Сам же главный инженер нашёлся в самом конце, в крупном зале с большими панорамными окнами на стенах, которые, очевидно, были лишь имитационными панелями. И прямо сейчас все эти панели показывали обычный, казалось бы, зелёный лес, но если приглядеться, то ветки и деревья были сделаны из мелких, еле различимых освежеванных коричневых и зелёных человечков.

Учитывая масштаб всех этих панелей, можно было лишь гадать, сколько потребовалось времени, чтобы прорисовать нечто подобное.

Именно там, в центре зала на кресле сидел и сам создатель.

Как и подозревал Сергей, это был высоченный, трёхметровый эльф, так похожий на Велинира Джарласка, отправившегося полетать в самые нижние уровни Элизиума.

Но в отличие от Велинира главный инженер полностью снял с себя кожу, из‑за чего из него постоянно текла кровь, втягивающаяся в несколько сливных отверстий вокруг и пропитывающими набедренную повязку.

Единственным нетронутым местом, сохранившим кожу, оказалось лицо эльфа, ведь даже кожа с волосами была безжалостно удалена. Однако всё портили два десятка длинных, хищного вида стальных игл, пронзившие голову и мозг эльфа.

Главный инженер всё это время копался в каком‑то небольшом механическом устройстве, но, когда гости вошли внутрь, он наконец поднял ярко голубые глаза.

– Давненько на этой станции не было гостей снаружи. Я немного наблюдал за вами, пока вы шли. Интересное использование благословения Рагдана. Интересно, хоть кто‑нибудь из вас ещё понимает нормальный язык? Или мне придётся изъясняться с вами знаками?..

Эльф резко оборвал свои же слова, и его глаза почти выпали, так сильно они раскрылись, когда он смотрел на крысиную версию Скарса.

– Г‑господин⁈ Вы живы⁈ – механический куб глухо ударился о пол, а лицо эльфа искривилось, когда он вскочил на ноги. – Вы наконец‑то пришли!

Миг, и эльф бросился прямо к Скарсу, напрочь игнорируя его второе тело полувеликана. Гром шагнул было наперерез, но его остановил жест Сергея.

Бум! Колени эльфа ударились об пол, и дальше он пополз уже на коленях. Из его глаз текли слёзы, а руки тянулись к Скарсу.

– Боже, вы всё же пришли! Я знал! Я верил, что этому нескончаемому кошмару когда‑нибудь придёт конец! Эти бесконечные, однотипные дни пытались свести меня с ума! Как остальных, но я держался! Правда, держался! Но господин, как вы вернулись⁈ Если ритуал возвышения пошёл не по плану, вы и остальные боги должны‑ы‑ы‑ы…

Речь эльфа под конец стала невнятной, а из глаз и носа потекли тонкие струйки крови. С мучительным стоном инженер схватился за встроенные в его голову «гвозди» и начал яростно их расчёсывать.

Этот приступ длился около минуты, прежде чем тяжело дышащий и стоявший на коленях эльф замер. Он в непонимании посмотрел на стоявшего перед ним Скарса, а затем его глаза расширились.

– Г‑господин⁈ Вы живы⁈ – лицо мужчины выражало самую искреннюю улыбку, что смотрелось особенно ужасающим на фоне его освежеванного тела и пробитого иглами черепа. – Вы наконец‑то пришли! Я знал, что этому нескончаемому кошмару когда‑нибудь придёт конец!

– Эти бесконечные дни пытались свести меня с ума!.. – с текущими из глаз слезами начал повторять освежеванный эльф. Вбитые в голый череп иглы холодно блестели в свете магических ламп. Кровь капала из его глаз, но, кажется, он этого совершенно не замечал. Его слова лились обрывисто и бессвязно, будто он пытался сказать всё, что терзало его веками, за считанные секунды.

– Подожди, успокойся, – мягко остановил его Сергей прежде, чем приступ вновь повторился, и эльф забыл, что он уже всё говорил. – Я не хочу тебя обманывать, поэтому скажу правду. Тот ритуал, о котором ты говорил, прошёл не так, как планировалось. Из‑за этого я получил часть его власти.

Сергей понимал, что признание – это риск, но каков шанс было успешно притвориться богом? Рано или поздно обман бы вскрылся, и вся добрая воля пошла бы прямиком в ад.

Однако Ордынцев очень скоро понял, что сильно поспешил, ведь эльф дальше его уже не слушал.

– Ритуал? Ритуал⁈ Риту‑а‑а‑а!.. – трёхметровый остроухий гигант схватился за голову и издал мучительный стон. Кровь уже не просто текла из его глаз и носа, а лилась, словно из‑под крана, заливая собой весь пол под ним и даже растекаясь в сторону Сергея.

Мгновение, и эльф вновь замер, подняв непонимающее лицо вверх.

– Господин⁈ Подождите, я уже вас видел? Ничего не понимаю…

– Спокойно, не торопись, слушай мой голос, – Сергей, не обращая внимания на кровь, шагнул вперёд и с трудом положил руку на плечо стоявшего на коленях эльфа. Из‑за его высоты даже так ему почти приходилось тянуться. – Постарайся ни о чём не думать, а лишь отвечай на мои вопросы. Никаких лишних мыслей, а лишь простые ответы. Хорошо?

– Конечно, повелитель. Как вы прикажите! – доверчиво согласился древний эльф, почти наивно смотря в глаза Сергею. Только по этому поведению становилось понятно, насколько же сильно с ним что‑то не так.

Ордынцев же уже о чём‑то начал подозревать, и сейчас он хотел получить подтверждение своим подозрениям.

– Скажи, как тебя зовут? И какова твоя должность? – трудно доверительно общаться с кем‑то, чьё имя ты даже не знаешь, а он уже считает тебя божеством.

– Корвиун Джарласк, главный инженер центра управления пятого технического уровня станции «Элизиум», – тут же ответил эльф, но сразу же на его лице появилось лёгкое сомнение. – Господин, позвольте спросить, но почему вы спрашиваете? Подождите, связано ли это…

– Не думай об этом, Корвиун, – Сергей быстро протянул лапы и взял голову эльфа в свои руки, заставив его смотреть прямо на него. – Просто не думай ни о чём и только слушай мои слова. Понимаешь? Никаких мыслей.

– Х‑хорошо, повелитель. – Очевидно, следование приказам было прописано в нём достаточно глубоко, чтобы Джарласк постарался им следовать, какими бы абсурдными они ни были.

– Велинир Джарласк, кто он тебе?

– Мой дядя, – легко ответил Корвиун. Кажется, на станции «Элизиум» практиковался семейный подряд. – Он всегда был вашим самым верным слугой, и вы позволили ему возглавить такое торжество! Правда, его давно не видел, сразу после…

– Стоп, Корвиун, – нежно, но непреклонно оборвал его линию мыслей Сергей. – Ты отлично справляешься, так что не надо портить столь успешное начало. А теперь смотри, сейчас я задам тебе вопрос, и ты должен ответить первое, что придёт тебе в голову и очень быстро. Понимаешь? Очень быстро.

– Как прикажите!

– Корвиун, зачем ты снял с себя кожу и вбил в голову стальные иглы?

– Чтобы забыть о вознесении, господин! Воспоминания приносят боль! Прошлое несёт страдания! Я хотел забыть и отрезал… отрезал… всё отрезал! Но я должен сказать! Должен… показать… – С каждым словом речь Корвиуна становилась всё невнятнее, пока его глаза не закатились и он не застыл в уже знакомом положении «выключенного устройства».

– А? Что? – Вновь очнулся он, но Сергей уже получил нужные ответы.

Как он и ожидал, нанесённые увечья были призваны каким‑то образом уменьшить терзающую их боль. Попавшие в капкан дикие животные способны отгрызть себе лапы, чтобы освободиться. На что пойдут те, кто обрёл бессмертие с вечными страданиями, чтобы хоть на чуть‑чуть ослабить терзающую их бесконечную боль?

– Корвиун, сосредоточься, ты только что сказал, что должен показать мне что‑то очень важное. Что это?

– Я это сказал? Не помню… Подождите, сообщение? Да, сообщение! Оставил! Я оставил! Сейчас покажу! – Корвиун вскочил и бросился к панорамным панелям, чтобы те сразу же раздвинулись, дав понять, что на самом деле за ними было огромное пространство, а прямо сейчас все они находились внутри небольшой коробочки. Раздался звук отбрасывания чего‑то тяжелого, а затем Корвиун радостно принёс странное, но явно высокотехномагическое устройство.

«Это же голографический терминал!» – громко воскликнула в наушник сразу же узнавшая устройство Лартания: «Интересно, что же этот псих в нём спрятал, если так хотел нам его показать. Так, нажми вон туда, и тогда он должен включиться. Если магия закончилась, то подай вот сюда энергию…»