Казалось, что дождь здесь звучал иначе – теперь это была не барабанная дробь, а мягкий, почти убаюкивающий шелест над головой. Капли терялись в густой листве и ветвях, так и не долетая до земли.

Убедившись, что все пришли в себя после переправы, я скомандовал продолжить движение. Уже совсем скоро мы оказались на границе дубравы. Как и говорил Елисей, мутант не стал нас встречать. В этот самый момент он, поди, прячется в своем логове или лежке, думая о том, как бы не намокнуть.

Не кабан, а огромная кошка какая‑то.

Первым этапом моего плана было найти логово Ледошкура. Нам же надо было знать, какой области избегать в первую очередь и откуда в случае чего сорвётся наша цель.

Разделившись на несколько групп, мы стали прочесывать дубраву. Для чего я адаптировал метод поиска пропавших без вести. Там спасатели распределяются цепью, чтобы ближайшие соседи были в поле твоей видимости, и изучают лес квадрат за квадратом. В этот раз, правда, наша лесная «потеряшка» была чуть более заметна. Но того же нельзя было сказать о логове Ледошкура. Он мог спрятаться где угодно: под каким‑нибудь холмом, в пещере, которой, правда, неоткуда было взяться в дубраве, или секач мог просто вырыть себе огромную яму.

Вариантов была просто тьма, и что Елисей, что Ростислав понятия не имели, где решит прятаться Ледошкур.

Более получаса у нас ушло на прочесывание дубравы, пока мы не нашли искомое.

Нашедшим оказался Прол, первый помощник Йорика после Леонида. Он жестами сообщил соседям о своей находке и информация вскоре докатилась до меня и до Ростислава. Вдвоем с охотником мы очень медленно и ОЧЕНЬ осторожно подползли к подозрительному месту. Оно обнаружилось на юго‑восточной окраине дубравы, практически на противоположной стороне от места, откуда мы начали поиски.

Логово Ледошкур нашел для себя невероятное. Это было углубление меж двух исполинских дубов, чьи корни переплелись в замысловатый узел. Яма оказалась укрыта от дождя нависающими сучьями, став миниатюрной пещерой, если ее вообще можно было так охарактеризовать.

И, хотя я не мог рассмотреть силуэт Ледошкура внутри лежбища, следы указывали на то, что здесь обитала внушительная тварь. А кто у нас обитает в дубраве помимо ледяного секача? Правильно – никто!

Ну, а ещё вокруг пещеры вся влага обратилась ледяной коркой – это тоже указало на личность хозяина.

Дав знак Ростиславу, я пополз прочь. Молодой охотник последовал сразу за мной. Уже через несколько минут я увел крестьян прочь от логова Ледошкура.

Лишь уйдя на внушительное расстояние и убедившись, что ливень заглушит наши голоса, мы устроились в тени одного из дубов.

– Отлично, теперь мы знаем, где у мутанта логово, – заявил я. – Теперь надо выбрать место для ловушки.

– Нельзя ставить ее далеко от логова, – заметил Йорик. – Иначе теряется весь смысл в нашей задумке. Не говоря уже о том, что Ледошкур нагонит любого из нас раньше, чем тот сумеет добежать до места западни.

– И слишком близко тоже нельзя, – добавил Ростислав. – Стоит только Ледошкуру нас учуять, костей не соберём.

Отличная вводная для рабочего дня, ничего не скажешь.

– Думается мне, на звуки мутант не станет как‑то реагировать, – предположил Елисей. – Кругом шум от дождя и воет ветер. Если какой дуб и упадет, то он не должен вызвать подозрения у Ледошкура. А если и вызовет, то он не станет выходить из‑за такой мелочи. Вот если мы появимся в поле его зрения и начнем собираться у входа в лежбище, тогда да. Тут мутанту не останется ничего, кроме как выйти и раздать всем лещей.

– Значит, строимся как можно ближе, но чтобы кабан нас не увидел. А также, помните, говорить как можно тише. Если что‑то нужно, поднимаем руку, отводим меня, Ростислава или Йорика под ближайший дуб и тихо говорим на ушко. Никакого ора, матов, ничего. Всем всё ясно?

Мне ответили кивками. Ну хоть не заорали «сэр, да, сэр» – и то хлеб!

– Тогда за работу. Чем раньше закончим, тем меньше нам придется мокнуть.

Дуб мы выбрали примерно в сотне шагов от лежбища Ледошкура – достаточно далеко, чтобы мутант, если высунется проверить обстановку, не увидел ничего подозрительного, но и не слишком далеко, чтобы успеть потом выманить мутанта и не оказаться им затоптанным насмерть.

Йорик уверенно постучал по стволу могучего великана, чья крона терялась в вышине.

– Этот подойдёт в самый раз, – заявил плотник. – Если подпилить с правой стороны и подпереть, ляжет точнёхонько, куда нужно.

План, обговорённый нами заранее, звучал просто и элегантно. Подпилить дуб, вставить временные подпорки, чтобы он не рухнул раньше времени, а затем, в решающий момент, выбить эти самые подпорки и обрушить громадину прямо на голову мутанту.

Спросите, как мутант окажется в нужном месте и в нужное время? С помощью приманки, куда ж без нее!

Доброволец должен будет выйти к логову секача, пошуметь, обматерить мутанта до седьмого колена, а когда тот в праведном гневе погонится за провокатором, добровольцу останется только пробежать около дуба.

Дерево рухнет на Ледошкура и прибьет его. А если и не прибьет, то придавит к земле. А уж там мы всем скопом набросимся на клыкастого и затыкаем его железяками. Как я уже сказал, простенько и со вкусом, но Елисей и Ростислав в один голос заявили, что мой план имел неплохие шансы на успех.

О большем в нашей ситуации и желать было нельзя!

Как я вообще к этому пришел? А всё благодаря Серёге, моему водителю! Не зря же он таскал меня на природу, охоту и вообще за город. Пока гуляете вдвоем по лесу, где нет сети – вам только и остается, что говорить и обсуждать все на свете. А Серёга любил рассказывать об охоте. И о ловушках, которые он пытался повторить. Одной из них, кажется, была кулемка. Реальный аналог того, что показывали в детских мультиках. Берешь бревно, разрезаешь его пополам, устанавливаешь подпорку, к которой привязываешь лакомство. Зверь, когда подойдет, схватит лакомство. Веревка потянет подпорку, и бревно упадет на зверя, придавив того к земле. Ну разве не красота?

Наша ловушка работала по тому же принципу, но вместо бревна у нас был целый дуб.

В какой‑то мере даже иронично, что вес и неповоротливость дуба, которые нередко становились причиной смерти среди лесорубов, я использовал теперь для того, чтобы спасти моим лесорубам жизнь. Ведь логика проста – не будет мутанта, и жить им станет всяко проще!

– Начинайте рубить, – меж тем дал отмашку Йорик, и крестьяне взялись за топоры.

Несмотря на проливной дождь, работа пошла. Мокрая древесина поддавалась хуже сухой, но упорства моим рабочим было не занимать. И понятно почему – от результата их работы зависели их собственные жизни.

Щепки летели во все стороны, смешиваясь с потоками воды, стекающими по стволу. Параллельно с подрубкой дуба Прол и Данила командовали второй группой. Им требовалось соорудить будущие подпорки. Для чего крестьяне собирались использовать сосновые бруски, заточенные с одного конца в клин.

Через несколько часов зарубка на стволе достигла нужной глубины. Йорик, придирчиво осмотрев результат, дал добро на установку подпорок.

– Ставьте здесь, здесь и здесь, – командовал он, тыча пальцем в размеченные точки. – Сделаем три опоры, чтоб наверняка. Не хватало ещё, чтобы эта дура раньше срока упала нам на голову и кого‑нибудь убила.

Подпорки вбили с особым тщанием, Йорик лично проверил каждую, попинав ногой и удостоверившись, что те держатся крепко. Разметили мы и место, куда, по всем расчётам, должен был рухнуть исполин – точнёхонько между двумя большими кустарниками.

Всё было готово. Оставалось лишь замаскировать подпорки, чтобы Ледошкур сразу не заметил подвоха. Для чего крестьяне собрали мох и мелкие ветки, став обкладывать ими подпорки и зарубку.

Дальше нам нужно было лишь ждать.

Вот только пока кто‑то из мужиков укрывал подпорки мхом, одна из них надрывно хрустнула. Даже несмотря на шум ливня, каждый услышал этот треск.