Мне даже не потребовалось активировать Взор Стратега, настолько люди не скрывали своих эмоций.

Расплываясь в улыбке, я мог ответить Кристине лишь одно.

– Приятно вернуться домой.

Увы, ночевать в этот раз Кристина у меня отказалась. В тот же день она выехала из Дальней к себе в деревню. И я мог ее понять – как‑никак, а она согласилась исполнить мою просьбу и пригласить двух других Стратегов с юга Рубежа ко мне в деревню на предстоящую ярмарку.

Вот только то, что я задумал ярмарку, это, конечно, хорошо, но ее ещё следовало как‑то организовать. А перед этим требовалось разобраться в делах, которых в Дальней немало так накопилось за время моего отсутствия.

Отряд обработки под руководством Йорика активно строил избы, но их до сих пор недоставало. Отряд добычи стал походить на кучку слепых щенков, которые в отсутствие Ростислава окончательно запутались – кому надлежит докладывать, куда какие товары складировать и к кому обращаться за теми же починкой инструментов и инвентаря.

Борис явно не справлялся с возложенной на него нагрузкой. Голубцов же и главы других отрядов лишь усиливали путаницу.

Однако я совершенно не расстроился. Наоборот, я даже приободрился. Почему? Потому что, несмотря на все эти неурядицы, сумбурность и хаос, – собранный мною воедино механизм работал! Да, движок барахлил, но он продолжал толкать машину вперёд. А это уже можно было считать половиной успеха.

Замеченные же сейчас недочёты, ошибки и разлад можно было учесть, проанализировать и исправить. Провести, так сказать, техобслуживание.

Для этого и нужен руководитель. Если выстроенная тобою система не способна работать в твое отсутствие, то это плохая система.

Сейчас же я видел подтверждение тому, что даже в случае моего длительного отсутствия деревня не начнет погибать прямо на глазах, а жители деревни не поднимут бунт с вилами. Если вспомнить поселение, восставшее против своего Стратега, это было особенно важно.

Но тут я обнаружил новую проблему, взявшись за подготовку к предстоящей ярмарке. Когда существенная часть строительных работ подошла к концу, немалая часть жителей оказалась просто без дела.

Раньше каждого жителя я чуть ли не в ручном режиме распределял по задачам, проверяя Статус каждого, ища всем работу в соответствии с их Талантами и Потенциалом.

Но с последним пополнением от Чемоданова я просто не успел уже провести всю эту работу. Жителей было так много, что на каждого просто не получалось уделить достаточно времени, чтобы поговорить, обсудить, кто и что умел, а также на какую работу человека лучше направить.

Усугубляло ситуацию и то, что крестьян было более пяти десятков, а вот я был сам по себе. Самых перспективных я, конечно, мог вычленить, тем же мастеровым от Чемоданова уделить достаточно времени, а вот на рядовых жителей у меня уже физически не оставалось времени.

А ведь Дальняя будет расти и дальше!

Перед тем как озадачивать себя приёмом других Стратегов и их делегаций, требовалось сначала разобраться с внутренней кухней и понять, как не допускать того, чтобы люди оставались без работы.

Мне требовалось как‑то вовлечь своих начальников в отбор людей в свои отряды… Не сосредоточить все кадровые вопросы на себе одном, а распределить их и по остальным.

Вот только как это можно было сделать?

Сидя за письменным столом в своей спальне и строя планы касательно будущего Дальней, я понял, что ко мне пришла идея. И ведь какая!

– Люба! – крикнул я вглубь терема.

– Да, господин? – уже через минуту на пороге появилась моя служанка.

– Вызови‑ка ко мне всех руководителей, – приказал я девушке. – На утреннюю планёрку.

– По какому‑то конкретному поводу, господин?

– Да, скажи им… что нам придётся устроить собеседование! Для всей деревни!

Сегодня обстановка в тереме Стратега разительно отличалась от всего, к чему привыкли местные жители.

Обеденный стол теперь стоял у дальней от входа стены, на нем громоздилась стопка исписанных листов с анкетами.

В центре сидел я, выступая в качестве главы аттестационной комиссии. Слева от меня разместился Ростислав, а сразу за ним – Йорик, который с самого утра ворчал на плохую погоду и больные колени.

Молодой охотник пустым взглядом пялился в потолок, уже не обращая внимания на постоянный бубнёж рядом с собой. Йорик этого словно не замечал, найдя рядом «новые уши», которые не имели никакой возможности сбежать.

По мою правую руку разместились Елисей с Василисой. Они, напротив, являлись настоящим островком спокойствия, попивая травяной взвар и обсуждая очередную вылазку «зелёного отряда» в лес.

Девушка рассказывала о проблемах, с которыми они столкнулись при добыче удачно найденного скопления Чудняка, а Елисей с умиротворённым видом поучал внучку о том, как поступали в таких случаях «в его время».

Рядом с нами стоял второй стол, за которым сидели Голубцов на пару с Любой. Сегодня они исполняли роль моих секретарей.

Вот в дверях мелькнул Сергей, давая понять, что следующий кандидат готов к приёму.

– Следующий, – произнёс я, и разговоры тут же затихли. Даже Йорик на время перестал пилить мозг Ростиславу.

Дверь скрипнула, и в терем вошёл жилистый мужчина. Он сделал несколько шагов и застыл, не ожидая столь представительной встречи.

Нервно теребя край рубахи и не зная, куда деть руки, вошедший громко сглотнул.

– Вызывали, господин Стратег? – тихо произнёс крестьянин.

– Да, проходи, присаживайся, – я указал на табурет в самом центре комнаты. Мужчина грохнулся на предложенное место, едва не свалившись на пол. Покраснев, он выпрямил спину и упёрся руками в колени.

– Итак… – Я активировал Взор Стратега. – Третьяк. Расскажи о себе. Что умеешь? Чем увлекаешься?

– А что рассказывать‑то? Родился, вырос, хотел всё и сразу, а по итогу пошёл нахр… То есть простите, господин Стратег! – дал петуха Третьяк. – Я третий сын в своей семье, вот меня и назвали так. Хотели в солдаты отправить, да не получилось. Работы у нас в деревне толком не было, а в большом городе я уж точно никому не сдался – там и своих лоботрясов хватает. Вот и отправился на Рубеж. Что по умениям, то я…

Мужчина продолжал рассказывать, пока его внимательно слушали. Голубцов и Люба делали пометки, составляя личное дело.

Наконец Третьяк закончил свой рассказ.

– Спасибо, мы вам перезвоним, – обратился я к нему. – На этом пока всё.

Третьяк резво поднялся, откланялся и покинул терем. Я же обратился к Голубцову.

– Третьяк Крайний. Бесталанный. В общий список пока его.

– Уже четвёртый человек подряд, – проворчал староста.

– Увы, что есть, то есть, – пожал я плечами, откинувшись на спинку резного стула.

«Бесталанный» в данном случае означало, что Взор не выявлял у него ни Таланта, ни Потенциала. «Табула раса». Чистый лист, пиши что хочешь.

Вот только опыт показывал, что такой работник в любом деле будет скорее плох, чем хорош. Медленнее учиться, чаще ошибаться, быстрее уставать. Даже Потенциал давал серьёзный прирост к производительности труда, не говоря о Таланте.

Почему‑то в последней партии переселенцев таких оказалось особенно много.

– Может, ко мне в бригаду его? – вдруг предложил Йорик. – Он мне даже понравился.

– Понравился? Тебе? – фыркнул Ростислав. – Скорее, тебе понравилось то, что он напропалую песочил Княжества и городских!

– И в чем он неправ? – насупился Йорик.

– Ой, всё! – всплеснул руками Ростислав. – Спорить с тобой всё равно что научить рыбу летать! Такое же бесполезное занятие!

– Давно ремня не получал? – возмутился Йорик. – Я тебя научу старших уважать!

– Старость не равно мудрость!

– Вот же чёрт болтливый!

– Господа! – хлопнул я в ладоши, останавливая очередной за сегодня спор. – Довольно. Вернёмся к кандидатуре Третьяка. Йорик, хочешь взять его в свой отряд?