Робертсон уже собирался немного поспать, когда шум вновь заставил его насторожиться.

– Трасч, иди проверь заготовки техносолдат. Я хочу, чтобы у Одноглазого не было никаких сомнений, что с нашей стороны всё идеально. А я с Лартанией пока побеседую с нашим гостем. – за годы войны с крысами Гартак давно выучил язык этих подлых тварей.

Дверь вновь открылась, и внутрь прошёл крыс, которого Гартак уже знал. Находясь в клетке, он прекрасно видел того крысиного вождя, которого хотел подставить и захватить. Однако всё пошло отнюдь не так, как планировал его прошлый «хозяин». Вместе с крысом внутрь заехала странная конструкция с двумя лапками и жуткого вида «головой» с одним механическим глазом.

– Я смотрю, ты всё же умудрился выжить, – гному пришлось постараться, чтобы извернуться и плюнуть так, чтобы не попасть на самого себя. – Но это ненадолго. Ты у меня уже шестой хозяин, но все предыдущие приказали долго жить. Зная, что за твоей жопой охотится клан Бубнос, я ставлю на месяц, прежде чем у меня найдётся седьмой хозяин.

Однако отчаянная попытка спровоцировать крысиного вожака и умереть достойной смертью полностью провалилась.

– Вижу, друг, ты всё ещё не падаешь духом. Это достойно уважения, – в тот момент, когда из пасти крысы послышался чистейший гномий язык, Гартак широко выпучил глаза. В этом языке даже чувствовались элементы, которые использовали лишь самые древние гномьи старейшины! – Я пришёл сюда исключительно для того, чтобы с тобой познакомиться. Меня зовут Скарс. Некоторые зовут меня Безумным, хоть, как по мне, это всего лишь признак того, насколько же ограничен их собственный мир.

– Откуда ты так хорошо знаешь наш язык, тварь? И меня зовут Гартак! Если в тебе есть хоть немного смелости, развяжи меня, дай молот, и посмотрим, кто останется стоять по итогу!

– Не надо торопиться, – благодушно оскалился вожак, встав прямо возле лежавшего Гартака, из‑за чего мог лишь одним глазом смотреть на него. – Ты назвался Гартаком. И я верю, что это и впрямь твоё имя. Но почему же забыл указать имя своего клана? Разве это не Робертсон?

Гартак постарался никак не показать, насколько он был поражен словами крыса, но, очевидно, провалился.

– Не стоит делать такое лицо. Татуировки на тебе всё уже рассказали. Знак клана Робертсона, знак тейга Боркор, а это символ сотника, не так ли? Учитывая, как ты молод для гнома, достичь таких великих результатов в твоём возрасте может говорить лишь о двух вещах: ты или невероятно талантлив, или сын кого‑то очень и очень влиятельного. Но первый вариант мы отметаем…

– С чего бы это⁈ – не выдержав, огрызнулся Гартак.

– Будь ты талантливым, то не оказался бы в этой ситуации, – но прежде чем гном успел прийти в ярость, из металлической фигуры на колесиках раздались приглушенные смешки, отвлекшие его. – А раз так, то ты явно не так прост, как хочешь казаться. Так какое твоё происхождение?

Гартак угрюмо закрыл рот и насупился. Очевидно, он больше не собирался говорить, чтобы не сболтнуть чего‑то лишнего.

Уже было оскорблением всех его предков, что он попал в плен и до сих пор жив, но если бы из‑за его болтливого языка его отец попал в неудобное положение, то лучше бы он вообще никогда не рождался.

Знания Сергея же строились на сотнях лет наблюдений Лартании. Именно она анализировала и подслушивала, узнавая знаки различных кланов и городов.

– Кажется, мои вопросы задели что‑то важное, но не стоит спешить, – довольно кивнул вожак. – Я не тороплюсь, и у нас будет ещё много поводов поговорить. Хочу сразу обозначить, что хоть ты и будешь пленен, но это сделано исключительно для того, чтобы ты не пострадал…

– Ага, а самая сильная сторона вашей сраной расы – это доверие. – съязвил гном, но Скарс лишь тихо рассмеялся.

– В моих словах нет лжи, друг мой. Я лишь не хочу, чтобы в момент твоего побега кто‑нибудь тебя убил. Ведь, в конце концов, я планирую, чтобы ты вернулся обратно в свой тейг живым и здоровым.

– Что? Ты меня собираешься отпустить? – Гартак не поверил своим ушам. – Я слышал поговорку, что когда кто‑то во вселенной врёт, рождается один крысолюд, но лишь сейчас я вижу, насколько она правдива.

– А мне он нравится, – стальная тумбочка вновь подала голос. – Надеюсь, он не сдохнет.

– Да‑да, как бы это фантастично не звучало, я хочу, чтобы ты когда‑нибудь вернулся в тейг Боркор и рассказал о том, что ты здесь увидел, – Скарс продемонстрировал гному тот самый кристалл, которым создают техносолдат. – Ты же тоже был на выступлении и видел всю эффективность моих творений. Только представь, если они будут служить и вам, гномам?

– Ты сошёл с ума, крыс? Хотя о чём я говорю, ты явно сошёл с ума! – Гартак героически рассмеялся. – Да скорее Элизиум развалится, чем мы, гномы, будем покупать неумелые поделки вас, крысолюдов!

– Возможно, на первый взгляд это и впрямь кажется странным, но позволь мне немного раскрыть перед тобой всю ситуацию, – вожак был чрезвычайно терпелив. Кажется, все попытки его вывести из себя лишь веселили Скарса. – Представь, что мои творения начнут гордое шествие среди всех крысиных кланов. Сотни или даже тысячи техносолдат хлынут в бой, не ведая ни страха, ни жалости. И кто же первым станет их жертвой? Да, клановая грызня унесет часть жизней, но у кланов всегда будут на уме непохожие на них чужаки.

Гартак нахмурился, понимая, что если Скарс не сдохнет, то такая вероятность имеется. Более того, даже если его захватят, то знания по созданию техносолдат всё равно окажутся в лапах крыс.

– Ваши королевства богаты, но слабо заселены. Не пытайся делать вид, что всё хорошо, я прекрасно знаю, насколько невелика ваша рождаемость. У вас давно не хватает гномов, а тейги рушатся один за другим. Моя же технология предлагает вам выход. Спасение и сохранение ваших собственных детей.

– И ты предашь свою собственную расу ради чего? – попытался насмешливо спросил Робертсон, но было видно, что его вопрос куда серьезнее, чем он показывал.

– Предать? – Скарс покатал это слово на языке. – Я продаю вам не победу, а лишь «статус‑кво». Мои техносолдаты дадут вам передышку, но не завоевание. Кроме того, лидеры моей расы каждый день думают над тем, как быстрее и с большей пользой убивать свой собственный народ. Мы слишком плодовиты и очень быстро достигаем зрелости. Если отпустить ситуацию, то мы заполним любое пространство за считанные десятилетия. Именно поэтому войны между кланами не стихают никогда, ведь иначе еды просто не хватит.

Глаза вожака словно светились изнутри.

– Посмей вы напасть и почувствуй кланы серьезную угрозу, то все эти бесчисленные легионы крыс сметут ваши королевства и съедят вашу плоть, не оставив и косточек. Теперь ты понимаешь, почему моё предложение не так уж и безумно, как кажется на первый взгляд?

Гартак хранил молчание. Робертсон с трудом мог представить, какие аргументы стоит приводить, чтобы убедить тех ретроградных стариков в использовании столь запретных крысиных магических технологий. Но… разве он не искал всю жизнь способ достичь чего‑то большего, чем сулило его право рождения?

Однако, как Скарс и обещал, он не требовал немедленного ответа. Задумчивого Гартака унесла охрана, а Лартания с интересом посмотрела на Сергея.

– Думаешь, он согласится?

– Это не важно, – пожал плечами Ордынцев. – Скоро мы достигнем пятого уровня, который напрямую граничит с Гномьими королевствами. Если не согласится этот, то можно будет поискать кого‑то более отчаявшегося и готового пойти хоть на договор с дьяволом.

– Ха, ты бы мог сделать неплохую карьеру в Торговой компании, хоть и смертный. – довольно кивнула у себя в номере драконица.

Встреча Одноглазого и Сергея была проведена без какого‑либо официоза. Был лишь Одноглазый, его личная охрана и Скарс вместе с Трасчем. Если учесть, что Сергей и Трасч были магами, Одноглазый проявил поразительный уровень доверия.