Старый плотник справился с задачей без лишних вопросов, но ведь и задача была не сказать чтобы сложной. С нормальным плотницким инструментом, гвоздями и участием своих помощников Йорик соорудил соху за несколько дней. Пока старик был занят, крестьяне по моей команде прошлись по будущему полю, убирая все большие и мелкие камни.

Дело оставалось за малым – вспахать поле. Для чего мы запрягли одного из наших новых волов в соху. Сошники из обожженного дуба вгрызались в почву. Одна беда – борозда получалась очень неглубокой.

Но, как заверили меня Пётр и Елисей, для овощей этого было достаточно.

К тому же, по словам Чемоданова ещё при покупке, волшебные семена главное бросить в почву, а всё остальное магия сделает за тебя.

Удобно, ничего не скажешь!

Следующие несколько суток воды безустанно наматывали круги по полю. Только когда наш агроном Пётр, вновь обращаясь к каким‑то высшим силам, заявил, что сила земли ответила ему, мы принялись разбрасывать семена в получившиеся борозды.

Казалось, что всё пройдёт как по маслу, но я рано обрадовался.

Потому что на следующее утро ко мне в терем ворвался взмыленный Пётр с паникой, застывшей на его лице.

– Господин Стратег! Семена… Беда!

– Что? Что стряслось?

– Их нет!

– Как это нет?

– Как есть – нет! – ответил Петр, уверенный в том, что это хоть как‑то прояснит мое непонимание. – В общем, там эти… ну, эти! Легче вам всё своими глазами увидеть!

Понимая, что вдумчивого ответа от взволнованного Петра я толком не получу, я принялся быстро одеваться. За окном только‑только поднималось солнце, а Дальняя уже просыпалась.

Видать, не только Петр всполошился из‑за потери семян.

Уже совсем скоро я бежал по улице к окраине деревни. На полпути ко мне присоединились вооруженный луком Ростислав, Елисей и ещё десяток полусонных жителей. Неужели это Петр так умудрился растормошить остальных?

Стоило только добраться до поля, как нам открылась картина, которая могла бы сойти за иллюстрацию к басне о человеческой жадности. Разве что в главной роли у нас обнаружилось воронье. Над полем черной каруселью кружила стая ворон. И насчитывала она не десять птичек и не двадцать, а как минимум сотню.

Часть ворон уже деловито расхаживала по бороздам, выклевывая всё, что там ещё можно было найти, и совершенно не обращала внимания на прибежавшую толпу крестьян. Птицы лишь покосились на нас своими черными глазками, насмешливо каркнули и продолжили топтать поле.

– И чего встали? – первым придя в чувство, скомандовал я крестьянам. – Гоните их!

Вслед за чем последовал какой‑то цирк. Мужики похватали всё, что только под руку попалось – кто брал лопату, кто ведро, а кто умудрился притащить сколоченную для общей столовой табуретку. Толпа с гиканьем и отборным матом ринулась на воронье. Один из новеньких, самый ретивый, разбежался и всем телом рухнул прямо в борозду, пытаясь не то поймать ближайшую ворону, не то рассмешить ее до смерти. Судя по гвалту, что подняли ближайшие вороны, парень рассчитывал на второе.

Как только крестьяне оказались на поле, стая птиц резво взмыла в воздух, покружила над нами и, будто дразня, приземлилась всего в полусотне метров.

– За ними! – выкрикнул кто‑то из толпы, и преследование продолжилось с новой силой.

Вот только это вновь напомнило бессмысленные игры в кошки‑мышки. Вороны поднимались в небо, отлетали в сторону, и вновь крестьяне срывались в погоню.

«Это может продолжаться до бесконечности», – осознал я, не сводя глаз с наглых птиц. Они не желали отступать, даже когда на поле собралась половина Дальней. Теперь я мог понять панику Петра, который первым, по всей видимости, увидел это необычное поведение.

Неужели местные животные испытывали столь сильный голод, что готовы были в прямом смысле до победного конца бороться за волшебные семена? Или же здесь скрывалось что‑то ещё?

В любом случае оставлять ситуацию на самотёк также было нельзя. Мы не могли прибить ворон, но и птицы не могли добраться до оставшихся в земле семян.

– Ростислав, твой лук! – тут же сообразил я, переведя взгляд на нашего охотника. Парень, точно придя в себя, сразу же натянул лук, сделал резкий вдох‑выдох и отпустил тетиву. Стрела тут же улетела в стаю птиц, таки найдя свою цель. Первая подстреленная ворона упала на землю, а сразу за ней последовала и вторая.

Крестьянам также словно бы пришло осознание того, как надлежало действовать, и они похватали камни и всякую мелочь, чтобы начать ими бросаться в птиц.

Вороны явно не ожидали, что «беспомощные людишки» в самом деле смогут представлять реальную угрозу, а потому более не осмеливались садиться в непосредственной близости. Наматывая круги над нами, совсем скоро стая дрогнула и одной большой черной тучей улетела куда‑то на юг, в сторону леса.

Только тогда над полем раздался победный клич.

Неожиданно очнулась и Система Стратега.

Авторитет: +10

Текущий уровень: 30/400

Наша победа выглядела откровенно смешно: одна половина крестьян едва дышала, упираясь руками в колени, вторая что есть сил песочила всё крылатое поголовье Рубежа разом. Впрочем, не выйди сейчас мы на защиту поля, воронье имело бы все шансы сожрать наши волшебные семена.

А так, как вскоре стало ясно, потери хоть и были, но оставались в пределах разумного.

– Откуда вообще взялось столько птиц? – задал я вопрос, смотря на апокалипсис в миниатюре: солнце ещё даже встать не успело, а крестьяне уже перепачкались землей, часть борозд и вовсе оказалась вытоптана.

– Может, мигрировали и просто пролетали мимо? – предположил подошедший Ростислав.

– И им так понравилось наше поле, что они до последнего не желали его оставлять? – вскинул я брови. – Нет, они вели себя как одержимые.

– А не в волшебных ли семенах дело? – вбросил новую идею молодой охотник. – Ну, вдруг это из‑за них птицы так взбудоражились?

Я хотел было отбросить и эту мысль, но остановил себя на полпути. Вместо этого я посмотрел на Елисея, задумчиво слушающего наш разговор и не сводящего глаз с пострадавших борозд.

Заметив мой взгляд, старик пригладил бороду и осторожно сказал:

– Это очень даже походит на правду. Магия в семенах может привлечь диких животных и не только.

– И что ж ты раньше молчал? – покачал я головой, на что старый травник развел руками.

– Простите, господин Стратег, но я мог только гадать. С волшебными семенами мне дела вести не доводилось.

И ведь ответ‑то лежал на поверхности.

В самом же деле! Птицы и в обычных условиях любят хозяйничать на полях, пожирая урожай. А тут ещё и волшебные семена, которые могут выглядеть для пернатых ещё более желанной добычей.

– Господин Стратег, – ко мне обратился бледный как полотно Петр. Мужчина остро переживал потерю даже одного‑единственного семечка. А сейчас, видя итог наглого налета ворон, Петр едва ли не заливался горючими слезами. – Мы должны выставить караул! Нельзя позволить этим гадким воронам сожрать наши семена!

– Никто не собирается оставлять ситуацию на самотёк, – заявил я. – Но и отрывать половину деревни для присмотра за полем я не стану.

– А быть‑то как тогда⁈ – воскликнул Петр. – Вороны прилетят же вновь!

Тут я с нашим агрономом был полностью согласен. Просто так оставлять всё как есть нельзя… Нет, нужно было найти другое решение. Что‑то более простое, но не менее эффективное.

Я вновь осмотрелся по сторонам. Мой взгляд зацепился за лопату, неуклюже вставленную в землю.

На губах тут же появилась едва заметная улыбка. Кажется, я знал способ, как отогнать стаю от нашего поля подальше.

– Пугало? – помассировал переносицу старый плотник, когда я ошарашил его новой задумкой уже с самого порога.