Казалось, что на этом многомесячная война двух мастеров подошла к концу…

– И всё же раствор у тебя получился дрянной, – как бы невзначай заявил Архип.

– Я посмотрю, как долго твоя печь простоит, – не остался в долгу Олег. – С твоими‑то кривыми стенками…

– Что сказал⁈

– Что слышал.

Так что дружбы у них так и не вышло. Эти двое так и остались словно кошка с собакой.

Но это было не главное. Куда важнее было другое – большой дом был наконец‑то готов!

Авторитет: +80

Текущий уровень: 260/800

Первый ужин под крышей Фаддей обставил по всем правилам. Он лично контролировал расстановку столов и скамей. Он же проверял, чтобы никто не касался печи и не ошпарился ненароком. На первых порах Фаддей среди прочего встречал народ у главного входа, едва ли не организовав первый в этом мире фейс‑контроль. В общем, порядок наш главный повар любил как бы не больше, чем саму еду.

Народ входил с улицы, с дождя, в чём был. На каждом была надета рубаха, поверх неё вторая, чтобы хоть как‑то сохранить тепло. Далеко не у каждого жителя Дальней был собственный плащ.

И это явно становилось всё более серьёзной проблемой с наступлением холодов.

Люди рассаживались, вытягивали ноги к печи и впервые за много дней могли со спокойной душой насладиться горячим ужином, не носясь через всю деревню, чтобы укрыться под крышей своей избы.

Атмосфера в большом доме стала почти что домашней. Крестьяне негромко общались между собой, шутили, улыбались, грели руки и ноги.

Способствовало этому и то, что Архип с Олегом, видать, решили реабилитироваться за все свои прошлые просчёты.

Печь они протопили так, что через четверть часа в большом доме стало не просто тепло, а жарко, как в хорошей парилке!

С мокрой одежды крестьян повалил пар, и под потолком повисло целое облако. Двести человек один за другим принялись стягивать с себя всё, что надели сверху, от накидок до плащей. На скамьях остались сидеть люди в одних рубахах и в блаженном оцепенении.

Фаддей у печи стоял красный, с бакенбардами, прилипшими к щекам, и половником отгонял от котлов особо нетерпеливых. Йорик вытирал лысину рукавом и ворчал, что строил столовую, а не общественную баню. Один Ростислав ничего не замечал. Охотник сидел по правую руку от меня, доедал третью миску и выглядел совершенно счастливым.

Вот кому было всё равно, что в мороз, что в лютый зной.

Того же, впрочем, нельзя было сказать о Сергее, который нацепил на себя и кожаные доспехи, и плащ. Мужчина пока ещё держался, но было видно, что это долго не продлится.

– Сергей, – вполголоса произнёс Ростислав, не переставая жевать куриную ножку. – Ты бы хоть плащ снял, а? На тебя смотреть жарко.

– Солдат должен быть всегда наготове, – возразил Сергей, но без огонька. – Вдруг налёт, а я не готов?

– Так ты же в этом доспехе сваришься скорее, чем на нас кто налетит.

– Значит, сварюсь при полном параде, – отмахнулся Сергей.

Посмеявшись над его словами, я всё же привлёк к себе внимание, хлопнув в ладоши. Парилку в самом деле пора было прекращать.

– Открывайте ставни, все до единой, и дверь распахните настежь, – распорядился я.

– Господин Стратег, да как же так! – ахнул Архип. – Тепло же выпустим!

– Архип, ты печь вроде как на вола рассчитывал, – напомнил я. – А зажарить вздумал две сотни человек!

Дом грохнул хохотом. После чего ставни таки распахнули, а в большой дом ворвался сырой холод с улицы. В то же мгновение вся столовая облегчённо выдохнула, давая понять, что не один я думал о проветривании.

К концу ужина в большом доме установилась та самая комфортная температура, ради которой его и строили.

А после ужина, когда миски опустели и народ начал обсуждать деревенские сплетни, а кто‑то так и вовсе запел, я повернулся к Елисею, сидевшему за соседним столом.

– Скажи‑ка мне, Елисей, какая здесь зима?

Этот вопрос мне следовало задать куда как раньше. Но пока холода были где‑то там, далеко, я предпочитал отложить этот нюанс в долгий ящик.

У меня всегда было чем заняться помимо подготовки к зиме. Но вот погода переменилась. Солнце уже не приносило привычного тепла, и как‑то так резко оказалось, что наше поселение совершенно не готово к серьёзным морозам.

Нет, это не значило, что никакой работы не было проведено. Наш амбар был полон волшебных овощей, и в ближайшее время голод нам не грозил. Активно шла постройка изб для жителей деревни, а если их и не хватит, то людей всегда можно будет временно подселить к ребятам из «яслей» в бараках.

В каждую избу Архип ставил печь, поэтому замёрзнуть ночью люди не должны были. Каждый дом активно рубил дрова и заготавливал собственные поленницы. С момента проведения денежной реформы я заметил, как несколько крепких мужиков за небольшую плату рубили дрова для своих соседей.

Благодаря нашему расположению, а также наличию древесного двора чуть ли не в шаговой доступности, о топливе можно было не беспокоиться.

Старый травник меж тем повернулся ко мне, обдумав свой ответ.

– Как я слышал, зима в этих краях суровая, господин Стратег, – ответил он наконец. – Снег ложится по пояс и лежит до весны. Река встаёт так, что по ней целый караван пройдёт. Морозы порой такие, что деревья в лесу трещат, а птицы на лету замерзают. По сравнению с ними холод от Ледошкура сродни лёгкому бризу. Без валенок и тёплой одежды, господин Стратег, помрём мы здесь все до единого.

Я кивнул.

Нечто подобное я помнил по своему детству в деревне у деда с бабкой, где снег заваливал дома чуть ли не по второй этаж, а чтобы добраться до колодца во дворе, приходилось прокапывать полноценную траншею.

Помню, как бабушка одевала меня чуть ли не в пять слоёв, надевая сверху ещё старое и увесистое пальто. Что там ещё было… варежки на резинке, подштанники, шерстяные носки по несколько штук и обязательно вязаная шапка с тёплым шарфом. И даже в таком наборе я прибегал домой к вечеру, весь продрогший, промокший и замёрзший.

А что будет у нас?

Я обвёл взглядом большой дом, где народ сидел в рубахах, а на лавках лежали разве что плащи, защищавшие от дождя, но не от минусовой температуры.

Да и одними грелками мы точно не ограничимся.

Большой дом мы построили. Это хорошо.

Теперь вставал новый вопрос. Как пережить приближающуюся зиму? Нужна была тёплая одежда. И ее мне поставить мог только один человек в Дальней.

Жителям деревни нужна была тёплая одежда. Так и кто же мог ею нас обеспечить? Только один человек – наша портниха, Марфа!

Поэтому уже на следующее утро я направился прямо к ней в избу. Точнее, в мастерскую.

С самого появления в Дальней женщина получила свой собственный дом раньше остальных. Не потому что это была какая‑то блажь с моей стороны. Всё было куда проще. Просто мастерица совмещала своё жильё с местом работы.

Первые недели Марфа преимущественно занималась починкой рубах, исподнего или тех же плащей. Работа эта была монотонная и небыстрая, но руки опытной швеи чуть ли не порхали с иглой, поэтому женщина умудрялась справляться с нагрузкой.

А она была немаленькой. Как‑никак, в деревне, особенно на Рубеже, постоянно что‑то да происходило, одежда рвалась и изнашивалась на ежедневной основе: то охотники разодрут штаны, провалившись в овраг, то лесоруб зацепит рукавом острую ветку, то во время работы в медной шахте кто поскользнётся и провалится в ямы, созданные Митяем. Кроту‑рудоеду‑то на них было всё равно, а вот работавшим там крестьянам – уже нет.

В общем, у Марфы работы было навалом. Естественно, кто‑то мог заявить, что починка одежды, особенно среди крестьян, это жизненно необходимый навык. Зачем нужна швея, если зашить порванные штаны можно и самому?