчина на сорок с гаком лет, с высокими скулами и большой залысиной.

– С чего ты взял?

– Я чувствую, что для овощей здесь будет прямо‑таки идеальная прохлада и влажность. А ещё тут так и бьёт сила земли!

Я искоса поглядел на воодушевленного мужика. Его глаза блестели, и он точно уже видел широкое и бескрайнее поле на том месте, где мы стояли.

Елисей хмыкнул, взял комочек земли, растер между пальцами и кивнул, одобряя выбор.

Хотелось спросить «а вы точно знаете, как надо выращивать волшебные овощи», но я смолчал. Потому что и так знал, что ответ отрицательный. Никто в Дальней, как оказалось, не имел опыта выращивания подобных растений. Но начинать с чего‑то же надо было. И только у Петра был Потенциал агронома.

Поэтому, с горем пополам, работа была начата.

* * *

Первым делом я поручил Йорику соорудить деревянную соху. Землю же надо было чем‑то вспахивать, а железные сошники или даже полноценный плуг ещё предстояло заказывать у Меченого. Поэтому пришлось начинать с чего попроще.