Переговорная оказалась закрыта. Дверь почему-то никак не хотела реагировать на наше присутствие. Пришлось снова лезть в карман и доставать отобранную у главаря местных магнитную карточку. И чего они зап…
Стальные створки медленно разъехались в стороны, и в следующее мгновение из глубины комнаты на нас уставился ствол электромагнитной винтовки. Винтовки, которую сжимал в руках Вейм.
Глава 48
— Вашу ж мать, — выругался Вейм, опуская оружие. Он был одним из тех, кто успел обзавестись костюмчиком. — Я думал они пошли на штурм. Мне тут ваш этот… зам, такого про них понарассказывал.
— Все в порядке, они тут для переговоров. По крайней мере, пока, — успокоил его я и, переключившись на внутреннюю связь, спросил Селласа. — Много вам удалось привезти?
— Комплектов на двадцать экипировки, по мнению Аниса, — немного помедлив с ответом, сказал он. — И еще на дронов останется. Мы бы во второй рейс съездили, благо тут не так далеко, как казалось с самого начала, но твари снова поперли на лагерь. Пришлось отбиваться. Но в этот раз хотя-бы никто не погиб.
— Много уродов пришло? — спросил я, усаживаясь на громоздкий ящик, стоявший рядом со столом. Судя по маркировке — какая-то хренотень из местных старых запасов. По комнате было разбросано еще несколько больших металлических коробок, к одной из которых сразу же направились двое беломордых. Селлас рефлекторно дернулся к оружию, но я знаком остановил.
— Держи себя в руках. Понимаю, ты хочешь перестрелять этих сукиных детей прямо тут и сейчас, но не забывай, что у него там сотня дружков снаружи. И единственное, чего ты этим добьешься — устроишь очередную кровавую бойню.
Слова подействовали. Боец опустил винтовку и угрюмо буркнул: "Есть, шеф". Командир беломордых оставив ситуацию без внимания, уже уселся с противоположной стороны стола. Бойцы Хеймдрама встали по бокам от него, держа оружие наготове.
— А где… — начал было Вейм, но тут в комнату протиснулся Дейм с телом проводника на плече.
— Дагор, — с трудом выдавил из себя главарь местных выживших. — Как?
— Мозголом. На обратном пути, — коротко ответил я, глядя на то, как боец аккуратно кладет тело на стол. Кожа Нейта уже приобрела мертвенно-серый оттенок, а вокруг его полуоткрытого рта засохла черная, кровавая клякса. — Мы пытались его вытащить, и даже успели, но он все равно погиб. Уже тут, в нормальном мире.
Вейм подошел поближе и положил стальную перчатку скафандра трупу на лоб, будто бы пытаясь удостоверится, что тот действительно уже остыл. Видимо еще не знает, что ощущения тепла и холода костюмы передавали крайне плохо, и то лишь при специально включенной настройке.
— Он знал, — пробормотал главарь выживших, убирая руку — с самого начала знал, что не вернется. Так и сказал мне. Попросил приглядеть за его семьей. А я, дурак, не поверил ему. Не поверил и отпустил. Надо было отправить другого. У нас ведь есть еще несколько ходоков… — он немного помолчал, пытаясь сдержать рвущиеся наружу эмоции, а затем продолжил. — Эта болезнь… Она его доканала?
— Его доканал расколотый мир, — мрачно процедил я. — Когда мозголом нас прижал как следует, Нейт помог парням подняться на ноги. Сделал что-то… Не знаю. На наши мозги давить после этого прекратило, а вот он начал выхаркивать собственные внутренности, — при этих словах Эдриха передернуло. — Мы попытались вытащить его оттуда, но то ли мы не успели, то ли он перестарался. Нам хотя бы удалось выполнить его последнюю просьбу. Умер он не в Расколотом мире.
— Ясно, — выдохнул Вейм. — Унесите пока его тело туда, — он указал на дверь в другом конце комнаты, — приведем его в порядок и отдадим родным. По крайней мере, у них хоть будет возможность попрощаться и похоронить его по-человечески, — в его голосе чувствовалась затаенная злоба и… зависть, что ли. Его можно было понять. Он-то со своими детьми простится так и не успел. — Ну и? — немного помолчав, продолжил командир выживших. — Его жертва не была напрасной? Что вы узнали?
— Об этом после, — отрезал я, кивая в сторону терпеливо ожидавшего нас майора, — сначала надо с ним разобраться.
— Тоже верно, — кивнул Вейм, пододвигая к столу третий ящик и усаживаясь на него. Его старое кресло теперь было ему немного не по размеру.
— Ну, давай, говори, — обратился я к командиру беломордых.
— Сначала надо знать с кем имею, как это… Huder… Честь говорить.
— Сержант космопехоты Деймонского директората в отставке, — не стал упорствовать я, — Алексей Поляков.
— Mihte… Майор shirtbangrauphvt der Heimdram. Ghurt Benyuart. Как это по вашински… Рад знакомству.
Он встал и протянул мне руку. Человек, которого при других обстоятельствах не раздумывая убил бы. Впрочем, человек ли? До таких званий люди в армии Хеймдрама обычно не дослуживаются. А те, кто доходят, напоминают уже скорее фанатиков. Бешеных зверей, у которых руки по локоть в крови и которые готовы порвать на куски любого, стоящего на пути у идеи очищения человеческой расы. Так нам говорили в учебке и на многочисленных инструктажах. Да и результаты работы их пыточных хирургов мне удалось увидеть, когда мы штурмовали лагерь с военнопленными на одной из лун Тротоса. И вот сейчас этот "человек" протягивает мне руку…
С трудом подавив желание выхватить из-за спины винтовку и всадить очередь в серую маску, скрывавшую под собой лицо этого урода, я встал и ответил рукопожатием. Потому, что сейчас, когда на меня рассчитывает не меньше сотни человек, у меня просто не было права их подвести, устроив кровавую бойню. Потому, что это был шанс договориться о сотрудничестве, выгодном обеим сторонам. А еще потому, что где-то на самом краю сознания зудела мысль: " Для них вы выглядите ничуть не лучше. И он тоже, быть может, хотел бы вас поставить к стенке. Однако у него хватило его белых яиц, чтобы прийти и попытаться мирно договориться. Так ты хуже, что ли?»
— Шеф, ты что творишь? — недоуменно поинтересовался Селлас по внутренней связи. — Это же…
— Веду переговоры, — коротко отрезал я, и уже через динамики шлема спросил. — Так как вы вообще оказались на этой планете? И где ваш корабль?
— Корабль… — замялся майор. — А-а-а, hershup. Naht. Naht hershup. Разбиться при посадка… Падение. Многие zolde выжить. Но… Улететь naht. Никак.
Понятно. Та же история, что и у нас. Ну, или почти та же. Упали, а назад никак. Ну, по крайней мере, ясно, что именно он хочет предложить. А если нет… Что ж, предложу я. Такой шанс упускать нельзя. Даже если ради этого придется сотрудничать с врагом.
— И давно вы тут? С какой целью прилетели?
— Цель секретна, — отрезал майор. — Прилететь давно. Девять десятков, как их… дней. Ждать, evehership… эвакуация… Но naht. Никого.
— Ладно, и с каким предложением пришли? — странно, что командир беломордых сам не проявляет никакой инициативности в разговоре. Выжидает чего-то? Или из-за хренового знания нашего языка ему трудно сформулировать вопросы? На брошенных-то они, может, и потянут с большой натяжкой, но вот отчаявшихся, тем более до такой степени, чтобы действующий офицер армии Хеймдрама терпел натуральный допрос от хер знает кого, ниже званием, да еще бывшего и в бегах, в моем лице… Нет, тут явно что-то нечисто. Может он не понял шутку про генерала? Или воспринял ее на полном серьёзе?
— Пока узнать, сколько у вас zolde, rubb, BRT. Потом предложить, — неожиданно жестко ответил командир беломордых.
— Ну да. Сначала они узнают состав наших сил, а потом, поняв, что отпор мы дать не сможем, возьмут штурмом улей и перестреляют всех к такой-то матери, — сквозь зубы процедил Селлас. — Шеф, я б на твоем месте не давал ему таких сведений. Зря, что ли, мы устраивали эту показуху?
Тут он был прав. Сейчас лучше попытаться вывезти на блефе, чем раскрывать все карты. Вот только картежник из меня тот еще. Только жалование продувать и умею. Но попытаться придется.