Потом я всё-таки вспомнил, что нормальные люди в таких ситуациях помогают.

— Простите, вы не ушиблись? — спросил я и подал ей руку. — Вам помочь?

Она посмотрела на мою ладонь, потом на меня, потом снова на ладонь, как будто решала, можно ли принимать помощь от человека, в которого она только что врезалась со спины.

— Спасибо… — сказала она тише, чем, видимо, собиралась.

Я помог ей подняться. Она быстро отряхнула юбку, поправила пиджак, отвернулась на пол-оборота и уже куда увереннее зашагала дальше по площади, будто спешка могла помочь ей справиться со смущением.

Я проводил её взглядом и только тогда заметил одну странную деталь — у нас обоих была красная униформа.

Вокруг же мелькали в основном зелёные и белые комплекты: кто-то проходил в светлом пиджаке, кто-то в зелёной форме, у некоторых на рукавах блестели нашивки, но красный цвет пока встречался редко и почему-то сразу бросался в глаза.

"Хммм. Интересно! Почему у нас с ней красная форма, а у остальных зелёная или белая? Это что, элитный класс, экспериментальный класс, класс для проблемных детей или же сразу всё вместе?"

Я пошёл дальше по улице, стараясь не выглядеть человеком, который только что вспомнил другую жизнь и теперь пытается угадать жанр того произведения, в который он попал. Город становился всё оживлённее: по мостовой проходили студенты, лавочники выставляли товары, где-то звякали дверные колокольчики, белые лепестки падали на каменные ступени и скамьи, а впереди всё яснее вырастал академический район, где каждый фасад словно заранее сообщал: здесь тебя будут учить, воспитывать, проверять и вежливо ломать об коленку ради будущей славы империи.

На одной из улиц я заметил сцену, которая выглядела настолько аристократично, что на неё хотелось смотреть с осторожностью, как на дорогую вазу в доме чужих родителей.

Седой пожилой слуга в безупречном костюме стоял перед девушкой с длинными голубыми волосами, собранными в высокий хвост. У девушки было строгий вид, золотистые глаза и та же красная униформа. Держалась она прямо, спокойно и настолько собранно, что рядом с ней даже солнечная улица казалась учебным плацем. Слуга передавал ей узкий футляр, обшитый тёмным бархатом и по его форме было совершенно ясно: внутри меч, причём наверняка семейный, дорогой и с древней историей.

— Здесь я покидаю вас, юная леди, — сказал старик таким тоном, каким старые слуги старых домов обычно говорят важные слова у экипажа, у ворот или на фоне родового герба. — Надеюсь, вы достигнете успеха как в тренировках, так и в учёбе.

Девушка приняла футляр с достоинством, от которого мне сразу стало немного неловко за собственные мысли.

— Спасибо тебе, Клаус. Дом остаётся на тебе, пока отец занят делами.

Слуга поклонился, а она повернулась и направилась в сторону академии. Походка у неё была уверенная, движения точные, без лишней суеты и даже футляр с мечом в её руке выглядел частью образа, а не багажом.

Я постоял, посмотрел ей вслед и мысленно заключил:

"Мда-а-а… тут видимо в кого ни тыкни, там будет барон, граф, наследник школы меча, младшая дочь древнего рода или просто человек, которого нельзя случайно задеть плечом без дипломатических последствий".

С этой мыслью стало как-то тревожнее.

"Надеюсь эта игра по форме своей не типовая боярка, а то если мне придётся сражаться с самоуверенными дворянами, защищать честь семьи, спасать поместье, участвовать в дуэлях за наследство и слушать пространные речи про чистоту крови, то я походу обалдею прямо на месте".

Дорога вывела меня к академии.

Имперская военная академия "Тор" стояла в конце широкой мощёной площади и выглядела так, будто должна была внушать уважение ещё до того, как ты узнаешь расписание. Главный корпус поднимался строгой симметричной громадой из светлого камня, с высокой центральной башней, синими крышами, узкими окнами и широким входом, над которым темнела вывеска. По обеим сторонам уходили крылья здания, а перед фасадом расстилалась просторная площадь, где каменные дорожки сходились к дверям, деревья с белыми цветами стояли на аккуратных постаментах, клумбы были выверены с военной точностью, а каждая скамья, каждый фонарь, каждая линия ограды намекали, что здесь красота давно поставлена на службу дисциплине.

Я остановился на краю площади и некоторое время смотрел на башню, на герб над окнами, на блеск стекла под ярким небом.

— А вот, значит, и она, — сказал я. — Академия "Тор".

На самом деле конечно название у нее было "Торс" (Thors), но мне тупо так удобнее было для себя так называть, а то Академия "Туловище" звучит просто ужасно…

Я уже собирался пройти к воротам, когда позади раздался автомобильный сигнал. Я отошёл в сторону и мимо меня к воротам плавно подкатил зелёный лимузин, настолько ухоженный, что рядом с ним обычные повозки и экипажи смотрелись предметами из другой ценовой категории. Из передней двери вышел слуга, быстрым движением открыл салон и почтительно склонил голову.

— Мы прибыли, юный господин.

Из машины вышел блондин в красной форме. Волосы у него были аккуратные, светлые, глаза ярко-голубые, лицо спокойное и даже холодноватое, будто все эмоции он заранее проверял на соответствие этикету. На красном пиджаке с белыми линиями и золотыми деталями блестел значок, галстук был завязан безукоризненно, а в руке он держал чемодан-футляр, явно предназначенный для оружия.

— Наконец-то, — произнёс он, окинув академию оценивающим взглядом.

Слуга тут же сделал шаг ближе.

— Позвольте мне отнести ваши вещи, господин.

— Спасибо, я сам. Возвращайся в Барехард.

— Как скажете, господин. Надеюсь, вы насладитесь временем, которое проведёте в академии.

Слуга сел обратно, машина развернулась и уехала, а я стоял рядом и смотрел вслед уже не автомобилю, а блондину, потому что тот умудрился выйти из лимузина так, словно вся площадь была создана для его появления.

К тому же машина успела перегородить мне дорогу, так что я фактически был вынужден наблюдать эту маленькую сцену аристократического прибытия в первом ряду.

Когда блондин пошёл к воротам, я двинулся следом и глядя ему в затылок, подумал: "Если бы мы были в манхве про злодейку, этот парень наверняка оказался бы северным герцогом. Холодный взгляд, светлые волосы, богатая тачка, слуга, фамильная драма, сто процентный комплект. Ну или Жон Арк из фанфика, где он сын великого клана и с первых глав ходит такой весь пафосный, что можно обжечься".

Потом я вспомнил, что сам-то я брюнет.

"Всё, как Жон Арк я по цветовой схеме уже не прохожу. Печалька…"

На территории академии нас встречали старшекурсники или сотрудники и я сразу заметил среди них девушку с каштановыми волосами. Она была невысокая, аккуратная, с милым личиком, большими зелёными глазами и в зелёной униформе. Рядом с ней стоял высокий крепкий парень в жёлтом инженерном комбинезоне, широкий в плечах, добродушный на вид, с простоватой улыбкой и руками человека, который способен разобрать половину парового механизма быстрее, чем я найду нужный винт.

Девушка сверилась с листом и подняла на меня взгляд.

— Приветствую вас в академии "Тор". Ты ведь Рин Шварцер?

— Да, это я. Рад встрече.

— Взаимно! Церемония начнётся в главном зале академии, надеюсь, тебе здесь понравится.

Здоровяк кивнул мне с улыбкой.

— Кстати, парень, меч лучше сдай! Сам понимаешь, порядок есть порядок.

— А, да, точно!

Я снял клинок со спины и передал ему. Без меча стало как-то непривычно, но парень принял его бережно, как вещь, с которой надо обращаться уважительно.