Декабрьским днем во вторник, незадолго до закрытия, к отделению Городского и провинциального банка в районе Сент-Джеймс подъехал седан с закрытым кузовом. Из него вышли четверо мужчин. День был промозглым и пасмурным, и в окнах банка горел свет. Двое незнакомцев проследовали к столикам, прикрывая пистолеты руками, направили дула на кассиров и, пока никто не успел опомниться, стали тихо опускать жалюзи на окнах.

Четвертый вытащил из кармана пальто револьвер сорок пятого калибра и объявил четко и ясно:

– Вы знаете, почему мы здесь. Ведите себя тихо, и с вами ничего не случится.

Один из клерков, совсем еще мальчишка, засмеялся и тут же получил пулю в грудь из пистолета с глушителем.

Звук был не громче хлопка в ладоши: глухой и тихий. Клерк стал заваливаться набок, задел счеты, которые тут же зашуршали, и вскоре его тело со стуком упало на пол. В ярко освещенном помещении банка воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только звуком шагов незнакомцев по мраморному полу.

– Вот так, – сказал мужчина, который заговорил первым. – Ведите себя тихо, и с вами ничего не случится.

Все это казалось совершено невероятным, но тем не менее разворачивалось на самом деле. Сотрудники банка, подняв руки, наблюдали за происходящим с разных ракурсов; возможно, они, видя подобные сцены в кино, снисходительно улыбались – в полной уверенности, что подобное творится где-то на другом континенте. А теперь человек, опустивший жалюзи, добросовестно опустошал сейф, перекладывая его содержимое в аккуратную кожаную сумку. За окнами шумели машины, прохожие видели закрытый банк, и у них не возникало никаких подозрений. Через пару минут ситуация стала совсем невыносимой. Управляющий рискнул и потянулся под стол, где у него находился пистолет. Его сразу же пристрелили. Затем главарь банды склонился над молодым клерком, по имени Джон Пэрриш, и сказал:

– Спасибо, парень. Ты получишь свою долю.

Четверо грабителей дисциплинированно сгруппировались и, словно призраки, исчезли за дверью. Их машина отъехала от обочины, прежде чем сработала сигнализация.

Ограбление Городского и провинциального банка провалилось из-за одной маленькой, но важной детали. В Англии можно ограбить. Можно даже, если не страшит перспектива оказаться на виселице, ограбить с применением насилия. Но сбежать после этого вряд ли получится. Моргану, по кличке Шкипер, из американского города Сисеро в штате Иллинойс еще можно было простить незнание местных особенностей. Однако Толстяк Хендерсон, Силач Дин и Билл Штейн, изучившие Дартмур так же хорошо, как любой из нас изучил расположение комнат в своем доме, не могли не предвидеть подобного развития событий. Возможно, они надеялись, что дерзость ограбления сыграет им на руку. Они трижды успели сменить автомобиль, прежде чем к вечеру полицейские машины перегородили им дорогу около Саутгемптона.

Шкипер Морган пытался отстреливаться, но был сбит с ног полицейским и сломал себе руку. Однако у полиции возникла неожиданная проблема: из двадцати трех тысяч фунтов наличными и в облигациях, похищенных из банка, у беглецов не нашли ни пенни.

Той же ночью старший инспектор Эймс посетил Шкипера Моргана в тюрьме.

– Шкипер, у тебя большие неприятности, – любезно предупредил он. – Один из тех парней, которых ты подстрелил, при смерти. Но даже если он выживет, за решеткой тебе все равно придется сидеть долго.

Шкипер ничего не сказал, только бросил на старшего инспектора убийственный взгляд. Ведь руку он сломал именно по вине Эймса.

– Если расскажешь, куда вы спрятали деньги, я не гарантирую, что тебе это поможет, – продолжал старший инспектор. – Но все может быть, Шкипер. Все может быть. И не хочешь ли заодно рассказать нам про того молодого клерка из банка, которому ты обещал долю. Он с вами заодно?

– Грязный маленький крысеныш! – со злобой и досадой процедил сквозь зубы Шкипер. – Конечно, он был в деле. Но я хочу встретиться с моим адвокатом. Вот что я хочу.

Итак, полицейские задержали Джона Пэрриша. Он написал Марджори Доусон: «Не верь ни единому слову. И не падай духом».

Вскоре Моргану предоставили адвоката. Им был не кто иной, как мистер Айртон Болдер – надменный джентльмен с аристократическим носом и обширной клиентурой. В Скотленд-Ярде его недолюбливали, поскольку он всегда умудрялся вывести стражей порядка из себя. Но даже Айртон Болдер мало что мог сделать для арестованных, тем не менее он заявил, что они покинут здание суда, не запятнав своей репутации. Правда, при этом странно улыбнулся и покачал головой. Но украденные деньги так и не нашлись.

– Тут одно из двух, сэр, – сказал старший инспектор Эймс помощнику комиссара. – Либо они их спрятали, либо отдали скупщику краденого.

– Скупщику краденых денег?

– Там еще были облигации, – уточнил Эймс. – Все довольно просто. Разумеется, у нас есть номера всех банкнот, начиная с пятифунтовых. Но их можно сбыть за границу: люди покупают и хранят сбережения в английской валюте. Часто даже не спрашивая, откуда они взялись. Я знаю парочку таких барыг, слышал про третьего, самого крупного в этом бизнесе. Раньше избавиться от таких «горячих» денег было сложно, но теперь стало проще. Речь идет даже не о новом виде криминальной деятельности, а о серьезном бизнесе. Ситуация в Европе непростая, тысячи людей пытаются перебраться в Англию, но так, чтобы власти их стран не узнали о наличии у них средств. Поэтому хранить все в английской валюте выгодно. И если мы выясним, кто этим занимается…

– Есть какие-нибудь подозрения?

– Да, сэр, – сразу ответил Эймс. – Это Айртон Болдер.

Помощник комиссара присвистнул.

– Хорошо бы так и было! – мечтательно произнес он. – Господи, хорошо бы так и было! Но, Эймс, будьте осторожны, у него большое влияние. И почему вы заподозрили именно Болдера?

– Пока это секретная информация, – признался Эймс. – Но так говорят ребята. Мы схватили Моргана и его банду рядом с деревенькой под названием Кроули. У Болдера есть загородный дом всего в миле от этого места. Во вторник вечером он находился там, хотя обычно приезжает только на выходные. На прошлой неделе Шкипер Морган дважды бывал в той деревне. Конечно, это ничего не доказывает. Но если принять во внимание все слухи…

– Что насчет того молодого человека, Пэрриша?

– Он ни при чем, сэр, – усмехнулся Эймс. – Похоже, Морган решил пошутить. Я в этом уверен, и в банке так считают. Но Пэрриш может быть нам полезен.

Насколько именно он мог быть полезен, старший инспектор Эймс понял на следующий день, когда в город спешно приехала мисс Марджори Доусон.

Эта хорошенькая светловолосая девушка, обычно тихая и скромная, теперь была настроена самым решительным образом. Открытый искренний взгляд ее зеленовато-карих глаз воздействовал не хуже крепкого рукопожатия, и даже в такой тяжелый момент она сохранила чувство юмора. Услышав ее рассказ, старший инспектор потерял самообладание. И после получасовой беседы отвел ее не к помощнику комиссара. Они вместе спустились на первый этаж в кабинет, на двери которого красовалась табличка с надписью: «Д–3, полковник Марч».

– Полковник Марч, – сказал он, – позвольте представить вам мисс Марджори Доусон. Мисс Доусон помолвлена с тем молодым человеком, Пэрришем. Она работает секретарем у тети Айртона Болдера…

– Уже нет, – сказала девушка со слабой улыбкой. – Вчера меня рассчитали.

– И она утверждает, что деньги Городского и провинциального банка находятся у Болдера.

Полковник Марч – крупный, добродушный мужчина с веснушчатым лицом и трубкой с большой чашей, которая торчала из-под его коротко подстриженных усов, – стоял, раскачиваясь взад-вперед около камина, с озадаченным видом.

– Я рад все это слышать, – сказал он официальным тоном, – но почему вы пришли ко мне? Мисс Доусон, здесь находится Департамент странных жалоб. Дела у нас в последнее время идут не очень хорошо, и я бы с радостью взялся за расследование какой-нибудь истории о синей свинье или призраке в саду. Но если вы уже разоблачили Айртона, зачем я вам понадобился?