Я медленно побрел вперед, и вскоре меня вновь обступил лес, залитый зеленоватым солнцем. Оно краешком выглядывало из-за мрачного силуэта покинутого небоскреба, грозясь вот-вот спрятаться за ним, погрузив мир в густую сумеречную тьму. Город вновь обступал небольшой, заросший деревьями, сквер со всех сторон. Я скосил взгляд на панель отряда. Парни были живы и здоровы. Нас только немного разбросало в разные стороны. Тяжелая каменная глыба с беззвучным грохотом съехала с моих плеч и упала на землю. На этот раз пронесло.
— Эй, народ, — позвал я всех по общей связи, — вы там живы еще?
— Это как посмотреть, — ответил Дейм, — но я уже тут.
— Я тоже, — отозвался Эдрих.
— И я, — бросил Рейн.
— Подтягивайтесь ко мне, и давайте выбираться уже из этих кустов.
Граница сквера нашлась довольно быстро. Три-четыре десятка шагов, и мы вывалились из зарослей на окружавшую их площадь. Там нас ждал Нейт.
— Долго же вы, — бросил он, увидев нас, — я уже успел разведать обстановку вокруг. Тут неподалеку есть старая стоянка, оставшаяся еще с допрорывных времен. Там можем остановиться и отдохнуть. Думаю, никому из нас сейчас это не помешает. Да, показал вам расколотый мир то, что было нужно? — он обвел нас взглядом и сам ответил на свой вопрос. — Вижу, что показал. Это хорошо. Значит никого из вас он забрать в этот раз не планирует.
— А тебе-то он ничего не показал? — спросил я, подходя ближе.
Нейт лишь покачал головой и в этот момент взгляд, которым он посмотрел на нас, до боли напомнил мне тот, каким провожал меня «Серый лис».
— Обернитесь, — бросил проводник, — хоть раз в жизни, но такое стоит увидеть.
На густой серый ковер из лиан, стволов и листьев, окутывающий со всех сторон небольшой скверик, высыпались тысячи крохотных изумрудов, играющих в последних солнечных лучах своими зелеными гранями. Деревья плакали.
Глава 41
Тихо потрескивал огонь, то и дело выплевывая снопы огненных мотыльков в укрытое тяжелыми тучами небо. Иногда порыв холодного ветра, тоскливо завывавшего на соседней улочке, подхватывал их и уносил во тьму, высунувшую свои голодные щупальца из окон и подвалов домов.
Мы сидели, молча разглядывая язычки пламени, плясавшие над небольшой ямкой, на дне которой пузырилась и булькала густая темно-красная жижа, служившая топливом для импровизированного костра. Нейт сказал, что такая штуковина может гореть почти вечно, если не выносить ее за пределы расколотого мира. Там она становится обыкновенным, пусть и очень красивым, камнем.
Вокруг стоянки когда-то давно первые «ходоки» возвели небольшой забор из металла, выдранной откуда-то арматуры и проволоки, скреплявшей всю эту странную конструкцию. Несмотря на неказистость, со своей основной задачей эта ограда справлялась вполне неплохо, скрывая нас от глаз тварей, которые могли ошиваться поблизости.
— Впервые вижу такое долгое затмение, — нарушил повисшую над лагерем тишину Нейт, — обычно оно длится минут сорок, не больше. Нам повезло, что мы нашли эту стоянку. В темноте по расколотому миру идти довольно опасно.
— Так может, просто наступила ночь? — спросил у него Эдрих. — Все-таки мы выходили уже поздно вечером…
— Ночей тут не бывает, — покачал головой проводник, — по крайней мере, мне ни разу не доводилось их видеть. Да и время внешнего мира никак не связано с тем, которое тут. Нет, это именно затмение. Время, когда на охоту выходят самые опасные обитатели этого мира.
— Это каки… — хотел было поинтересоваться Дейм, но я его перебил.
— Так может, нам лучше встать в охранение?
— Не нужно, — ответил Нейт. — Охотники не подходят к огню, да и вообще предпочитают избегать освещенных мест. А что касается остальных… Если среди них найдутся те, кто не забился в норы и рискнул побродить по расколотому миру сейчас, то твоя зверушка, — он указал на свернувшуюся у огня Шельку, — почувствует их гораздо раньше, чем мы сможем хоть что-то увидеть.
— Так как выглядят эти охотники и что умеют? — спросил сгорающий от любопытства Дейм, как только проводник замолчал.
— Никто толком и не знает. Нам ни разу не удавалось подстрелить хотя бы одного из них, да и те, кому не посчастливилось увидеть их, исчезали навсегда. Ясно только одно: в основном эти твари обитают внутри расколотого мира, но иногда выбираются и в наш. По ночам. Но редко. Потому, встретить их там почти невозможно.
По ночам, значит. Зараза, отправлять парней за материалами сейчас было далеко не самым оптимальным решением. Остается только надеяться, что они не напорются на этих охотников. Впрочем, там и без них хватит уродов, которые способны хорошо потрепать отряд.
— Мы там… Видели кое-кого, — вновь нарушил молчание Дейм, — какую-то тварь, передвигавшуюся с помощью металлического хлама. Она как будто бы составляла себе из него каркас.
— А, это — Клемик, — кивнул Нейт, роясь в карманах своего плаща. — Не очень опасная, но жутко назойливая зверюга. Если ты ее чем-то заинтересовал, то она не отстанет от тебя, пока не получит желаемое. Как правило, это все тот же металлический хлам, но иногда, когда она особенно голодна, может и человека на зуб попробовать. Которых, правда, у нее нет. Вот только от этого смерть бедолаги будет не менее мучительной.
— И как она его есть собралась, без зубов? — встрял в разговор Эдрих. — Сомневаюсь, что кто-то поможет ей довести человека до состояния супа.
— Помочь-то может и не поможет, — покачал головой проводник, вертя в руках какой-то тускло поблескивающий зеленый шарик, — но эта тварь и сама с подобной задачей прекрасно справится. Вы ведь знаете, что такое "амеба"?
Все утвердительно кивнули. Курс биологии входил в общую систему образования, потому даже солдаты вроде меня, дело которых — стрелять по врагу и выполнять приказы, неплохо разбирались в таких вещах.
— Так вот, — продолжил Нейт, — а теперь увеличьте ее до размеров коровы, и получите на выходе Клемика. Этот урод просто обволакивает собой человека или другое живое существо, попавшее к нему в «ложноножки», а затем медленно его переваривает. Впрочем, они в основном питаются архигрибами, которые периодически встречаются на крышах местных небоскребов. Для них это куда более простая добыча, нежели человек или тот же Клервин. Хотя бы потому, что она не бегает и не сопротивляется.
— Мда, я смотрю диковин тут у вас навалом, — хмыкнул Рейн, — только узнаешь про одну, сразу же всплывает новая.
— Это мир, — ответил ему Нейт, — полноценный живой новый мир, пусть и совершенно чуждый человеку. Неудивительно, что тут выстроилась своя экосистема, кардинально отличающаяся от нашей. Но поскольку мы все равно никуда не спешим, — он вновь покосился на черное, закрытое тяжелыми тучами, небо, — то можете спрашивать. Отвечу, на что успею, ведь кто знает, как оно дальше повернется. Быть может то, что вы узнаете сегодня, однажды спасет ваши задницы.
— Ну, вот эти вот грибы, — последовал совету Дейм, — они как, опасные или нет?
— Нет, — покачал головой проводник, извлекая из кармана небольшой серый сверток, — скорее даже полезные. Мы с их помощью снабжали централку водой. Притащили из расколотого мира и вырастили на крыше второго этажа «улья». По сути это обычные грибы, только очень большие. и шляпка у них выгнута наружу, в результате чего после дождей в ней собирается вода как в чаше. Ей питается сам гриб, ну и мы регулярно оттуда воду забирали. Из его мякоти, если ее засушить, кстати, еще получается неплохой водяной фильтр, да и на вкус она ничего так. В общем-то, они не раз выручали наше поселение. Ну, и не только наше.
Вот как… Тогда понятно, зачем местные с таким упорством ходили в это проклятое место. Они по большому счету жили и напрямую зависели от него. Занятно. Вот только хотелось бы знать, что такого они вытащили во внешний мир перед тем, как всю их систему лагерей смела волна тварей.
Нейт, тем временем, покрутил в руке сверток, а затем легонько стукнул по нему шариком. В этот же момент с противоположной стороны от круглого камешка появилась точная копия серо-коричневой тряпки с завернутым в нее содержимым. Появилась. и с глухим стуком упала на землю. Вместе с нашими челюстями. Камень на мгновение потух, превратившись в обычный серый булыжник, но тут же снова начал набирать цвет.