— У неё три месяца назад неожиданно умер муж. У них есть сын, Люк, ему шесть. Они обожали играть в хоккей на подъездной дорожке. После того как он умер, ей пришлось пойти на вторую работу в «Шалфей и Соль», чтобы сводить концы с концами. Она говорила со мной о том, чтобы записать Люка на одну из моих хоккейных программ. Номер, который я ей дал — номер Санни. Я сказал, что «Олимпия» оплатит им всё. Вот и вся история.

— О, боже… — я натягиваю одеяло на голову.

Он улыбается, дёргая одеяло.

— Я отсюда не вылезу никогда.

Нэш смеётся по-настоящему и шлёпает меня по заднице сквозь одеяло.

— Вылезешь. Иди в душ. Ты проведёшь день со мной.

— Я? — выглядываю из-под одеяла.

— Да, ты.

Он улыбается.

— Почему? — спрашиваю, пытаясь понять, почему он хочет провести со мной день после того, как я вела себя, словно психованная прилипала.

Нэш пододвигается ближе, опускает меня обратно на кровать, пока его лицо не оказывается прямо над моим, и он зависает там.

— Потому что вместо того, чтобы делать вид, что между нами ничего нет, я думаю, стоит попробовать что-то другое. Просто провести день вместе.

Я онемела.

— Провести день? — повторяю.

— Да. По субботам утром я хожу на рыбалку, потом еду в бар, чтобы всё подготовить к самой загруженной ночи недели. Можешь поехать со мной и отработать своё вчерашнее поведение. За это ты ещё не расплатилась, — он встаёт и кивает, а я игнорирую угрожающий тон его голоса. — Через тридцать минут выходим, идём на рыбалку.

— Но я не умею ловить рыбу…

— Тридцать минут, — доносится из гостиной, и я улыбаюсь шире некуда, потому что нет на свете ничего, что бы я больше хотела сегодня, чем провести весь день с Нэшем.

Как я уже сказал — хватит притворяться. Факт в том, что между нами что-то происходит. Я могу делать вид, что это просто секс, но я больше ни на секунду не собираюсь притворяться, будто не хочу Сесилию Эшби каждой клеткой своего тела и в тысячу раз сильнее, чем когда-либо хотел какую-либо женщину.

Так что я всё для себя решил. Сегодня она со мной. И ей понравится.

Я слышу, как выключается душ, и спустя пятнадцать минут дверь ванной открывается. Я уже успел принять душ в другой ванной до того, как приготовил ей завтрак, оставив ей полное распоряжение спальней. И, чёрт возьми, как же она там хорошо смотрится. В моей постели. На моей стороне кровати.

Я изо всех сил стараюсь держать себя в руках, когда Сиси появляется в наряде, который я для неё выбрал. Светлые волосы ещё влажные, аккуратно расчёсаны и лежат вдоль спины. Она выглядит чертовски сексуально. И осознание того, что под этими шортами на ней те самые чёрные трусики, заставляет член дёрнуться. Но я подожду.

Как бы сильно мне ни хотелось сорвать с неё одежду, у меня на неё планы. Она заплатит за всё, через что заставила меня пройти прошлой ночью. Я никогда в жизни не сдерживал себя так, как тогда. Никогда так не хотел женщину, которую не мог иметь. Но я бы ни за что не переспал с пьяной.

Сегодня она будет хотеть меня. И не просто хотеть — будет умолять. Я уже с трудом сдерживаюсь от предвкушения.

— Ты что, заплёл мне волосы в косу прошлой ночью и завязал их зубной нитью? Или мне приснилось?

— Неа, определённо приснилось, — подмигиваю я, хватая ящик с приманками. — Пошли, дорогуша, мы теряем дневной свет.

Она смеётся и идёт за мной к двери.

Я смотрю с противоположного берега озера Кейв-Ран на Сиси, которая закидывает удочку точно так, как я показал ей сегодня утром с берега. Она смеётся вместе с Рокко Прессли, стариком, у которого я выкупил свой бар. Мы с ним рыбачим почти каждую субботу и болтаем о делах и жизни. Он был чертовски очарован, увидев Сиси сегодня утром со мной. С тех пор он почти не разговаривает со мной, а всё своё внимание уделяет ей — показывает, какие блёсны³ использовать, как крутить катушку, и рассказывает кучу бредовых историй о том, что он всегда ловит больше рыбы, чем я.

Смех раздаётся с другого берега, и я просто стою, как загипнотизированный её красотой. Волосы уже высохли от ветра и собраны в высокий хвост, ни грамма макияжа, а она всё равно — самое красивое, что я когда-либо видел.

— О, боже! — кричит Сиси. — Рокко!

Она крутит катушку, и её удочка изгибается в изящную дугу, что говорит о том, что на другом конце — хорошенькая рыбина.

— Точно, как я тебе показывал, милая, равномерно и спокойно крути.

Она делает, как он говорит, на её лице сосредоточенность, и я подхожу к ней, по пути захватывая подсак.

— Не спеши, он может порвать леску и утащить блесну. Просто действуй медленно, — говорит Рокко, с волнением на лице, радуясь за неё.

— Она подсекла одну, — кричит он, когда я подхожу, явно в восторге. — Она прирождённая рыбачка.

Мы с ним стоим, затаив дыхание, пока она аккуратно работает катушкой, и наконец — увесистый окунь шлёпается у её ног на берегу.

— Я поймала! — кричит Сиси.

Улыбка на её лице огромная, и у меня от этого сердце завязывается в узел.

— Умница, — хвалю я. — Теперь нужно сделать три вещи. Сначала снимаем блесну, потом фоткаем для доказательства, и отпускаем.

— Мы не оставим его, не съедим? — спрашивает она, нахмурившись.

— Нет, дорогая, отпустим.

— Подожди, ты хочешь, чтобы я дотронулась до его рта? — осознаёт она, и тут же начинает качать головой. — Нет, я не буду.

Рокко смеётся.

— Уверяю тебя, дотронешься, — говорю я с полной уверенностью. — И поторопись, у нас мало времени.

Я вижу, как Сиси начинает паниковать, но подхожу ближе и смотрю ей в глаза.

— У тебя всё получится, детка, — успокаиваю тихим голосом я.

Она кивает, в глазах снова появляется огонёк решимости.

— У меня всё получится, — повторяет она сама себе.

Мы присаживаемся, и я показываю, как снять блесну, чтобы не повредить рыбу, у неё получается.

— У него зубы колючие, но он тебя не поранит. Держи крепко, ему не будет больно, — говорю я.

Мы снимаем блесну, рыба успокаивается.

— Ладно, держи его за нижнюю челюсть и подними вверх.

— Его зубы колют мне большой палец, — смеётся она, но всё равно держит его, как маленький бесстрашный светлячок.

Она улыбается, пока я щёлкаю фото на телефон, а потом Рокко показывает, как его отпустить. Рыбе нужно немного времени, но она уплывает, и Сиси визжит.

— Мощно. Я всегда думала, что рыбалка скучная! — хихикает она.

— Скучно, если ты этот парень, — говорит Рокко, хлопая меня по плечу. — Он вообще ничего не ловит.

— Продолжай жить в своём сказочном мире, старик, — хохочу я.

Так проходит всё утро — Рокко и я подкалываем друг друга, пока Сиси снова нас обоих уделывает и ловит ещё одного большого окуня.

— У меня только один вопрос. Что такого я сегодня делаю правильно, а вы — нет? — спрашивает она с самой невинной улыбкой на лице, отпуская второго окуня уже самостоятельно.

Рокко смеётся во весь голос.

— Эту оставь себе, Нэш, она умеет кидаться дерьмом не хуже нас.

Сиси продолжает смеяться, и я не спорю. Я просто смотрю на неё, распираемый гордостью за свою девочку. В двух вещах я абсолютно уверен. Первое — что бы между нами ни происходило, мы не просто пересекли границу «одна ночь, просто секс», мы её уничтожили. Этой черты, считай, и не существовало.

Второе — прямо здесь, на берегу с Сиси, в этом простом моменте, я понимаю, что хочу больше таких мгновений с ней. Хочу быть рядом на новых «впервые», хочу её, не просто на одну ночь, и не тайком. Думаю, я хочу её на столько, на сколько она позволит. Эта мысль заставляет сердце биться быстрее и одновременно до чёрта пугает.

Я умираю с голоду к часу дня, когда мы собираем всё наше рыбацкое снаряжение.

— Было приятно, дорогая, — говорит Рокко, похлопывая меня по руке. — Я увижу тебя на следующей неделе?.