— Ты планируешь подключать торговцев? — поднял важный момент Трасч. — Наши разработки могут привлечь внимание крупных кланов.

— Они всё равно привлекут внимание, ведь мы не будем довольствоваться крохами, — оскалился Скарс. — Но если мы станем трястись и ограничивать себя, то когда наступит время противостоять их загребущим лапам, то у нас будет слишком мало сил. Поэтому план диаметрально противоположный, мы будем расти так быстро, как только сможем! И когда они решат нас уничтожить или поглотить, мы сделаем это с ними сами!

— Некоторые старые кланы намного могущественнее, чем даже весь Крейзен. — Трасч осторожно выразил сомнения, но в отличие от тупых вожаков, убивающих за любое слово поперек их мнения, Сергей и впрямь старался слушать критику.

— Шаг за шагом, мой друг. А теперь хватит тратить время, Пинки! Мир сам себя не захватит!

— Пинки? Что это означает? Босс?

Сергей был прав, ведь на этот раз звонок на его амулет связи произошел уже на второй день после первого звонка. В этот момент Сергей переписывал часть из исследуемых им рун, поэтому принял звонок сразу же.

— Доброе время суток, Лартания, — мягко поприветствовал собеседницу Ордынцев. — Как у тебя дела?

— Оставляет желать лучшего, так как я всё ещё там, где я есть. — мрачно заявила Лартания. Очевидно, она не очень горела желанием звонить, но у неё просто не было другого выбора. Видимо, одиночество стало куда тяжелее, когда появилась возможность с кем-то поговорить.

— Тебе виднее, — безразлично пожал плечами Сергей, вновь склоняясь над амулетом, чтобы понаблюдать за потоками магии во время его работы. — Но хочу предупредить, если ты хочешь продолжить продуктивное общение, то следует сначала хотя бы узнать друг друга получше. Кто ты?

— Я говорила в прошлый раз. В этот раз ты! — Сергей аж остановился от подобного «детского» поведения.

— Хм, может, ты и права. Как я уже сказал, меня зовут Скарс, и я владелец небольшой клиники, лечащей крысолюдов.

— Подожди-подожди, ты тоже один из тех низших крыс⁈ — ошеломленно спросила Лартания. — Но вы же полностью деградировали! Вы, наверное, даже не знаете, что такое Элизиум! Откуда ты можешь знать этот язык⁈

— Это уже другой вопрос, — улыбнулся Сергей. — Теперь я хотел бы получить взаимность.

В ответ послышалось презрительное фырканье, но Лартания всё же сдержала своё слово.

— Я Лартания Ярость песков, синяя цветная старая драконица, хоть теперь, наверное, могу называться и древней. А теперь, когда ты знаешь, кто я, то изволь обращаться ко мне соответственно! Я не потерплю панибратства от прислужников и слуг!

— Подожди, если ты древняя драконица, то как не умерла с голоду? Насколько я знаю, вы вырастаете до очень больших размеров, а ты заперта. — не обратил никакого внимания на её угрозы Сергей.

— Это не твоё дело. И что ты имеешь в виду под «знаешь»? — Лартания вдруг насторожилась.

— Тебе неизвестно? — удивился уже Сергей. — На самых первых технических этажах вполне себе живут твои соотечественники.

— Здесь есть другие драконы⁈ Да ещё и много⁈ — Лартания явно испытала искренний шок. — Но что они делают на этой помойке⁈ Почему я их никогда не видела в верхнем городе? Не может же быть, что они не сумели пролететь наверх?

— Наверное, им не хватает сил? — предположил Сергей. — Вроде им пришлось даже заключить союз с гномами, чтобы противостоять нам, крысам.

— Союз с гномами? Что? — растерянность Лартании вдруг сменилась тяжелыми подозрениями. — Ты сказал, драконы? А как они выглядят?

— Чешуя, здоровенная пасть, длинная шея… — слова Скарса заметно успокоили собеседницу вплоть до следующих слов. — две задних лапы и две передних с крыльями. Дышат огнём и кислотой. — честно ответил Ордынцев. Что-то почувствовав, он отодвинулся от амулета, и это было мудрым решением, ведь раздавшийся из него рёв буквально оглушал.

— БЕССТЫДНЫЕ ВИВЕРНЫ! Как они смеют называть себя истинными драконами⁈ Если бы о них узнали титанические повелители неба, то всё это проклятое Мрачноземье уже горело бы огнём!

«Кажется, я был прав, и это всё же именно виверны, а не драконы». — хмыкнул Сергей, слушая подпрыгивающий от звуков ярости амулет. Очевидно, пока Лартания не успокоится, диалога с ней не получится.

— Чёртовы твари! — бушевала Лартания. — Нам, драконам, давно пора было очистить вселенную от всего этого мусора! Дракониды, виверны и прочие недоящеры, осмелившиеся претендовать на родство с великими нами! Но даже так никто из них не осмеливался называться настоящими драконами!

— Значит, они не драконы? — с наслаждением уточнил Сергей, на что получил новую порцию брани. Слушать, как столь высокомерное существо, как дракон, истекает злобой, было довольно забавно.

— Я ещё больше хочу покинуть свои проклятые апартаменты… — угрюмо заявила под конец Лартания, и Сергей понял, что стоит ковать железо, пока оно горячо.

— За весь разговор с тобой меня не покидает два вопроса, на которые я никак не могу найти ответ, — спокойно заговорил Сергей. — Во‑первых, как ты можешь так хорошо знать, что происходит на нижних уровнях Элизиума? А во‑вторых, если ты аж старая драконица, ну или уже древняя, то почему ты не можешь покинуть какие‑то там комнаты? И чем ты всё это время питалась? Сомневаюсь, что вы, драконы, научились питаться своим раздутым самомнением.

— Я не хочу и не буду отвечать на второй вопрос, — после длительного молчания сухо ответила Лартания. Но даже её молчание уже давало пищу для размышлений. Было очевидно, что гордая драконица отнюдь не так сильна, как хотела бы показать. Или что‑то её удерживало или ограничивало?

— И да, можешь зарыться в тот мусор, который ты называешь домом. Мы, драконы, — вершина этой вселенной, так что нет ничего странного в признании этого. Насчёт же знания… — раздался невесёлый смешок. — За то долгое время, что я была заперта в своих комнатах, у меня получилось достать доступ к местной глобальной магической сети и даже выбить в ней небольшие права. Сумев же подключиться к магическим наблюдателям, я следила за тем, как Элизиум с каждым столетием катился всё глубже в ад.

Лартания саркастично фыркнула.

— Признаюсь, я получала искреннее удовольствие, наблюдая за тем, как всё, что построили Боги Мрачноземья, рушится вместе с ними, но это было весело лишь первое время. Когда всё окончательно рухнуло, а последующие поколения начали забывать, кто они и что вокруг происходит, то это оказалось уже не так забавно. Последние же столетия… — Лартания замолчала, но всё было понятно и так.

— Подожди, если ты прибыла в это место до так называемых Тёмных веков, значит, ты знаешь, что такое Элизиум? Почему началось Падение и что вообще происходит? — глаза Сергея вспыхнули, когда он понял, что наконец‑то пелена незнания и слепого брождения по этому мрачному миру готова окончательно рухнуть.

Однако, увлёкшись своим любопытством, Сергей забыл, с кем именно ведёт диалог.

— Ха, и с чего мне бы это тебе говорить, жалкий слуга? Созданный богами Мрачноземья прислужник, единственная цель которого — служить и умирать ради хотелок своих хозяев? — бесцеремонно заявила драконица. — Уже тот факт, что я разговариваю с тобой, делает тебе честь, которой ты не заслуживаешь!

Но хоть её слова и сочились ядом, Сергей без труда чувствовал почти не скрываемую боль и отчаяние. Получив внезапный звонок, Лартания обрела слабую, но надежду. И когда она осознала, что её новый знакомый — обычный слуга, не способный ей помочь, то отчаяние почти сломило её.

На губах Сергея появилась небольшая улыбка, которую мог видеть только он сам. Ордынцев знал, что такое отчаяние. Даже несмотря на то, что его характер всегда несколько отличался от обычных людей, он всё ещё знал моменты, когда мир видится местом, в котором больше нет надежды и света.

И кому, как не ему, знать, что если кто‑то предложит даже маленький лучик солнца, то ты будешь готов вцепиться в него и никогда не отпускать?