Даже стоявшим вдалеке Сергею и остальным было очень жарко, мутантам же можно было лишь посочувствовать. Все, кто находился возле излучателей, бесследно испарились, а стоявшие дальше так сильно обгорели, что их тихие стоны быстро обрывались.

– Вот поэтому при исследовании древних башен магов и хранилищ магических артефактов нужно быть очень осторожными, ведь магические артефакты с годами выходят из строя и способны взорваться даже от косого взгляда. – С мудростью опытного грабителя могил нарушил тишину Гердам Кальванелиус. – Что? – Он заметил странные взгляды окружающих. – Я вот так же один раз чуть не взорвался. Благо, в отличие от этих уродов, успел выкинуть артефакт прочь…

– Вижу, что вас уже встретили! – Его внезапно прервал появившийся над кровавой сценой голографический шар Искусственного разума. Немигающий взгляд ИИ смотрел прямо на Сергея. Все остальные, кроме Лартании, явно не понимали используемого ИИ старого языка. – Если у вас есть какие‑то вопросы, пожалуйста, задавайте, я буду рад на них ответить.

«Лживая железка. Это ведь ты их сюда привела, зная, что они нападут на нас. Зажатая управляющими ограничениями, ты, тем не менее, всё равно находишь способы попытаться нас убить».

– У меня нет вопросов, но есть требование! – Сурово заговорил Ордынцев. – Немедленно проведи нас к главной комнате управления! Судя по твоему поведению, в твоей управляющей матрице произошел сбой, требуется это проверить!

– Слу‑слушаюсь, дорогие гости, пожалуйста, следуйте за мной. Я проведу вас кратчайшим путём. – Несколько раз мигнув, ИИ всё же принял приказ и поплыл к одним из гермоворот, раскрывшихся прямо перед его призрачной формой.

– Не расслабляйтесь, – Тихо приказал всем Сергей. – Чую я, что всё будет не‑то просто.

Сергей ожидал заляпанных грязью стен и валяющихся повсюду нечистот, но, видимо, ИИ выбрал те коридоры, к которым не допускались деградировавшие потомки изначальных операторов.

Вдруг вокруг заиграла весёлая и позитивная музыка, чем заставила всех немедленно подпрыгнуть и наставить оружие во все стороны. Однако никакого нападения так и не случилось.

– Позвольте вам представить Станцию управления Пятым техническим уровнем, – жизнерадостным голосом заговорил Исскуственный разум. Каждый из подобных центров управления был создан с полным самообеспечением и защитными системами высшего уровня!..

В тот же самый момент ставни по бокам открылись, и «инспекция» сумела увидеть за бронестеклом многоуровневые ярусы теплиц с растущей на них зеленью.

– … Станция способна функционировать полностью независимо, обеспечивая работающий в ней персонал всем необходимым при самых критических ситуациях. Теперь прерывание поставок не критично, ведь работники получат всё необходимое буквально изнутри!

– Что происходит? – спросил Сергей у явно сошедшей с ума машины. – Почему ты всё это говоришь?

– Дабы скрасить ваше долгое ожидание от прогулки из‑за выхода из строя телепортационного массива, было принято решение включить вам рекламное предложение! – жизнерадостно заявил «Глаз», теперь смотря на группу и двигаясь спиной вперёд. – Это представление позволит вам лучше осознать все преимущества станции…

Глаз резко оборвал свои же собственные слова, а затем вдруг застыл.

– … Внимание, замечена ошибка! Зафиксирована инспекционная проверка, но перед этим должен быть уведомлён главный инженер. Внимание, главный инженер не отвечает! Принято решение препроводить инспекционную группу к главному инженеру!

«Так вот какой был у тебя план». – Сергей не удивился, когда из стен выдвинулись уже знакомые алые излучатели, а вдалеке показались тяжело переваливающиеся сверхтяжелые древние големы. Выглядели они уже порядком старыми, но в этих тесных коридорах бой с ними был бы тем ещё кошмаром. Да и где гарантия, что у охранной системы этого объекта не было чего‑то ещё, что могло неприятно удивить?

– Конечно, почему нет, – растянул губы в искусственной улыбке Скарс. – Веди нас к главному инженеру. Уверен, он будет рад нас видеть.

– Последние столетия настроение главного инженера оценивается как плохое, – Сергею послышалось или в голосе искусственного разума появился след эмоций? – Ваше прибытие может стать тем самым изменением, которое его обрадует. Как и его детей.

Взгляды камер ИИ и Скарса встретились. Каждый из них, несмотря на притворную вежливость, уже прикидывал, как прикончить оппонента.

Трасч чувствовал, что всё стремительнее погружается в бездну, дна которой нет. Находясь в смертельно опасном древнем техномагическом комплексе, наполненном кровожадными мутантами, смертоносными магическими големами и сошедшим с ума искусственным разумом, Трасч подвергал сомнению все свои жизненные выборы.

На начальном пути присоединение к Скарсу казалось неплохим выбором. Несмотря на своё безумие, он был достаточно неплохим боссом, старающимся придерживаться данных обещаний и не грабящим своих же товарищей.

В дальнейшем, с появлением техновоинов и созданием «Клиники», Трасч опять же убеждал себя, что всё хорошо. Да, теперь вокруг него было больше мёртвой плоти, чем живой, да, он изучил строение тел своих соотечественников изнутри лучше, чем снаружи, но зато он был в безопасности, скрытый за жуткой фигурой его устрашающего босса.

Когда Скарс и Одноглазый решили принести целый город в жертву своих амбиций, Трасч впервые не смог найти аргументов к тому, что «всё хорошо».

Десятки тысяч погибших, кошмарные горы движущейся и плотоядной заражённой массы – эти картины накрепко впились в его разум, никогда не отпуская до конца.

Иногда ему хотелось спросить другого лидера, Одноглазого, рад ли он был тому, что решил связаться со Скарсом? Ведь чем дольше он следовал за ним, тем яснее понимал, что вокруг никогда не будет ничего кроме гор трупов и монстров, для которых никто не пытался даже придумывать имена.

Да, Скарс не был лишён харизмы. Страшной и нездоровой, но всё же притягательности. Слабые духом и сломанные разумные тянулись к нему, находя в его одержимости некие истины, которые были далеки для здоровых существ.

Но сам‑то Трасч считал себя нормальным! И от увиденного шерсть у него на загривке покрывалась сединой!

Гибель Крейзена не только не заставила Скарса остановиться, она лишь подстегнула его безграничную жажду исследований.

Каждое новое порождение его лаборатории было чудовищнее предыдущего. Чего хотя бы стоит создание заражённого, способного к вечному страданию?

Как оказалось, это было вполне возможно. Всего‑то и стоило создать нечестивую смесь заражённого и обычного разумного, где процесс заражения был насильно остановлен, что позволило улучшить рефлексы, но ухудшило контроль, ведь объект каждую секунду своего существования испытывал боль.

Будучи крысолюдом, Трасч на генетическом уровне не был предрасположен к особой жалостливости, но в тот момент, когда эта тварь испустила свой последний вздох, он был благодарен Многохвостой матери, что его босс не счёл этот проект стоящим дальнейших вложений.

И вот Карсдайк, новый город, осмелившийся на свою голову принять их господина. Идя по улицам и пытаясь отвлечься, перед глазами Трасча всё равно вставали увиденные ужасы. Когда мимо шли жители города, он видел куда‑то бредущих заражённых. Стекла в окнах домов были выбиты, а из них торчали заражённые цветы и ветки. Здания же были опутаны пульсирующей массой сероватой плоти с чёрными вкраплениями технокости.

Не передать словами облегчение Трасча, когда стало ясно, что Скарс не собирался повторять «Крейзен» в Карсдайке. Вместо этого было решено использовать Карсдайк как торговый центр.

Но хорошие новости никогда не длятся слишком долго.

Когда Скарс подтвердил свою связь с Рагданом, безумным богом прошлой эпохи, его характер начал претерпевать небольшие, но опасные изменения. Было очевидно, что сам он не придавал этому внимания, но Трасч, постоянно находящийся рядом с ним, всё это прекрасно подмечал.