Здесь уже лежало несколько десятков поддонов, подготовленных Леонидом.

По моему распоряжению их не сваливали в одну кучу, как делали обычно. Вместо этого сначала уложили основание. Опытный плотник слегка модернизировал мою первоначальную идею. Для этого он решил не ограничиваться одними поддонами.

На землю поставили несколько крупных валунов, а уже поверх них положили сами поддоны. Сделано было это для того, чтобы последние не ушли в землю под весом бревен. И, что немаловажно, даже в случае поломки брёвна всё равно не будут контактировать с поверхностью земли. Теперь древесина находилась почти на локоть выше земли.

Жители деревни, видя все эти ухищрения, тихо ворчали.

— Зачем столько возни?

— Могли бы просто на солому свалить да и всё на этом.

— Самые умные, да⁈ — ярился Йорик. — Поговорите мне тут! Вот сгниет бревно и что! Полдня работы насмарку! Нравится задаром дубы рубить и по лесу их таскать? Так у меня всегда работёнка найдется! Добровольцы — шаг вперёд!

Естественно, никто этого делать не стал. Но шепотки мигом затихли.

«В этом старике определенно умер политрук», — хохотнул про себя я. — «Достаточно было разложить ему политику партии, и он теперь мой самый рьяный защитник!»

А ведь я всего-навсего чуть приоткрыл завесу тайны дядьке Йорику и рассказал о том, как организована дереводобыча в «цивилизованном мире».

Ничего серьезного, лишь вещи, которые кажутся чем-то естественным для человека из двадцать первого века, но для крестьянина, прожившего всю жизнь в глухой деревне, они станут настоящим открытием. На вопрос, откуда я всё это знаю, честно ответил — вызнал у проезжающих через мою деревню торговцев.

Дядька Йорик сделал вид, что поверил. Я притворился, что не заметил его сомнений.

Тем временем шестеро мужиков поддели бревно длинными жердями.

— Раз!

— Два!

— Навались!

Поддоны образовывали длинный ряд. На них и укладывали бревно. Ствол тяжело перевалился через край и лёг на основание поддона. Раздался удовлетворённый треск дерева о дерево. Следом поднесли ещё один дуб. Его положили рядом, оставляя между брёвнами небольшой зазор в ладонь.

— Господин Стратег велел не вплотную, — повторяли рабочие, перепроверяя работу друг за другом.

— Чтобы воздух ходил! — восклицал Ростислав.

— Ага, — отвечали ему мужики.

— Чтобы брёвна дышали!

— Молчи и толкай! — зарычали на парня рабочие. Тот замолчал, но строить из себя важного индюка не перестал, чем невероятно бесил своих товарищей и веселил невольных зрителей.

Постепенно первый ряд заполнился. Когда он был готов, сверху поперёк уложили тонкие жерди-прокладки. Уже следом начали собирать второй ряд.

Голубцов остановился рядом со мной и скептически посмотрел на конструкцию.

— Как бы не рухнуло, — произнес он так, чтобы нас не услышал разгоряченный дядька Йорик.

— Не рухнет, — ответил я с нейтральным выражением лица.

— Откуда знаете? — как бы невзначай поинтересовался бородач, но я видел скрытое в его глазах беспокойство. Староста хоть и старался держать марку, но передо мной это была не более чем детская игра.

— Потому что мы и не дрова складываем, — отшутился я. Голубцова, ясное дело, не устроил такой ответ, но и настаивать он не стал.

Я сделал очередную пометку в своей голове. Затем вернул свое внимание к древесному двору.

Теперь между брёвнами действительно оставались небольшие щели. Воздух мог проходить снизу, сверху и с боков. Для местных такая укладка выглядела непривычно аккуратной. Обычно лес просто сваливали поблизости от стройки, но сейчас штабеля получались ровными, почти как стены.

К вечеру на древесном дворе выросло несколько длинных рядов. От древесины пахло соком, корой и лесом. Последнее бревно уложили уже на закате. Сверху же в несколько слоев укладывали крупные куски коры, чтобы защитить бревна от солнечных лучей и непогоды. Закончив с этим, мужики устало расселись прямо на поддонах.

Ростислав среди прочих вытер пот со лба и посмотрел на результат.

— Красиво получилось, — отметил он.

— Это склад, а не украшение, — хмыкнул я на его слова.

— Всё равно красиво, — набычился охотник.

Я же окинул цепким взглядом получившиеся штабеля. Дубов всё ещё было недостаточно для моих планов. Но теперь они хотя бы не будут лежать в грязи и мокнуть под дождём.

Уже хлеб.

Авторитет: +3

Текущий уровень: 6/200

Покачав головой, я вернулся в настоящее. Дубовое бревно уже перетащили через брод, ознаменовав конец работ на сегодня.

— Отлично поработали! — подойдя к сидящим на траве крестьянам с широкой улыбкой, я хлопнул в ладоши. — Как и всегда! Жду вас всех завтра в обычное время! А до тех пор — хорошо отдохнуть!

Деревенские при одной только мысли о сытном ужине синхронно сглотнули. Попрощавшись со мной, они потащились вглубь поселения. Я же нетвердой походкой вернулся к реке. Расшнуровав лапти, я опустил стопы в холодную воду и блаженно выдохнул.

Черт, я так не напрягался, даже когда в период студенчества подрабатывал на стройке. Зато работать среди простых крестьян оказалось легко и понятно. Простые мужики с простыми и понятными желаниями — вкусно поесть, сладко поспать и желательно с приятной компанией под боком.

Здесь-то как раз не было всех этих интриг, манипуляций, попыток обставить ближнего своего. Нет, склоки, естественно, случались, бытовые и не только. Но все это выглядело так… по-детски, что ли?

Я покрутил шеей, ощутив невероятную усталость. Всё тело ныло от изматывающей физической нагрузки. Она приносила плоды, я это чувствовал. Благодаря сытной кормежке в общей столовой мой организм начал обрастать мышцами. Медленно, неохотно, но процесс пошел.

Правда, от этого мне было не легче.

Хотелось часами сидеть на берегу реки и больше не подниматься. Плюнуть на всю эту рутину и продолжить играть роль исключительно управленца — отдавать команды и следить за выполнением работ. Но я не позволил этой слабости взять над собой верх.

Потому что стоило мне лишь дать слабину, остановиться, показать уязвимость — и я потеряю кое-что куда более значимое лично для меня.

Власть.

Чтобы ее сохранить, мне нужно было войти в первую пятерку Стратегов на первом этапе Испытания.

Для этого требовалось заработать как можно больше червонцев. Рубку и транспортировку дубов я уже организовал. Что ещё я мог сделать?

В идеале нужно было оптимизировать нашу дереводобычу. Вопрос только как?

Я посмотрел на воду в реке. Вдоль течения плыли листья и мелкие веточки. Было бы неплохо, если бы это оказались наши массивные дубы. Может, попробовать сплавлять их по воде прямо от дубравы? Это бы кратно облегчило транспортировку. Вот только один косяк — плотность дуба такова, что он сразу пойдет на дно. Уже убедился на собственном горьком опыте. Значит, отметаем этот вариант.

Тогда, может, снарядить лесорубов инструментом? Не только топорами, а пилами какими, ещё чем-нибудь? Плотницкими всякими прибамбасами, например, чтобы ускорить окоривание стволов. Да только где ж это добро взять? Всё нужно было закупать у караванщиков или делать своими руками. А кузнеца в моем поселении что-то не наблюдалось. И даже если бы и появился, то из чего мы этот самый инструмент делать будем? Нужна руда, наковальня, меха, печь и много чего ещё.

Ничего из этого у нас пока не было и в помине.

Да, засада.

Что бы я ни придумал — всё упиралось в недостаток ресурсов или квалифицированных кадров.

Вдруг крик крестьян у брода вернул меня в реальность. И услышанное мне очень и очень не понравилось. Потому что кричали лесорубы лишь одно слово.

Мутант!

Ледошкур вернулся. Об этом стало известно от лесорубов, которые, побросав топоры, бросились прочь от дубравы. Могучий кабан вернулся и снова занял свой дом. Что необычно, он не стал никого преследовать. Лишь спровадил крестьян из дубравы и был таков. Кто-то из смельчаков попробовал вернуться, чтобы забрать оставленный инструмент, но одного хруста веток от шага Ледошкура хватило, чтобы отогнать и их.