— Если нам не предложат лучшие местные вина, я им этого не прощу.

— Надеюсь, у официанток будут подходящие костюмы, — мечтательно произнёс Гайус.

— Вот! Гайус понимает, ради чего мы старались!

В Кельдик поезд прибыл утром в субботу.

Мы вышли на платформу, ожидая увидеть толпы людей, музыку, украшенные улицы и праздничные палатки… но вместо этого перед нами оказался обычный тихий провинциальный город. За невысокими домами тянулись огромные виноградники, вдали виднелись склады и винодельни, однако никакого фестиваля поблизости не наблюдалось.

По пустой дороге прокатился пучок сухой травы.

Местная старушка оглядела нашу компанию, поправила корзину на руке и спокойно пошла дальше.

Эллиот нахмурился.

— Что-то у меня начинают закрадываться некоторые сомнения…

Макиас прокашлялся.

— Кхем… А где фестиваль?

— Не волнуйтесь, он начнётся вечером, — ответила Сара. — Пока идите в гостиницу и располагайтесь.

Гостиница оказалась небольшим деревянным зданием неподалёку от площади. Стоило нам войти, как Сара радостно махнула рукой стоявшей за стойкой пухлой женщине.

— Марго, привет!

Хозяйка расплылась в добродушной улыбке.

— Сарочка! Ты всё-таки приехала?

— Ага. Решила вывезти студентиков на свежий воздух, а то они совсем протухли в академии.

— Оно и видно. Ладно, только у меня осталась одна большая комната. Ничего?

— Нормально.

Через несколько минут нас отвели наверх. В комнате стояли десять кроватей, расставленных вдоль стен.

Алиса остановилась на пороге.

— Так, погодите-ка… Вы серьёзно хотите, чтобы мы ночевали в одной комнате с парнями?!

— Привыкайте, — ответила Сара. — В провинциальных гостиницах свободные отдельные номера не появляются из воздуха.

— Можно хотя бы поставить перегородки? — спросила Эмма.

— Конечно, — сказала Марго. — Они хранятся в кладовой, только придётся самим принести.

Я повернулся к остальным парням.

— Ладно, пойдёмте!

Мы спустились, нашли в кладовой тяжёлые деревянные перегородки и затащили их наверх. Выглядели они как огромные складные гармошки из потемневших досок. После установки комната стала напоминать нечто среднее между общежитием, казармой и сельской лечебницей.

Получилось уж очень по-провинциальному, однако выбирать не приходилось.

Когда мы вернулись на первый этаж, Сара уже сидела за столом и вовсю пила пиво.

— Эти балбесы вообще отбитые! — рассказывала она хозяйке. — Мне пришлось уговаривать руководство академии, чтобы их отпустили на фестиваль. И чем мне мотивировать их дальше? Я уже даже не знаю!

Мы остановились на лестнице и переглянулись.

— Думаю, лучше сейчас к ней не подходить, — тихо сказал Макиас.

— Согласен. Пойдёмте посмотрим, что здесь вообще есть.

Мы вышли на улицу и отправились бродить по городу.

— Блин, тут такой отстой, — пожаловался Эллиот. — Я думал, будет хоть что-нибудь интересное.

Словно услышав его, местные жители начали готовить площадь к празднику. Из домов вынесли доски, на улицах стали появляться прилавки, рабочие принялись собирать навесы. Один за другим прибывали гружёные телеги, из соседних деревень потянулись люди.

Юсис оглядел происходящее и спокойно заметил:

— Ну что же, всё как обычно.

— В смысле? — не понял я.

Макиас посмотрел на меня как на полного идиота.

— Ты тугодум? Юсис — сын герцога какой провинции?

— А! То есть…

— Вот именно! Провинция Кройцен принадлежит дому Альбареа!

— Пожалуйста, не нужно орать об этом на весь город, — попросил Юсис.

Макиас осёкся и понизил голос:

— Ой. Точно.

Алиса нетерпеливо осмотрела строящиеся палатки.

— И когда здесь всё начнётся? Мы зря сюда ехали, что ли?

Пока площадь готовили, мы решили прогуляться по окрестностям. Вокруг стояли деревянные дома, тянулись бесконечные ряды виноградных лоз, возле складов прохаживались охранники. Вскоре мы заметили мужчину, который стоял перед винодельней и растерянно смотрел на пустые деревянные чаны.

— Ох, что же теперь делать…

Я подошёл к нему.

— Что-то случилось?

Мужчина оглядел нашу форму.

— А вы, ребята, кто такие?

— Студенты военной академии. Может, сумеем чем-нибудь помочь.

— Чем вы сможете мне помочь? Хотя-я-я…

Он перевёл взгляд на девушек. Алиса сразу же нахмурилась.

— Что вы так на нас смотрите?

— Видите ли, у нас сегодня не хватает работников. Одна девушка заболела, другой пришлось уехать к родственникам, третья подвернула лодыжку. Теперь некому давить виноград.

Эллиот указал на стоявшее рядом оборудование.

— В смысле прессом что ли?

— Его используют, когда делают обычное дешёвое вино. У нас же сохранилась древняя традиция ручного производства, поэтому для особых сортов нужны нежные женские ножки.

Остальные работники тоже начали смотреть на девушек с надеждой.

Алиса аж вся покраснела.

— Ну, я даже не знаю…

— В принципе, почему бы не помочь? — сказала Эмма.

Лаура решительно шагнула вперёд.

— Чего тут думать-то? Давайте сделаем это! Где нужно давить?

Работники радостно загомонили.

— Спасибо! Вы нас просто спасли!

Заняться нам всё равно было нечем, поэтому мы согласились помочь. Девушек отвели помыться и переодеться, после чего они забрались в большие деревянные чаны, наполненные виноградом. Нам с парнями досталась обычная тяжёлая работа: таскать корзины, передвигать бочки и переносить заполненные ёмкости.

Алиса осторожно наступила на виноград, поморщилась и подняла ногу.

— Ну блин… Какая странная гадость.

— Дави качественнее! — потребовала Лаура.

Она топталась в своём чане с таким усердием, словно пыталась победить виноград в честном бою.

Эмма посмотрела на сок, поднимавшийся между пальцами ног.

— У меня всё это вызывает какие-то странные мысли…

Фи невозмутимо переступила с ноги на ногу.

— Интересно, Рин будет с радостью пить это вино?

Я едва не выпустил корзину.

— Чего?!

— Даже не сомневаюсь, — сказала Алиса.

Лаура обернулась ко мне.

— Ты просто обязан попробовать вино, которое сделаю я. Понял?

— Э?!

Владелец винодельни поспешил вмешаться:

— Вообще-то сегодня получится только виноградный сок. Чтобы он превратился в вино, потребуется время.

— Плевать! — объявила Лаура. — Значит, он будет пить сок!

— Хорошо, — рассмеялся мужчина. — Тогда выделим вам несколько бутылок в качестве оплаты.

В этот момент появилась Сара и тоже начала давить.

— А мне дайте вина!

Работа продолжалась до вечера. Мы носили виноград, перетаскивали ёмкости и закатывали бочки на склад, пока руки не начали отваливаться.

Когда же виноград наконец-то закончился, девушки выбрались из чанов.

Лаура села на край деревянной площадки и позвала:

— Рин! Помоги мне!

— Что случилось?

— Нужно помыть ноги.

— Э-э-э… Почему именно я?

— А кто ещё-то? Макиас, что ли?

Я посмотрел на Макиаса. Тот сразу же поднял руки.

— Меня ни о чём не просили!

— Ну ладно…

Я принёс таз с чистой водой, поставил его перед Лаурой и начал смывать с её ног липкий виноградный сок.

Она спокойно сидела передо мной, пока остальные работники и студенты наблюдали за происходящим.

— Чего смотрите? — не выдержал я.

— Ты говоришь так, будто нам запрещено, — заметил Макиас.

Он воодушевился, подхватил второй таз и подошёл к Эмме.

— Можно я тебе помогу?

— Э-э-э… Нет! Я бы предпочла, чтобы это сделал Рин-кун.

Улыбка исчезла с лица Макиаса.