Я кивнул.
Сэдэо устало закачал головой.
— Давайте еще раз, — сказал я.
— Нет, — резко возразил Сэдэо. — Хватит на сегодня с тебя. Отдохни немного, восстановись, помедитируй. А затем откроем горловую чакру.
— Еще раз, — настаивал я.
Сэдэо внимательно и придирчиво окинул меня взглядом, и что-то ему во мне кажется, не понравилось. Он скривился.
— Ты слаб! — злобно выпалил он. — Вся работа напрасна! Ты не слушаешь. Да тебя убьют в первой же серьезной стычке!
— Еще не убили же, — разозлился я, хотя поведение Сэдэо меня озадачило. Всегда сдержанный мастер, вечно толкующий о милосердии, и тут вдруг так вспылил.
— Все бесполезно. Ты не поступишь. Ты слабый, глупый и ленивый!
Я удивленно глазел на мастера. А не спятил ли он?
Неожиданно Сэдэо подлетел и ударил меня в живот, сложив пополам. Нет, да он серьезно сошел с ума.
От следующего удара я увернулся, и вмазал Сэдэо без раздумий, целясь в лицо, правда, не попал. Мастер оказался проворнее.
Дальше Сэдэо нападал, не давая мне передышек ни на миг.
Удары летели казалось со всех сторон и только редкие из них я мог отбивать или блокировать. Я пытался использовать технику, которой меня обучил Симар, и даже пару раз ударил, сумев выбить из Сэдэо силу.
Внезапно все тело пронзил электрический разряд, снова. Я рухнул на землю. Не раздумывая, отразил дар. Но Сэдэо не упал. Его потряхивало мелкой дрожью, он смотрел на меня, едва заметно усмехаясь.
— Видишь, — медленно произнес он, — я блокирую боль. Сейчас ты используешь дар на полную, и ты его снова не контролируешь. Если бы я не умел блокировать атаки, — Сэдэо сделал паузу, прикрыл глаза, я почувствовал, как мои чакры расслабились, а потоки перестали бить в Сэдэо. — Так вот, — спокойно продолжил Сэдэо, подав мне руку и помогая подняться с места, чем вконец вверг меня в замешательство. — Если бы я не владел блокировкой, ты бы меня убил. И всего-то стоило тебя немного разозлить. Ты слишком зависишь от эмоций, поэтому и не можешь блокировать боль. Ты слишком на ней концентрируешься, на этой эмоции, на муках, которые испытываешь. Но это всего лишь реакция организма на раздражитель. Научись отключать боль, иначе ты не сдашь этот экзамен. Ну и извини за то, что я тебе наговорил, это нужно было, чтоб показать тебе твои слабые стороны.
Я озадаченно глядел на Сэдэо.
— У меня уже получалось отключать боль, — сказал я. — В источнике Хал, когда я открыл чакру жизни, я отключил боль.
Сэдэо задумчиво кивнул.
— Помнишь, как сумел это сделать? Почему сейчас не повторил?
— Я не знаю, в тот раз получилось само собой. А сейчас… Не знаю. Боль была невыносимой, но я должен был оставаться в сознании и убить пожирателя. И отражать боль было некуда и не на кого. Может в этом дело?
— Может. Попробуй сейчас повторить, когда откроешь горловую чакру. Источник боли ты отразить не сможешь, значит, условия буду схожие. Но главное, запомни это состояние и запомни, как ты выключаешь боль.
Я умостился на траве, в этот раз я лег, вспоминая прошлые разы открытия чакр, меня наверняка скрутит так, что я упаду, поэтому лучше лечь сразу. А ещё теперь у меня работала корневая чакра, и я мог подпитываться энергией земли и воздуха. Сил из этой энергии немного, это не шакти, это именно та энергия, с помощью которой можно восстанавливаться и ускорять регенерацию.
Я приготовился, по чуть-чуть растягивая чакру горла, те же самые упражнения, что Сэдэо заставлял меня проделывать ежедневно всю неделю. Урджа-мастер молча ждал, я и так уже знал, что мне делать.
Собрал сгусток энергии в области горла и приготовился. Самое сложное это решиться. Каждая секунда раздумий отнимает долю решимости. Никогда не стоит думать. Это как прыгнуть в воду со скалы, чем дольше смотришь вниз, тем больше страх овладевает разумом и тем меньше решимости. Поэтому я не думал, я просто ударил.
Жгучая стрела пронзила горло. Раскурочила, разорвала глотку, рот обожгло огнем. Боль — ее надо унять, отключить. Я хватался за горло, корчась на земле, кажется, я задыхался.
Сэдэо командовал, что-то говорил, но я его не слышал. Мне нужно унять боль.
И я отключил ее. Просто взял и отключил. Взял под свой контроль, спрятал и перестал ее замечать.
— Молодец! — похлопал меня по плечу Сэдэо, довольно улыбаясь. — Ты как? В порядке?
Я хотел ответить, но что-то внутри горла булькнуло и вместо ответа, я смог выдавить из себя только сдавленный хрип.
Империя, Граница между территориями кланов Сорахашер и Нага
Небо хмурилось в этот день. Серые неповоротливые тучи клубились, копя и собирая такой же серый угрюмый, холодный дождь.
Зунар запустил корневую чакру, вытягивая тепло из земли, чтоб хоть как-то согреться. Время тянулось слишком медленно. Непозволительно медленно. Хотелось скорее покончить с этим.
Имперские Стражи прибыли ровно в уговоренное время, а вот представители Нага изрядно опаздывали. Нага, ракшасовы дети, никогда не могут сделать все правильно.
Была бы воля Зунара, он бы уже сегодня начал войну. Или даже вчера. Он бы повел своих бойцов по этим землям, выжигая город за городом и вытравливая всю змеиную погань с этих земель. Пока не дошел бы до Угры и не разгромил бы дворец рода Тивара.
В сером небе блеснул золотой диск.
— Наконец-то! — раздражённо сказал Зунар.
Наль Ангули нахмурился, закряхтел, занервничал и засуетился. Михан Ракш поправил повязку, прикрывающую отсутствующий глаз, и в ожидании уставился на Зунара.
— Идемте, — приказал Зунар, выхватив папку из рук Башада.
Два Стража покорно занявшие свои позиции по обе стороны границы стояли смирно, будто истуканы. И даже когда Зунар со своими советниками встал у границы, они не шелохнулись.
Изана Тивара — эта тучная женщина в черной тяжелой змеиной мантии с меховой оторочкой в окружении двух мужчин и трех охранников, она шагала неспешно к месту переговоров, будто нарочно оттягивала время. Все они были в черно-зеленых клановых формах. Сама же нара клана Нага явилась в мантии из питоновой кожи, которую традиционно носили все главы клана. Они остановились, как и полагалось в двух метрах от границы и в четырех метрах от Зунара с советниками, и замерли.
Страж, будто его внезапно включили, громко объявил:
— Я, Имперский Страж высшего ранга Мариус прибыл сюда для заверения и соблюдения порядка объявления войны клану Нага кланом Сорахашер. Я подтверждаю, что представители обеих кланов прибыли на переговоры. Сорахашер, как стороне изъявившей желание объявить войну, необходимо заявить о своих претензиях к клану Нага.
Зунар чувствовал, как закипает от негодования. Ракшасовы законы. Почему он вообще должен распинаться перед этой тварью? Правильно бы было прикончить ее прямо здесь и сейчас.
— Я скажу? — тихо спросил Михан, видя состояние Зунара.
Зунар кивнул, с благодарностью взглянув на него.
— Нага неоднократно покушались на жизни, а так же убивали людей Сорахашер. Нага плели интриги пытаясь развязать войну между Капи и Сорахашер. Нага подсылали убийц к нашим людям, Нага устроили бойню в Форхаде, вступив в сговор с Вайно Сафидом из клана Капи. В смерти Симара Хала так же виноваты Нага. Учитывая все сложившиеся обстоятельства мы вынуждены объявить войну Нага без переговоров и обсуждения мирных условий.
Страж механично кивнул, повернул голову к Нага, и сухим официальным тоном громко спросил:
— Принимает ли Нага обвинения Сорахашер?
— Не принимает. Все обвинения лживы и не имеют доказательств, — холодно тоном сказала Изана.
Зунар злобно сверлил ее глазами. Он едва сдерживался. А так хотелось рвануть к этой лживой твари, пустить в ход силу, и душить ее до тех пор, пока она не станет молить о пощаде. Только у него для нее пощады нет.
Михан предусмотрительно придерживал Зунара за локоть.
— Есть ли у Нага ответные обвинения против Сорахашер? — спросил Страж.
— Нет обвинений, — звонко ответила Изана, насмешливо улыбнувшись.