— Это… Это что, кто-то их выпотрошил и потом их же кровищей все это дело нарисовал? — ошарашенно сказал Эдрих. — Вы знаете, мне что-то все меньше хочется туда лезть. Можно я с парнями в броневике подожду?
— Что ты там говорил про запасной памперс? — подколол парня Рам.
— То, что с тобой им делиться я уже не намерен, — парировал шутник, поудобнее перехватывая винтовку, — самому пригодится, кажись.
— Шеф, так что будем делать? — спросил Селлас. — Полезем внутрь?
— Да. У нас выбора особого нет, так что двинули. Парни, держите ухо востро и не подставляйте спины, и тогда мы выберемся из этой жопы живыми и здоровыми в отличие от этих беломордых уродов, — сказал я. Сказал, и первым шагнул в темноту.
Визор шлема быстро подстроился под новые условия, и я обнаружил, что стою посреди просторного двухэтажного холла. На первом располагались несколько металлических дверей, перекрывающих проходы куда-то в глубины комплекса, стойка информации, покрытая толстым слоем пыли, и та самая куча трупов. На втором были мостки со скамьями, небольшие принтеры и прочая бутафория, скрашивавшая досуг ожидавших в своей очереди торговцев, пилотов мелких и крупных кораблей, владельцев каких-то производств и прочих подобных личностей.
— Что-то не похожа броня этих уродов на ту, которой они пользовались в первую войну, — сказал Селлас присев рядом с одним из трупов на корточки. — Какая-то новая?
— Да, — ответил я, подойдя поближе, — ее всего два года назад выпустили в массовое производство.
— Значит эти твари тут были относительно недавно. Вот только что они искали на этой проклятой планете?
— Меня больше интересует другое, — встрял в разговор техник. — Зачем на центр синтеза, который является гражданским объектом, навешивать стальные ворота, которые можно открыть разве что прострелив из танка? Зачем возводить вокруг него забор с контрольно-пропускным пунктом? Это довольно странно, учитывая, что на других планетах Директората подобные фабрики вполне себе открыты для посещения.
— Не могу понять к чему ты клонишь? — бросил Селлас, пытаясь стащить шлем с головы одного из членов Братства.
— А пораскинь мозгами, — ответил ему инженер. — Гражданский объект, оформленный как военный. Эти уроды, которые явно заявились сюда не просто так. Вывод напрашивается сам собой: центр синтеза — это какая-то нелепая бутафория, под которой скрывается нечто совершенно иное.
— Почему «нелепая»? — встрял в разговор Рам, тоже подойдя к нам.
— Потому что, когда ты хочешь спрятать какой-то секретный объект, и маскируешь его под гражданский, то его внешний вид не должен вызывать вопросов при взгляде как минимум с орбиты. А как максимум — вблизи. Скорее всего, тут и не пытались что-либо скрывать, а здание просто похожее по форме. Неопытный глаз, да еще и на схематичных картах, вполне способен его принять за этот самый центр, но человек, шарящий в вопросе, сразу бы понял, что тут что-то не то.
А знал ли об этом Бермут? Скорее всего. На идиота он точно не похож. Но если знал… То зачем отправил нас именно сюда? Какой вообще в этом был смысл? Вопросы-вопросы. Но чуйка подсказывает, что на конкретно вот эти мы очень скоро узнаем ответ. И ой как не факт, что он нас хоть чем-то обрадует.
— То есть энергоячеек мы тут не найдем? — спросил его я, еще раз осматривая помещение холла.
— Этого я не говорил, — задумчиво протянул инженер. — Дайте мне пару минут. Сейчас подключусь вот к тому терминалу и выясню, что это вообще за строение такое, и чем тут можно поживиться.
— Давай, работай, — коротко бросил я, наблюдая за тем, как Селлас с недоуменным выражением на лице крутит в руках шлем вместе с головой, которая так и осталась в нем. — Парни, как у вас там снаружи обстановочка?
— Все спокойно, — ответил Эйд и тут же снова отключился. Не нравится, ох не нравится мне это их поведение. Но сделать тут ничего нельзя, да и думать сейчас надо о другом. Еще и Братство нарисовалось на горизонте. Что эти чокнутые фанатики тут искали? Сколько их еще на планете? Как избежать боестолкновения с ними? Кто их убил, в конце-то концов?
Последний вопрос стоял наиболее остро. Несмотря на всю свою отбитость, члены Братства уделяли огромное внимание боевой подготовке, да и природная реакция у них была не в пример лучше человеческой. А после того, как они с помощью генной инженерии исправили свои врожденные недостатки, так и вообще стали в этом вопросе выше на голову большинства людей. Если уж их удалось кому-то тут грохнуть, то наш отряд находится в серьезной опасности. У меня тут, в конце-концов, не солдаты, а обычный разномастный сброд, большая часть которого, если, конечно, верить одноглазому, винтовку-то в руках в первый раз держит…
— Шеф, — вызвал меня по личному каналу Дейм, — есть разговор. О символах на полу.
— Да, слушаю, — встрепенулся я, оторвавшись от мрачных мыслей.
— В общем, это… Я уже видел их. Там, на «Омеге 3». Это были какие-то таблички из неизвестного металла, которые нашли вместе с артефактами. Ученые полагали, что это инструкция к их использованию и всё пытались расшифровать записи, но так и не преуспели.
— И какой смысл их рисовать тут, на полу?
— Мне почем знать? — ответил парень. — Просто решил вас предупредить. На всякий случай.
— Ладно, молодец, что доложил, — сказал я, еще раз окидывая взглядом узор на полу. Кто мог их нарисовать и зачем? Уж точно не твари. Сильно сомневаюсь, что у них настолько развит интеллект и моторика, чтобы выводить тут такое. Но тогда кто? Люди? Какие-нибудь чокнутые сектанты, нашедшие инопланетный артефакт и начавшие ему поклоняться? Одни психи мочат других… Нет, ничего против подобного я, конечно, не имею, но как-то не хотелось бы попасть под горячую руку. Ни тех, ни других. А значит нужно валить отсюда как можно быстрее.
— Ну, как идут дела? — спросил я инженера, подходя к стойке информации, на которой и располагался терминал.
— Уже почти все, — бросил он, проводя какие-то манипуляции на прозрачной панели экрана. — Я был прав — это не центр синтеза, а какой-то пункт управления. Причем то, чем он управляет, находится на другом краю города. Однако энергоячейки тут есть, и много. Если у меня получится восстановить энергоснабжение комплекса, то, думаю, мы сможем до них добраться.
— Так в чем проблема?
— По сути — ни в чем. Единственное «но» — это возможно заблокирует некоторые двери, ведущие в отсеки, в которые был доступ только у специального персонала. Вскрыть их будет можно, но придется повозиться.
— Тогда поторопись. У нас тут как бы время заканчивается, — сказал я, сверяясь с корабельными часами. На все про все оставалось чуть более суток. — Парни, перегруппируйтесь в центре комнаты и возьмите все двери под прицел. Кто знает, что оттуда полезет, когда они откроются.
— Шутки про мамаш все еще уместны? — хохотнул Эдрих, однако его юмор то ли никто не понял, то ли никто не оценил.
— Еще немного, — пробормотал инженер. — И… Три, два, один. Да будет свет!
Громкий и протяжный сигнал тревоги тут же обрушился на нас со всех сторон, больно резанув по ушам.
«Внимание, нарушен карантин верхних уровней комплекса! — сказал бесцветный механический голос. — Немедленно доложите офицеру безопасности! Карантин нижних уровней активирован.»
— Ну, просто охуенно! — выругался Эдрих. — Тут еще и какие-то нижние уровни есть. Угадайте, парни, куда мы сейчас полезем?
Глава 23
— Зараза, сука, ну же, давай, — выругался инженер, в бессильной злобе саданув металлической перчаткой по тонкому прозрачному экрану после того, как на нем в очередной раз возникло уведомление об отказе в доступе. — Кажись придется снова вламываться грязно и громко. Внешний защитный контур обойти еще я могу, но дальше требуется анализ ДНК владельца комплекса или кого-то из персонала, коими мы явно не располагаем. Вот только…
— Что еще? — спросил я, падая в соседнее кресло.