Я провёл ладонью по гладкой крышке и неожиданно понял, что не знаю, как правильно реагировать.

— Спасибо.

— Не за что.

— Нет, правда. Мне очень нравится.

Она перестала смеяться. Взгляд стал мягче, а между нами возникла короткая тишина, во время которой шум улицы отступил куда-то далеко.

— Тогда используй его правильно, — сказала Лаура. — Я проверю.

— Разумеется.

Мы снова улыбнулись друг другу, после чего одновременно почувствовали чей-то пристальный взгляд сбоку и мы медленно обернулись.

На другой стороне улицы стояла Това. Перед ней возвышалась стопка документов в коробке, а позади шли Алиса, Эмма и Фи, каждая несла по большому цветочному горшку для академии. Судя по земле на одежде и выражению лиц, помощь студенческому совету оказалась тяжелее, чем они ожидали.

Алиса увидела футляр в моих руках, а потом Лауру возле меня.

— Всё понятно!

— Да что вам понятно-то?! — спросил я.

Эмма улыбнулась.

— Вообще всё.

— Это просто подарок.

— Конечно, мы так и поняли, — сказала Алиса.

— Мы весь день выбирали принадлежности для мечей.

— Разумеется.

— Да блин, идите вы все! Уже подарок нельзя просто так получить?

Това попыталась сохранить серьёзность.

— Ладно, это уже не наше дело! У каждого студента есть право проводить свободное время так, как он считает нужным.

— Спасибо, сэйтокайчо. Хоть один разумный человек нашёлся!

Они двинулись дальше. Фи шла последней, удерживая горшок обеими руками. Поравнявшись с нами, она повернула голову и совершенно спокойно сказала:

— Предохраняйтесь.

Мы с Лаурой одновременно покраснели.

— Да всё не та-а-ак! — крикнула Лаура.

Фи продолжила идти, а впереди Алиса согнулась от смеха, Эмма едва не уронила цветок, а Това закрыла лицо папкой. Несколько прохожих снова повернулись к нам.

Лаура сжала кулаки.

— Я догоню её.

— У тебя юбка и нет меча.

— Мне хватит рук.

Я удержал её за локоть. Сначала она попыталась освободиться, затем посмотрела на меня, на подаренный футляр и неожиданно снова рассмеялась. Через несколько секунд я присоединился.

Мы стояли посреди улицы, красные от смущения, окружённые людьми, которые уже наверняка сделали собственные выводы. Объяснять что-либо больше не имело смысла.

— Пойдём обратно? — спросил я.

— Да.

— Хорошо погуляли.

Лаура хотела напомнить, что это была не прогулка, а осмотр оружейных лавок, однако посмотрела на меня и передумала.

— Хорошо, — согласилась она. — Мне понравилось.

Мы направились к академии рядом, а футляр я нёс обеими руками, опасаясь снова уронить. Все встреченные за день знакомые уже считали нас парой, хотя мы продолжали отрицать очевидное даже перед самими собой.

При этом подарок Лауры согревал сильнее любых других подарков, которые я получал как в этой, так и в предыдущей жизнях…

Кроу появился в общежитии после ужина с таким видом, будто весь день искал людей, которым можно испортить спокойный вечер, а теперь наконец-то нашёл подходящее место. Он толкнул дверь ладошкой, прошёл в гостиную без приглашения и положил на стол потёртую колоду в тёмно-синей коробке. Рядом звякнула монета достоинством в сто мира.

— Господа первокурсники, перед вами возможность разбогатеть, обрести славу и потерять уважение к старшим ученикам!

Я сидел возле дивана с новым набором для ухода за мечом, который подарила Лаура. На столе уже стояли открытые флаконы, щётки и мягкая ткань, а сам клинок лежал на сложенном полотенце. Эллиот устроился напротив и пытался понять, чем одна защитная паста отличается от другой. После появления Кроу он сразу отодвинул баночку подальше от карт.

— Мы не собираемся играть на деньги, — сказал Эллиот.

— Поэтому начнём с небольшой суммы. Сто мира даже деньгами считать неловко.

— Именно поэтому ты заранее положил монету на стол? — спросил я.

— Это наглядное пособие. Человеку проще принять правильное решение, когда награда лежит перед глазами и красиво блестит.

Кроу сел между нами, открыл коробку и начал тасовать карты. Колода переходила из одной руки в другую так быстро, что отдельные движения сливались в сплошную полосу. Он несколько раз разделил карты, собрал их обратно и положил передо мной.

— Давай снимай, братан!

— Ты собираешься обмануть нас в первой же партии?

— Какая оскорбительная подозрительность! Я собираюсь честно воспользоваться вашим отсутствием опыта.

— Это звучит ещё хуже, — заметил Эллиот.

Игра называлась "Блейд". Правила оказались достаточно простыми: каждый по очереди выкладывал карту с числом, старался удерживать преимущество и использовал особые карты для обмена, сброса или изменения значения уже лежавшей комбинации. Кроу объяснял быстро, временами показывал пример прямо на наших картах и каждый раз уверял, что обучение совершенно бесплатное. После третьего такого заверения я проверил кошелёк.

Первая партия была пробной. Кроу позволял нам возвращать неудачные ходы, объяснял значение карт и даже пару раз предупреждал, когда Эллиот собирался подарить мне победу. Я закончил с небольшим преимуществом, поэтому к концу партии уже начал подозревать, что играю лучше, чем ожидал.

— Неплохо, — сказал Кроу. — Врождённый талант, уверенная рука, ясный взгляд. Ещё немного, так начнёшь отбирать деньги у детей возле станции.

— А ты хорошо умеешь хвалить человека перед тем, как его обчистить.

— Просто признаю твои способности!

Во второй партии подсказок стало меньше. Кроу несколько раз ошибся, отдал мне выгодную карту и позволил уйти вперёд на шесть очков. Эллиот быстро выбыл, поскольку слишком долго сохранял сильные карты и не успел использовать их до конца. Я же удерживал преимущество до последнего хода.

Кроу посмотрел на свои две карты, постучал ногтем по краю стола и поморщился.

— Похоже, сегодня удача решила сменить хозяина.

— Можешь сдаться.

— Старшие ученики не сдаются первокурсникам. У нас есть репутация!

Он выложил слабую карту. Я ответил сильнейшей из оставшихся и уже потянулся к монете, когда Кроу перевернул вторую. Особый знак заставил нас обменяться последними значениями, после чего победа досталась ему с разницей в одно очко.

— Так нечестно! — сказал я.

— Правила лежали прямо перед тобой.

— Ты специально позволил мне уйти вперёд.

— Докажи это!

Эллиот внимательно посмотрел на сыгранные карты.

— Он с самого начала сохранял обмен.

— Наконец-то среди вас появился наблюдательный человек, — похвалил его Кроу.

Я подвинул к нему сто мира. Монета исчезла в кармане старшекурсника быстрее, чем успела коснуться его ладони.

— Вот так ты зарабатываешь на еду? — спросил я.

— Иногда ещё занимаю у Товы.

— Возвращаешь хоть?

— Периодически.

Дверь гостиной открылась. Фи появилась на пороге, увидела карты и сразу же поняла происходящее.

— Он опять разводит первокурсников?

— Я провожу образовательное занятие, — ответил Кроу.

— Сколько проиграли?

— Сто мира, — сказал я.

Фи посмотрела на меня без всякого сочувствия.

— Дёшево отделался.

Она забрала со стола яблоко и ушла наверх, а Кроу проводил её взглядом.

— Вот видишь, даже специалист подтверждает справедливость цены.

— Специалист по чему?

— По людям, которые выглядят дружелюбно и забирают твои деньги.

Эллиот попросил сыграть ещё раз без ставок. Кроу согласился, хотя выразил глубокое сожаление из-за утраты соревновательного духа. На этот раз он не подсказывал вообще. Мы сыграли три партии подряд. Эллиот выиграл одну благодаря осторожности, я снова проиграл Кроу, затем смог победить его после того, как заранее сохранил карту обмена.

— Вот теперь лучше, — сказал он. — Ты перестал смотреть только на свои числа и начал думать, чего ждёт соперник.