Неужели жители Ржавой горы все поголовно сошли с ума и решили выбросить свои жизни… ради чего? Чтобы измотать Железную мусорную гору⁈

Словно в ответ на вопросы руководства обороняющихся, в их сторону начала пробираться одинокая, совершенно неуверенная в себе крыса‑слуга. Одетый в обноски и держа дрожащими руками флаг с рисунком Многохвостой матери, этот крысолюд явно боялся до потери сознания, но тех, кто был позади, он боялся ещё больше.

– Жители Стальной мусорной горы, господа Одноглазый и Скарс предлагают вам сдаться! – трусливый голос слуги прозвучал у стен, и в ответ ему пришёл лишь смех. – Если вы сдадитесь, то вам будет позволено присоединиться к Мёртвому легиону на правах союзников, в противном случае вы всё равно станете его частью!..

Бум! – выстрел магического излучателя полностью испепелил парламентера, а обрывки флага продолжили дрейфовать прочь, пока не сгорели полностью.

Любому было очевидно, что переговоры провалились.

Командующие обороной ожидали немедленного наступления и уже отдали приказ, но к их удивлению войска Одноглазого, наоборот, разошлись в стороны, открывая широкий путь.

– О нет… – запричитал Грак, уже подозревая, что должно было произойти. Но он не мог бы предположить даже в страшном сне, что случилось бы на самом деле.

Первой пришла вибрация. Стоявшие на стенах крысы чувствовали, как сталь под их ногами ощутимо подрагивает, словно где‑то вдалеке рухнуло нечто очень тяжелое. Следом самые глазастые увидели вдалеке, поворачивающее из‑за Ржавой мусорной горы.

Обладающие подзорными трубами командование первыми увидели будущую угрозу, и среди них поднялся дикий, панический гвалт. Однако обычные крысы‑солдаты и командиры до последнего пребывали в неведении, пока страшная правда не появилась прямо перед их глазами.

– Что это?.. – слабо спросил крысолюд, одетый в ржавый нагрудник и вооруженный видавшим виды палашом. Его рука с щитом бессильно упала вниз, пока он тупо разглядывал надвигающийся на них холм.

Холм, у которого было слишком много рук, ног и глаз.

Когда‑то самым крупным творением Скарса Безумного был «Ангрон». После битвы с Ксатиком Ордынцев увеличил его ещё немного, однако даже так у Ангрона всё ещё были ограничения, не позволяющие сделать его слишком большим.

Размышляя над тем, чтобы сделать «ультимативное оружие», способное быть козырем в будущем наступлении на другие районы Крейзена, взгляд Сергея пал на источник управляющих кристаллов.

Благодаря бесконечному поступлению новых тел, его размер превысил все разумные пределы, включая в себя тысячи сплетённых заражённых. Именно тогда у Сергея появилась безумная мысль, которую он никак не мог выбросить из головы.

Что если он воспользуется этим холмом из плоти и заставит его двигаться? Но все попытки контролировать столь огромное число заражённых выявили неприятный факт – никакой артефакт или жезл не могли контролировать волю подобного биоконструкта.

Из разрозненных шумов и обрывков инстинктов заражённых формировалось нечто, похожее на псевдосознание, напрочь отказывающееся подчиняться. Единственным вариантом оставалось личное управление.

Именно поэтому Сергей прямо сейчас находился внутри, окружённый тысячами немертвых тел. Его тело было опутано лозами техностали, а губы застыли в вечном оскале заражённых. Каждую секунду разум Ордынцева пробовал на прочность вирус, но он отказывался сдаваться, отбрасывая его прочь. Более того, он толкал это монструозное творение вперёд.

Никакого сложного пути или управления, ведь у Сергея просто не оставалось на это сил. Он только приказал титаническому конструкту перебирать сотнями конечностей, таща холм с растущими поверху стальными деревьями с висящими кристаллами вперёд.

Однако самая ожившая гора плоти и стали была прекрасной платформой, на которой были установлены оборонительные щиты и дальнобойные излучатели с сидящими за ними бойцами и элитным десантом Одноглазого.

Таким образом в сторону защитников Железной горы шла не просто гора плоти, а самый настоящий передвижной замок!

И несмотря на то, что биоконструкт продвигался вверх, его высота уже почти сравнялась с высотой стен горы! А ведь с каждым пройденным метром он становился всё выше и выше.

– Огонь! Уничтожьте‑разбейте его! – в панике кричали командиры.

Десятки изумрудных лучей вонзились в оживший кошмар, мгновенно прожигая в нём каверны и взрывая торчавшие руки и ноги. Потоки гнилой крови ручьями хлынули вниз, пятная сталь и стекая по открытым ртам мёртвых тел, но объём заражённых был слишком велик. Излучатели могли лишь царапать поверхность, даже не добираясь до более глубоких слоёв.

А ведь солдаты Одноглазого тоже не стояли на месте.

Пользуясь тем, что они стали выше, их орудия тоже открыли огонь, выцеливая излучатели противника и крупные скопления неприятеля.

– РО‑О‑О‑О! – Сергей открыл пасть и издал рёв, который подхватили тысячи глоток биоконструкта. В панике некоторые из защитников прыгали со стен, а другие в страхе зажимали уши, пытаясь заглушить этот крик.

Достигнув рва, конструкт даже не замедлился, площадь мясной горы позволяла пройти его, почти не заметив. Воткнутые ежи тоже были бесполезны, оказавшись поглощены катящейся волной плоти.

Более того, повинуясь воле Сергея, конструкт стремительно ускорялся!

БУМ! – удар разогнавшегося крепости из плоти был страшен. Стальная стена из обломков деформировалась, прогнувшись. Стоявшие на ней крысы посыпались вниз, словно переспевший виноград, разбиваясь или калечась внизу.

Сотни рук и ног отвели биоконструкт назад на несколько метров, а затем с силой вновь бросили его вперёд!

На этот раз под панические крики обороняющихся стальная стена сдалась. Управляемый Сергеем монстр неуклюже протискивался внутрь, оставляя на острых концах пролома куски самого себя.

А позади, поддерживая себя кровожадным рёвом, наступали основные войска Одноглазого вместе с молчаливо марширующим Мёртвым легионом.

Но Грак этого уже не видел. Ещё до того, как биоконструкт проделал пролом, опытный в выживании советник дал дёру, выбрав направлением чётко противоположную армии Одноглазого сторону.

«Надо бежать! Пятый технический уровень! Там я начну новую жизнь и больше никогда не встречусь‑увижусь с этим ужасом!» – решительно убеждал сам себя Грак.

Стальная же мусорная гора стремительно погружалась в хаос. Войска Одноглазого широким потоком прибывали внутрь, растекаясь во все стороны. В нескольких местах уже вспыхнули пожары и раздавался звон сталкивающихся клинков.

Завоевание и разграбление Крейзена перешло в активную фазу.

Гигантский техноконструкт из тысяч немертвых тел с трудом протиснулся внутрь стен. Часть из его самых маленьких ножек были оторваны и теперь бессильно сокращались на полу, постепенно замедляясь, но самые крупные конечности, созданные из десятков крысиных и не только лап, упорно продолжали тащить монструозную гору плоти вперёд.

Некоторые из сидящих наверху солдат разбили головы при ударах о стены, а другие и вовсе выпали вниз, но те, кто выжил, с безумными глазами принялись нажимать курки магических излучателей, расстреливая бегущих прочь солдат Железной мусорной горы.

Пользуясь паникой, орда Одноглазого, ведь её нельзя было назвать войском, уже принялась рубить спины убегающих и просто неудачливых, попавшихся на пути крыс.

Некоторые, добежав до богато выглядевших домов, уже врывались внутрь и убивали всех, срывая с мёртвых тел драгоценности, дорогую одежду, броню и блестяшки.

Единственным способом отличить своих от чужих была красная повязка на голове. Лишь так орда Одноглазого могла не убивать друг друга, повсюду грабя и убивая в кровавом угаре.

Иронично, но, пользуясь хаосом, некоторые из бродяг и бедных крыс срывали полоски ткани со своих обносок, макали их в свою или чужую кровь, после чего присоединялись к вакханалии.