Поезд тронулся после заката. Кельдик медленно остался позади, огни города скрылись за полями, колёса застучали на стыках рельсов. Мы заняли весь вагон и сначала собирались обсуждать поездку, однако разговоры быстро стихли.

Фи уснула у окна. Алиса проверяла повреждённые стрелы, Эмма читала записи, Лаура держала двуручник на коленях и вздыхала, так как его всё-таки пришлось отмывать от следов её бурной детельности. Макиас спорил с Юсисом насчёт того, насколько сильно все провинции потонули в коррупции и почему для победы над ней требуется ажно сын местного герцога. Эллиот сидел рядом со мной и смотрел на тёмные поля за стеклом.

Я долго собирался сказать одну вещь ещё в Кельдике. После речи Юсиса, его фамилии и реакции людей молчание стало ощущаться обманом. Эти ребята уже рисковали рядом со мной жизнью, поэтому скрывать собственное происхождение дальше выглядело глупо.

— Кстати народ, — сказал я. — Раз уж сегодня у нас день неожиданных признаний, то мне тоже нужно кое-что рассказать.

Все повернулись ко мне и даже Фи приоткрыла один глаз.

— Как вы знаете, моя полная фамилия Шварцер, а мой приёмный отец — барон Тео Шварцер из Имира. Он управляет небольшой областью на севере империи. Однако я был усыновлён в детстве, поэтому кровного родства с дворянами у меня нет, но юридически я типа считаюсь сыном барона.

Я ожидал удивления, вопросов или хотя бы недовольства Макиаса. Вместо этого он несколько секунд смотрел на меня, затем пожал плечами.

— И что?

— В смысле "и что"?

— Ты приёмный сын провинциального барона. Дальше что?

— Я думал, ты беситься будешь.

— Почему?

— Потому что я вроде как недодворянин.

Макиас раздражённо поправил очки.

— Да всем насрать! Ты не скрывал, что вырос в обеспеченной семье, не требовал особого отношения и не рассказывал, будто имеешь право командовать из-за фамилии. Меня раздражают высокомерные аристократы, а не каждый человек, рядом с чьим именем можно написать титул.

Юсис усмехнулся.

— Какая трогательная терпимость. Получается, у Шварцера ещё есть шанс заслужить твоё одобрение.

— Тебе этого шанса никто не давал!

— Вот теперь я спокоен, а то на несколько минут мне показалось, что ты стал разумнее.

Гайус положил ладонь мне на плечо.

— Семья остаётся семьёй независимо от крови. Ты поступил правильно, рассказав нам, однако это ничего не меняет.

Эмма согласилась с ним. Алиса сказала, что скрывать подобное было необязательно, а затем сама слегка смутилась, словно вспомнила о собственных тайнах. Эллиот просто улыбнулся.

— Для меня ты всё равно Рин.

Фи снова закрыла глаз.

— Эх, а я-то думала, что будет что-то интереснее.

Лаура же спокойно сказала:

— Твоё происхождение не влияет на моё мнение о тебе. Впрочем, мне хотелось бы однажды увидеть Имир и познакомиться с твоей семьёй.

После её слов в вагоне стало тише. Алиса медленно подняла голову, Эмма спрятала улыбку за книгой, Фи снова открыла глаза.

— Уже знакомство с родителями, — сказала она. — Быстро ты!

— Я говорила о дружеском визите! — ответила Лаура.

— Конечно, ты всегда так говоришь.

Сара развалилась на соседнем сиденье и усмехнулась.

— Танцы, поездка к родителям… Молодёжь нынче времени вообще не теряет!

Лаура покраснела, я поднял руки и отказался участвовать в очередном разбирательстве.

— Ладно! Я понял! Всем действительно просто насрать!

— Именно это я тебе и сказал! — ответил Макиас.

— Ну и ладно…

Я откинулся на спинку сиденья. Признание, которое несколько дней казалось тяжёлым и способным изменить отношения в классе, заняло всего лишь пару минут, после чего все вернулись к привычным спорам. Оказалось, что мои друзья воспринимали меня значительно проще, чем я сам.

За окнами тянулась ночная провинция Кройцен и теперь тут наконец-то стало спокойнее…

Поезд ехал к Тристе, а далеко за последним вагоном на невысоком холме стояли двое мужчин.

Один был худым, носил очки и длинное тёмное пальто.

Рядом стоял высокий мужчина в чёрной маске и ветер шевелил края его плаща.

Они наблюдали за красными огнями поезда, пока те не исчезли за поворотом.

— Ученики класса VII оказались намного способнее, чем я предполагал, — сказал мужчина в очках. — Они уничтожили наших посредников и вынудили железнодорожную полицию вмешаться раньше срока.

Человек в маске не выглядел обеспокоенным.

— Посредники выполнили своё предназначение. Мы увидели реакцию провинциальной армии, полиции и нового класса академии. Потеря нескольких продажных солдат ничего не меняет.

— Согласен. Тирану ещё предстоит встретить беспощадный молот правосудия.

Маскорожий повернулся в сторону уходящей вдаль железной дороги.

— В наших сердцах пылает безмолвный гнев. В наших руках находится молот правосудия, который сокрушит диктатора. Подготовка должна продолжаться!

Мужчина в очках склонил голову.

— Как прикажете, C!

Они покинули холм, а над пустыми рельсами остался лишь мерный гул ушедшего поезда.

В Тристу мы вернулись поздно вечером, поэтому я рассчитывал хотя бы на одно спокойное утро, однако Сара разбудила весь класс ещё до звонка и велела собраться в зале общаги. Судя по её лицу, всю ночь она провела за отчётами. Бутылка в этот раз явно осталась без внимания, что само по себе выглядело тревожным признаком. На столу уже лежали карты парка Лунария, схема лагеря бандитов, копия расположения провинциальных солдат и несколько исписанных листов. Возле стены стояла доска с нарисованными мелом деревьями, оврагом, навесом и двумя рядами кружков, обозначавших стрелков.

Мы расселись полукругом. Лаура громко зевнула, Алиса потирала глаза кулачком, Макиас держал блокнот, а Юсис выглядел так, словно заранее готовился защищать каждое своё решение перед военным трибуналом. Фи устроилась со своимит орешками конечно же куда же без них-то, Эллиот сел рядом со мной, Эмма приготовила ручку с тетрадкой, а Гайус уселся на стуле и спокойно ждал начала.

Сара оглядела нас, постучала указкой по карте лагеря и начала без привычных шуток.

— Сначала обсудим хорошее! Вы нашли преступников, сохранили доказательства и товары, правильно распределили роли и сумели взять главаря живым. Во время первого боя стрелки оставались на подготовленных позициях, маги расходовали силы осмысленно, бойцы ближнего боя двигались одной группой, Фи же обошла лагерь с фланга и перекрыла путь отхода для главнюка. Для класса, который ещё пару недель назад попадался в подземелье на мимиков, результат вестма достойный.

— Мы быстро развиваемся, — сказал Макиас.

Она указала на схему первого боя. Алиса и Макиас находились на склоне, Эмма с Эллиотом располагались ниже, а мы с Лаурой, Юсисом и Гайусом двигались через центр лагеря.

— Решение Рина оставить стрелков выше площадки было правильным. Оттуда Алиса видела оружие возле навеса, Макиас мог простреливать пространство перед костром, а противникам приходилось поднимать головы и подставляться. Эллиот вовремя остановил группу возле ящиков молнией. Эмма прикрыла наступление щитом и сохранила достаточно сил для лечения и усиления товарищей. Гайус держался за мечниками, поэтому каждый, кто пытался обойти их с боков, напирался на копьё.

Гайус коротко кивнул.

Лаура же сидела на стуле откинувшись назад, положив ноги на стол и закинув руки за спину. Она ожидала собственной оценки с таким видом, будто перед ней находился наставник школы меча.

— Лаура впервые вспомнила, что сражается вместе с классом, — продолжила Сара. — Ты сохранила место рядом с передней группой, после каждого удара возвращалась к товарищам и позволяла стрелкам видеть пространство перед собой. Пятерых одним взмахом ты разрубила уже в бою с армией, но даже тогда дождалась Гайуса и не полезла за бегущими солдатами в лес.