— А нам можно? — осторожно спросил я, указав взглядом на живот.
Айриса лукаво усмехнулась, прижалась сильнее, уткнувшись носом в мою шею, ее рука ловко упорхнула под рубашку, опустилась ниже, расстёгивая ремень брюк. Обдав шею горячим дыханием, она произнесла:
— Я Айриса неуязвимая, мне все можно.
Рано утром, едва начало светать, меня разбудил звук вибрирующего телефона. Санджей перестал названивать мне поздно ночью, поэтому я решил, что вряд ли бы он начал названивать в такую рань. Надо бы взглянуть, кто звонит. Головка Айрисы лежала на моей руке, я осторожно высвободился, боясь ее разбудить, и потопал к куртке, достав из кармана телефон.
Звонок с незнакомого номера. Я почему-то сразу подумал об Амали, поэтому нисколько не удивился, когда в телефоне услышал ее голос:
— Азиз.
— Где ты? — спросил я шепотом, быстро уходя в ванную. — С тобой все в порядке?
— Да, я в порядке, — голос ее звучал грустно и устало.
— Говори где ты. Я тебя заберу.
— Я не уверена, что могу вернуться. Это всё еще небезопасно. Просто позвонила. Хотела услышать твой голос, убедиться, что ты в порядке.
— То сообщение: "Спаси меня", ты прислала?
Амали какое-то время молчала, потом ответила:
— Да.
— Что произошло?
— Это уже не имеет значения. Мне помогли. Теперь я в безопасности.
— Я тебя заберу. Где ты? Я спрячу тебя, у меня есть убежище. А после мы решим вопрос с твоим легальным нахождением в Империи.
— А разве ты сможешь его решить? — в голосе слышалась горечь.
— Могу, — без раздумий сказал я. — Где ты?
Амали какое-то время молчала, все не решаясь сказать, потом все же произнесла:
— Я в Кинвин. Родовые земли Райфас, првинция города Гайман. Я в рабском поселке.
— Тебя продали в рабство! — едва я смог сдержать негодование.
— Да, так вышло. Но ничего страшного, — но интонации ее голоса говорили об обратном.
— А где ты взяла телефон? — вкрадчиво спросил я, понимая, что рабам такие вещи не положены.
— Мне кое-кто помог, — уклончиво ответила она.
— Но почему ты не позвонила раньше?
— Ты…ты… — она запнулась, так и не договорив.
Но я понял. Она звонила, только я не мог ответить и телефон был отключен.
— Скоро я тебя заберу! — бросил я. — Приеду сегодня.
— Мне пора, — бросила она торопливо и отключила телефон.
Я вернулся в спальню, какое-то время стоял в задумчивости пока не почувствовал требовательный взгляд на себе. Обернулся — Айриса, подперев голову рукой, смотрела на меня с холодной отстраненностью.
— Кто звонил? — спросила она, широко распахнув глаза и так пронзительно разглядывая меня, что я начал сомневаться в том, что это хорошая идея привезти сюда Амали.
— Так кто звонил? — еще более настойчиво спросила Айриса.
— Амали, — медленно ответил я, чувствуя себя точно под дулом пистолета.
— Та самая Амали? — Айриса нахмурилась.
— Да, ей нужна помощь. Ее продали в рабство.
— Разве он не враг?
— Нет, — мотнул я головой, — она точно нет, я ей доверяю.
— Она твоя любовница? — понизив голос, спросила Айриса, глядя на меня так, словно я совершил нечто такое ужасное, что хуже и не придумать.
Чёрт, где же я так просчитался-то? Я ведь спокойно себе рассуждал, что рядом будут обе. Потому что и Айриса, и Амали мне нравятся одинаково, к тому же на Хеме это вполне нормально: иметь и жену, и наложниц. Но вот я никак не ожидал такой реакции от Айрисы.
— Почему не отвечаешь? — Айриса вскинула брови.
— Можно и так сказать, — уклончиво ответил я.
— И? Ты хочешь привезти ее сюда? — Айриса села в постели, натянув одеяло повыше и прикрыв наготу.
— Да, хочу. Ей нужно помочь, другого места ее укрыть у меня нет. Ну не везти же ее в Сорахашер?
— Она ведь Накта, к тому же бывшая наложница покойного нары Зунара. А ты, насколько я поняла, собираешься сделать ее своей судшантой, — Айриса скорчила гримасу, с укором посмотрела: — Это не пойдет на пользу твоей репутации. Не нравится мне это.
— Мне совершенно плевать на репутацию.
Айриса закачала головой, отвернулась.
Я вначале было подумал, что она ревнует, а она снова печётся о моей репутации. Неисправимая! Или всё-таки ревнует?
— Все будет в порядке. Как бы там ни было, но я не могу оставить ее в рабстве.
— Ты уже говорил, — Айриса старательно избегала моего взгляда. — Делай, как считаешь нужным, разве я могу что-то сказать против?
— Это тебя обижает? — спросил я прямо.
Айриса повернулась, посмотрела так, словно я ее оскорбил.
— Нет, — отчеканила она. — Обижаются изнеженные бал, используя обиду как способ манипуляции. Я же принимаю все как есть. Решил — отправляйся и забирай ее. Я не смею осуждать ни на одно из твоих решений.
Айриса замолчала, но я видел, что она хочет ещё что-то сказать, но все никак не решится.
— Говори, — подтолкнул я ее.
— Нет, ничего. Ты Хранитель, а я простая преданная.
— Ничего не изменилось. Пусть теперь меня зовут иначе, но все осталось как есть. Вскоре ты станешь моей женой, родится наш сын… Теперь мы семья. Не нужно молчать, говори то, что думаешь.
— Я не против того, чтобы ты завел судшанту. Это обычное дело. Но я бы не хотела, чтобы это была бывшая наложница, к тому же из Накта Гулаад. Они опасны.
— Моя сестра, Лилуай тоже из Накта Гулаад, — сказал я, начав одеваться. — Мне ее тоже прикажешь стыдиться? Никто их них — ни Лилуай, ни Амали — не попали в монастырь Накта по собственной воле.
Айриса не нашлась, что ответить, только и сделала, что вздохнула и отвернулась. Я же, собравшись, быстро поцеловал ее в макушку и, попрощавшись, покинул спальню.
Карима я будить не стал, оставил ему записку на обеденном столе, что планы немного поменялись, но я вскоре вернусь.
Затем я разбудила Стража, тот вскочил с таким спокойствием и удивительной бодростью, словно бы и вовсе не спал. А когда я назвал место, куда нам следует отправиться, Страж кивнул и стремительным шагом покинул дом, направившись к сурирату.
Я, выпив остатки холодного кофе, оставшиеся с вечера в кофейнике, последовал за Стражем. Я, конечно, мог и сам пилотировать сурират, но, во-первых, как я уже выяснил, Страж может оказаться полезен, а во-вторых, я не знал даже приблизительно, где находятся территории клана Кинвин. Выяснить координаты, в общем-то, можно без проблем, но мне попросту не хотелось тратить на это время. Я должен был скорее вытащить Амали. У меня в голове не укладывалось, что она могла оказаться в рабском посёлке. Это где-то даже не логично, при ее выдающихся внешних данных она попросту не могла оказаться в поселке для рабочих-рабов, скорее всего, ее отправили бы служанкой к местному свамену.
Во время полета я обдумывал предстоящий разговор с Санджеем. Сначала мне необходимо рассказать все ему, познакомить с Азизом, а что будет после, я пока не загадывал. Одно я точно знал: в Сорахашер мне больше делать нечего. Мне предстоит новая война во дворце императора. И я очень надеялся, что в списке моих врагов не будет Санджея. Но, судя по всему, это окажется сложной задачей, учитывая какую деятельность развели Рамы.
Мысли о Санджее заставили меня взяться за телефон. От него было больше двадцати звонков, несколько гневных сообщений с примерным содержанием: "Ты где? А ну бегом в башню клана!" Еще три звонка были от Латифы, и я решил, что все же пора им перезвонить, мало ли что там случилось.
На звонок ответили сразу:
— Азиз! Ты где?! — голос Санджея прозвучал так взволнованно, будто бы он уже решил, что меня похитили асуры и скормили ракшасам.
— Прости, что не перезвонил, был немного занят, — рассеянно ответил я.
— Прости?! Немного занят?! — мой ответ ему явно не понравился. — В военном госпитале сказали, что ты улетел два дня назад! А потом мне доложили, что ты в Сорахашер подлетал к дому Кави на имперском сурирате! На имперском! — Он сказал это таким тоном, словно я угнал этот сурират. Я же молчал и продолжал слушать, как он меня отчитывает.