– Если судить по ранам, полученным Ростиславом и его товарищами, то это точно были не мутанты, – заявил старый травник.

– Ты в этом уверен, Елисей? – обратился я к старику.

Тот, помедлив, кивнул мне в ответ.

– Вы сами видели силу настоящего мутанта, господин Стратег. Обладай наши вредители такой мощью, то, боюсь, этим утром мы нашли бы три растерзанных трупа.

– Что верно, то верно, – вынужден был я согласиться. Сразу несколько мутантов против трёх полусонных охотников? Даже не смешно. Битвы бы не было с самого начала. Но тогда оставался вопрос… Кто обладал такой силой?

Это я и спросил у Елисея. Потомок друида свёл брови над переносицей и покрутил головой из стороны в сторону, пытаясь отыскать зацепку в закромах собственного разума. Спустя минуту он ударил кулаком по раскрытой ладони.

– Точно! А если это были детёныши? – предположил старик.

– Детёныши могут оставить такие раны? – я припомнил отметины на предплечье Ростислава.

– Мы говорим о проявлении великой магии, господин Стратег, – выдал Елисей. – Здесь ни в чем нельзя быть уверенным. Хоть мутанты и дают потомство куда реже обычных зверей, но это всё же возможно. Вот и в нашем случае к нам пожаловали ещё совсем «птенчики».

– Но почему сейчас? Неужели и их волшебные семена привлекли? Почему раньше к Дальней ничего такого не прилетало?

– Быть может, потому что земля у Дальней до недавнего времени принадлежала другому чудовищу? – намекнул мне Елисей, и я чуть не хлопнул себя по лбу.

Ну, конечно же! Корнем всех бед вновь был Ледошкур! Точнее, в этот раз его исчезновение. Мы избавили округу от его присутствия. Но свято место пусто не бывает. Вот и на смену Ледошкуру к нам пожаловали новые «соседи». Однако просто укрыться в лесу неподалеку они не захотели. Их привлекла магия в волшебных семенах.

И по итогу мы получили пернатую ОПГ, которое теперь будет терроризировать нас до тех пор, пока у нас не закончатся все семена. И то неизвестно ещё, оставят ли нас в покое эти птички, как только те сожрут все семена. Может ли так статься, что стая достаточно споро переключится и на другие запасы? А когда кончатся и они, то что помешает детёнышам мутанта начать атаковать самих жителей?

Конечно, я могу преувеличивать в своих прикидках, но если нет? Отдавать деревню на съедение стае ворон я точно не собирался.

И нужно было что‑то с этим делать.

Хрен‑пойми пал смертью храбрых.

Голова‑плошка была расколота вдребезги, «руки» оторваны, а сама рубаха Ростислава – исполосована так, что теперь сгодится разве что на половую тряпку.

Даже удивительно, с какой злобой пернатые набросились на это пугало. Они ведь не просто атаковали его, а намеренно растерзали в клочья.

Происходящее и вправду теперь походило на акт свершения мести по отношению к Хрен‑пойми за то, что он посмел отпугивать стаю рядовых птиц от желанного деликатеса. Какие, однако, злопамятные птички!

Само поле также пострадало, но не так сильно, как в первый раз. Всё же я хоть и поставил на дежурство одних только охотников, но и другие жители были предупреждены о происходящем. А потому, когда деревенские услышали крики Ростислава и товарищей, тут же собрались и выступили на помощь.

Видимо, недомутанты не ожидали столь быстрой реакции с нашей стороны, а потому предпочли отступить. Но это‑то и хорошо… Вороны поди думали, что деревенские будут огрызаться не хуже наших охотников. Заблуждение, которое в этот раз сыграло нам на пользу. Вот только повезет ли нам так и во второй раз?

– Знатно они его, – заметил подошедший Пётр. Он смотрел на растерзанное пугало, как на павшего товарища.

– Есть такое.

– Как нам быть теперь, господин Стратег? – нервно сжимая рубаху, спросил агроном. – Как сохранить посадки? Если не охранять поле, то это хулиганьё склюет всё за пару часов!

– Можешь не волноваться, Пётр. Семена мы без охраны не оставим, – заявил я.

Правда, рассчитывать на одно только пугало и на дежурство пары добровольцев больше не выйдет. Твари, кружившие над деревней, оказались куда как умнее и настойчивее обычного зверья, а значит, и защита нужна была соответствующая.

Собирать на охрану поля всю деревню, как мы делали это в первый раз, точно не стоит. Это не только неэффективно, но и опасно. Не поставлю же я женщин с вилами против миниатюрных мутантов? Точно нет!

Для противостояния столь серьёзной угрозе мне нужны были не крестьяне с топорами, а обученные солдаты. Бойцы, чётко осознающие риск и готовые встретить его лицом к лицу во всеоружии.

Мне требовалась своя дружина. Или деревенское ополчение. Как ни называй, смысл всё равно один.

Я должен был сформировать постоянный вооружённый отряд, который будет готов ответить на любую неожиданность. Хоть на стаю мутантов, хоть на бандитов, хоть на осмелившегося «заскочить в гости» Стратега.

Первым я свою идею озвучил Голубцову, поскольку от него требовалось достать со склада всё потребное для будущего отряда обороны. Мои слова старосте восторга не внушили.

– Мы ж только‑только людей распределили по местам! Опять их дёргать, опять беспорядок начнётся! – ворчал Голубцов.

– Если не начнём дёргать людей сейчас, то потом имеем все шансы их недосчитаться, – отрезал я. – Ты это мне предлагаешь?

Возразить на такое старосте оказалось нечем. Уже через минуту он как ошпаренный понёсся к складу, собирая по списку озвученные мною позиции.

– Значит, отряд обороны. – Сергей Гужов потёр подбородок, разглядывая выстроившихся перед ним крестьян. – Ну, идея‑то хорошая, спору нет.

Я стоял чуть поодаль, наблюдая, как бывший вояка расхаживал вдоль неровной шеренги. Сергея, как и обещал, я решил назначить командиром своего небольшого войска. С тем только условием, что он натаскает будущих солдат на хоть какой‑то приемлемый уровень. Мне не нужны были бойцы, что и древко копья в руках крепко удержать не смогут.

Сергей мой вызов принял.

И стоило лишь человеку оказаться в знакомой ситуации, как Гужов тут же преобразился – мужчина расправил плечи, а его походка неуловимо изменилась. Даже смотреть на окружающих его крестьян Сергей стал как‑то иначе.

– Сможешь принять у них экзамен? – уточнил я.

– Экзамен – это ещё громко сказано. – Сергей хмыкнул. – Но отличить тех, кто умеет крепко стоять на ногах, от тех, кого одним плевком сдует – смогу.

– О большем я и не прошу, – улыбнулся я.

Для столь серьёзного мероприятия, как отбор крестьян в будущий отряд обороны, был объявлен полноценный выходной. Что лесорубы, что другие добытчики – никто не покинул деревню. Вместо этого полсотни мужчин построились в одну длинную линию перед нашим новым «сержантом».

Последующий отбор в солдаты занял целый день. Сергей проверял выносливость крестьян, заставляя их мотать круги вокруг деревни. Из недостроенных срубов мужчина устроил полосу препятствий. А лежащие тут и там брёвна стали проверкой на способность работать сообща. Крестьяне, злобно пыхтя, поднимали эти тяжести и таскали их к берегу реки и обратно.

Помимо этого, Сергей ставил крестьян по двое, вручал каждому по палке взамен оружия и заставлял толкаться «щитами», сделанными на скорую руку из крышек бочек и ящиков. Их привязывали верёвками к предплечьям, и этого хватало на один‑два коротких боя.

Крестьян, что падали с первого же толчка, Сергей отсеивал без каких‑либо разговоров. Кто держался на ногах, стиснув зубы, – тех наш новый сержант отводил в сторону, в растущую понемногу группу.

Участвовал в отборе и Лаврентий. Мужчина только‑только выздоровел, а уже рвался в бой наравне со всеми. Все испытания он хоть и не без труда, но выдержал с достоинством. Пыхтел, краснел, скрипел зубами, но продолжал толкаться с куда более молодыми конкурентами.

Это не избежало внимания Сергея.