— Ладно, раз официальная часть закончилась, то завтра начинаем подготовку к следующей поездке.

— Куда? — спросила Алиса.

— Пока не скажу!

— Вы сами не знаете, — заметила Фи.

— Руководство ещё не решило.

— Значит, не знаете.

— Зато я знаю, что сегодня после обеда у вас обычные занятия, а вечером дополнительная тренировка против стрелков и гранат.

По классу прокатился общий стон.

Сара довольно улыбнулась, свернула карту и направилась к двери. Я задержался возле доски, ещё раз посмотрел на нарисованные дороги и группы солдат, после чего стёр тряпкой мел.

Первая поездка начиналась как праздник. Следующая уже станет заданием, подготовленным заранее. Оставалось только понять, кто именно придумал водить наш класс по самым болезненным местам империи и чего от нас ждут в конце этого пути.

На следующий день академия снова вернулась к привычному распорядку, словно поездка в Кельдик, перестрелка с провинциальной армией и разбор наших ошибок существовали где-то за пределами учебного корпуса. Утром нас ждали история империи, математика, основы военного права и занятие Найтхарта, который заставил весь класс разбирать устройство ручной гранаты, после чего отдельно напомнил, что бросать её следует только после извлечения предохранителя. Макиас тут же записал каждое слово, Юсис заметил, что подобное объяснение оскорбляет интеллект учащихся, а Фи спросила, можно ли проверить знания на практике. Найтхарт молча посмотрел на неё, поэтому дальнейших предложений от нашего класса уже не последовало.

После обеда я собирался вернуться в общежитие и хотя бы час ничего не делать, однако возле выхода из главного корпуса меня перехватила Това. Она стояла у лестницы с двумя толстыми папками, стопкой отдельных листов и небольшой коробкой канцелярских принадлежностей, которую прижимала локтем к боку. Она выглядела особенно серьёзной, словно весь студенческий совет держался на её плечах, а академия каждое утро проверяла, выдержит ли эта маленькая девушка ещё один день.

— Рин, у тебя сейчас есть свободное время?

Я посмотрел на папки, затем на её вежливую улыбку и сразу понял, что правильный ответ уже был определён заранее.

— Было немного…

— Отлично! Тогда поможешь мне разобрать, заявки клубов, всякие отчёты и медицинские формы. После вашей поездки документов стало в три раза больше.

— Почему медицинские формы попали в студенческий совет?

— Потому что комендант Беатрикс требует обновить списки лекарств, Найтхарт просит учесть новые полевые наборы, а бухгалтерия хочет понять, кто всё это будет оплачивать.

— Ответ очевиден! Пусть платит Сара.

— Она уже написала в отчёте, что расходы возникли в рамках утверждённой академической программы.

— Вот же хитрая женщина…

Това тихо засмеялась и передала мне одну папку. Мы направились в помещение студенческого совета, где на длинном столе уже лежали заявки на оборудование, списки дежурств, расписания клубов и несколько кружек, оставленных кем-то с утра. Мне выделили место возле окна, после чего сэйтокайчо начала объяснять систему сортировки. Белые листы относились к общим расходам, голубые к медицинскому отделу, жёлтые к студенческим клубам, а красные требовали подписи директора или коменданта. Через пять минут я перестал понимать, почему один и тот же сломанный стул одновременно проходил как имущество клуба, угроза здоровью и чрезвычайный расход.

— Теперь я начинаю понимать, почему ты всё время занята, — сказал я, перелистывая очередную заявку.

— Обычно документы распределяют несколько человек, однако сегодня часть совета помогает на занятиях младших курсов. К тому же после Кельдика руководство решило пересмотреть кое-какие правила.

— То есть мы нашли бандитов и вернули людям деньги, а в награду получили ещё больше бумажек?

— Именно так работает взрослая жизнь.

— Звучит ужасно.

— Иногда да…

Она сказала это спокойно, но на несколько секунд задержала руку над папкой. Под глазами у неё оставались слабые тени, а движения стали медленнее, чем обычно. Я уже собирался спросить, когда она в последний раз нормально отдыхала, но тут дверь открылась и внутрь вошла Розина. Она держала несколько листов с печатями лазарета, аккуратно сложенных в прозрачную папку.

— Това-сан, комендант Беатрикс передала новые сведения по лекарствам и попросила добавить расходы на перевязочные материалы после поездки седьмого класса.

— Спасибо, Розина, положи их сюда.

Розина подошла к столу, увидела меня и улыбнулась.

— Добрый день, Рин! Как ты себя чувствуешь после Кельдика?

— Да норм! Комендант уже проверила нас утром и решила, что мы все пригодны для занятий.

— Она сказала, что Макиас пытался спорить насчёт ушиба плеча.

— Он утверждал, что может писать одной рукой.

— Он и двумя пишет слишком много, — заметил я.

Това прикрыла рот ладонью, скрывая улыбку, а Розина тихо засмеялась. Она уже собиралась вернуться в лазарет, когда снаружи раздался звонкий удар, а за ним последовал треск разбитого стекла и несколько испуганных криков.

Мы одновременно посмотрели в окно — со стороны двора возле лазарета донёсся голос Минт:

— Ой…

Това закатила глаза.

— Пожалуйста, скажите мне, что это разбилась бутылка.

— Судя по звуку, бутылка была как минимум размером с окно! — ответил я.

Мы выбежали из кабинета и направились через переход к медицинскому крылу. Возле лазарета уже собрались несколько девушек из клуба лакросса. На траве лежали клюшки, мяч застрял между занавеской и рамой, а в одном из больших окон зияла круглая дыра. Осколки рассыпались по подоконнику и полу внутри комнаты.

Минт стояла ближе всех. Зелёные волосы растрепались, а на лице застыло такое выражение, словно она надеялась стать невидимой раньше, чем появятся взрослые.

— Минт, — произнесла Това.

— Да, сэйтокайчо?

— Что случилось?

— Мы тренировались.

— Поле для лакросса находится в другой стороне академии.

— Там было занято.

— Поэтому вы решили играть возле лазарета?

— Здесь было свободно…

Това посмотрела на разбитое окно, а затем на мяч в занавеске.

— Понятно…

Одна из девушек попыталась объяснить, что Минт отбивала передачу и просто неверно рассчитала силу. Минт сразу же добавила, что мяч внезапно изменил направление из-за ветра. Розина поджав губы посмотрела на совершенно спокойные ветви возле стены, однако ничего не сказала.

Из лазарета появилась Беатрикс. Она держала в руке щётку, на совочке лежало несколько мелких кусочков стекла, а выражение на её лице было максимально добродушным и обещало виновницам долгую и содержательную беседу.

— Кто разбил моё окно?

Все девушки одновременно посмотрели на Минт.

— Предательницы! — воскликнула она.

— Внутри находился пациент, — сказала Беатрикс. — Если бы он сидел рядом с окном, то сейчас мне пришлось бы вытаскивать стекло из его головы!

Минт сразу же перестала улыбаться.

— Простите, я правда не хотела никого ранить.

— Намерение не отменяет последствий! Сначала уберите осколки снаружи и не подходите к окну без перчаток. Розина, проверь палату. Това-чан, мне нужно новое стекло до вечера. Ночью станет холодно, а содержать больных в комнате с дырой в окне я не собираюсь.

— Конечно, комендант! Я сейчас же найду мастера.

Това произнесла это уверенно, хотя я заметил, как её пальцы сильнее сжали папку. Мы вернулись в студенческий совет, нашли справочник городских мастерских и начали обзванивать стекольщиков Тристы вот тут-то начались непредвиденные проблемы.

Первый мастер уехал на праздник в соседнее поселение и должен был вернуться только через два дня. Второй находился в городской больнице с воспалением лёгких. Третий же ответил только после пятого звонка и по его голосу сразу стало понятно, что разговор будет сложным.